Бетельгейзе
Шрифт:
Моя ярость была неукротима, когда я атаковал своего двойника с неумолимой свирепостью. Мои глаза горели неестественной враждебностью, и мои удары следовали один за другим без малейшего перерыва. Если мой клинок останавливался хоть на мгновение, то это означало только одно – что мой враг вот-вот станет целью серии магических атак из тёмной энергии. Эта энергия сама по себе была неестественной формы, как будто в меня вселился злой дух.
Наш бой длился вечность, но в конце концов белый воин сумел перехитрить меня и устремился к беззащитной Лилии. Я бросился за ним со всех сил, но было уже поздно – он проткнул её своим мечом прямо в сердце. И затем он исчез в тёмном тумане воздуха так же загадочно, как и появился.
Я обнял бездыханное тело Лилии, и мой мир рухнул. Горе и ярость захватили меня, как ураган, сметая всё на своём пути. Я потерял всякий контроль над собой, и мои эмоции выплеснулись в безудержный плач. Слёзы текли по моему лицу, как реки боли, когда я прижимал её к себе.
Но затем что-то странное произошло. Мои глаза, которые ещё недавно горели огнём гнева и отчаяния, начали пустеть. Они стали пустыми и холодными, как глаза мёртвого человека. Я чувствовал себя пустым внутри, как будто часть меня умерла вместе с Лилией.
Когда туман, окутывавший мой разум, начал рассеиваться, я вдруг увидел картину, которая была диаметрально противоположной тому, что я видел и ожидал. Я обнаружил себя лежащим на коленях Лилии, и её нежная рука поглаживала мою голову. Моё сознание ещё не полностью проснулось от глубокого сна или обморока, но моё тело инстинктивно тянулось к ней. Моя рука невольно потянулась к её щеке, и из моих губ вырвалось едва слышное слово:
– Ты жива?
– Да, я жива, тебе приснился дурной сон?
– Я думал…
После этого она крепко обняла меня, и этот жест вызвал во мне внутренний диссонанс. Её объятие, полное тепла и поддержки, контрастировало с моим внутренним состоянием, что, в свою очередь, помогло мне быстрее прийти в себя.
– Побочные эффекты этого зелья оказались минимальными. Как нам повезло, – сказала она. – Нам пора идти дальше. Чем быстрее мы закончим это дело, тем скорее я обрету душевный покой. Я начинаю беспокоиться.
– В таком случае, – сказал я, поднимаясь на ноги, – мы немедленно спустимся на третий уровень.
Так мы начали поиски входа на второй уровень в этом огромном террариуме, если его можно так назвать. Странно, но здесь не было ни тропинок, ни дорожек – всё было покрыто густой зеленью. Лианы, папоротники и огромные листья создавали плотный ковёр, через который было трудно пробираться. За всё время мы не встретили ни одного чудовища, только маленьких круглых обезьяноподобных существ, которые сидели на верхушках лиан и с любопытством наблюдали за нами. Их глаза светились в полумраке, словно они знали что-то, чего не знали мы.
Мне не терпелось сразиться с каким-нибудь монстром, чтобы добыть ценные трофеи: шкуру, кости, клыки и магический камень. Всё это можно было бы продать в гильдии и получить первые деньги за такую увлекательную работу. Но пока что подземелье казалось пустым, и это вызывало у меня лёгкое разочарование.
– Как думаешь, зачем зеркальник зачищает подземелье? В чём смысл? – спросила Лилия.
– Думаю, ему нужны деньги, – ответил я. – А дальше можно только гадать. Мы ведь не знаем, что творится в головах у безумцев. Возможно, у него есть свои причины, о которых мы даже не догадываемся.
Я следовал за Лилией, которая то и дело сворачивала с пути, возвращалась обратно, а затем выбирала новое направление. Её действия повторялись снова и снова, но в конце концов это дало результат – мы нашли вход во второй уровень. Он был надёжно скрыт за густыми лианами, и если бы у Лилии не было хотя бы базовых знаний следопыта, мы потратили бы уйму времени на его поиски.
Мы начали спускаться на второй уровень на велосипеде, и на этот раз я был за рулём. Лилия сидела сзади, её руки обхватили мою талию, а дыхание было ровным.
– Подземелье – это не просто пещера. Оно живое, – вдруг сказала Лилия.
– Правда? – удивился я, внимательнее осматривая стены пещеры. Теперь я смотрел на всё иначе. Каждый камень, каждый изгиб стен казался частью чего-то большего, словно подземелье действительно дышало и жило своей собственной жизнью.
– Не думала, что тебя это так заинтересует, но смотри на дорогу, – сказала Лилия. – Древняя магия, несмотря на свою древность, порой превосходит современную. Мы до сих пор не можем расшифровать её, особенно ту, что использовали разумные монстры, построившие это подземелье без помощи артефактов или чужеродной магии.
– Что в этой магии такого удивительного? – спросил я.
– Подземелье может самовосстанавливаться, – объяснила Лилия. – Сколько бы его ни разрушали мощными магическими атаками, через некоторое время оно вернётся в прежнюю форму. Это как будто сама природа подчиняется воле тех, кто создал это место.
– Вот бы мой велосипед покрыть этой магией, чтобы он никогда не ломался, – пошутил я. – Но, в принципе, природа и так способна восстанавливаться. Не вижу здесь ничего сверхъестественного.
– Современная магия не может управлять природой, а разумные монстры смогли подчинить её себе. Это и делает их магию такой уникальной и загадочной.
«Иными словами, эти высокоразвитые монстры обладали способностью программировать природные процессы? Так это можно понимать?» – подумал я.
Мы спустились на второй уровень, и перед нами открылась осенняя локация, которая поразила своей необычной красотой. Здесь царил розовый цвет, словно природа решила нарушить все привычные законы сезонов. Розовые лепестки роз, нежных сакуровых деревьев и других растений, которых я не мог опознать, кружились в воздухе, подхваченные лёгким ветром. Они сходились в изысканном танце, будто исполняя удивительный вальс, созданный самой природой. Казалось, что каждый лепесток был частью единого целого, и вместе они создавали гармонию, которую невозможно описать словами.
Каждый шаг по этой локации сопровождался мягким шорохом лепестков под ногами, а воздух был наполнен сладковатым, едва уловимым ароматом, который одновременно бодрил и успокаивал. Это было место, где время, казалось, остановилось, и всё вокруг дышало покоем и красотой.
Я остановился, чтобы рассмотреть всё внимательнее. Деревья, покрытые розовой листвой, склоняли свои ветви, будто приглашая нас пройти дальше. Вдалеке виднелись холмы, усеянные цветущими кустами, а между ними извивались ручьи с кристально чистой водой, в которой отражались падающие лепестки.