Чтение онлайн

На мгновение я заметил, как глаза Зердина неестественно расширились, когда он уничтожил моего клона. В этот момент, словно в ответ на его действия, с неба обрушился чудовищный поток темной энергии. Она была настолько плотной и живой, что казалось, будто сама тьма ожила, чтобы поглотить его. Воздух вокруг загудел, а земля задрожала под ногами, как будто природа сама восстала против происходящего. Зердин замер на месте, не в силах пошевелиться, пока темная энергия обволакивала его, словно пытаясь стереть с лица земли.

После этой последней атаки я не удержался в небе и начал падать. Силы покинули меня, и я понимал, что, скорее всего, разобьюсь.

Но меня поймала Лилия. Ее лицо было необычно холодным, а выражение – таким, которое невозможно передать словами. Она выглядела словно не та Лилия, которую я знал. Ее привычное спокойное и расслабленное лицо сменилось на что-то иное, что-то, что я не мог понять.

Мы медленно спускались на землю. Кругом висела черная пыль, которая ухудшала видимость, делая окружающий мир мрачным и размытым.

– Я всё надеялась, что ты окажешься врунишкой, но… – сказала Лилия, её голос звучал хрипло, словно она с трудом сдерживала эмоции.

Когда мы спустились на землю, внезапный порыв ветра сдул всю черную пыль, вернув чистый и прозрачный воздух. Я увидел огромную воронку в земле, а в её центре находился Зеркальник. Он тяжело дышал, защищённый толстым слоем бронированного стекла куполообразной формы.

Купол треснул, и с лица Зеркальника исчезла самоуверенность. Когда моё тело коснулось земли, из моего носа, а затем и глаз потекла кровь. Вскоре я вырвал густую кровь, которая имела почти чёрный оттенок.

Потом я увидел слёзы Лилии. Она плакала тихо, её слёзы непрерывно падали каплями вниз. Сердце сжималось от вида её безмолвного горя. Каждая слезинка, скатывающаяся по её щеке, отражала глубокую печаль.

– Почему это происходит именно со мной? – прошептала она, и моё сердце екнуло. – Я буду скучать по тебе, Альдерон.

«Она решила меня предать?» – подумал я, не понимая, что вообще происходит.

Боль в сердце не проходила, а только усиливалась.

– Я что, умираю? – спросил я её, чувствуя, как слабость охватывает моё тело.

Лилия сначала предпочла ничего не говорить, но потом не сдержалась и крепко обняла меня.

– Прости меня, Альдерон, что я была столь настырной по отношению к тебе, – сказала она, её голос дрожал. – Но я очень сильно хотела детей, и я ничего не могла с собой поделать. Прими мою искреннюю благодарность за всё и за нашего будущего ребёнка. Я хорошо воспитаю наше дитя. А теперь прощай.

– Я… не понимаю тебя, – прошептал я, чувствуя, как сознание начинает затуманиваться.

Вдруг силы начали возвращаться ко мне. Мои ногти начали чернеть, становясь длиннее, прочнее и острее. Я попытался срезать их мечом, но они быстро начали регенерировать.

– Что происходит, Лилия?! – спросил я в панике, чувствуя, как страх охватывает меня.

Лилия шагнула вперед, постепенно удаляясь от меня. Её силуэт становился всё меньше, растворяясь в расстоянии, но она так и не обернулась.

– Не… не бросай меня, Лилия! – крикнул я, но уже было поздно.

– Чем больше звезда, тем быстрее она умирает, – произнёс Зеркальник, его голос звучал холодно и отстранённо. – Настал конец твоей яркой истории, Землянин. Я бы мог попытаться тебя вылечить, если бы ты присоединился к моей стороне, но увы, ты решил действовать по-своему. Было очень интересно за тобой наблюдать. А теперь прощай, Альдерон. Покойся с миром.

«Неужели я болен? Почему мне никто не сообщил о возможности инфаркта или сердечного приступа в этом новом мире? Почему мне этого не объяснили? Я… умру так быстро, ничего не сделав?» – проносились в моей голове тревожные мысли.

Поверх моего тела начали появляться кости, жутко напоминающие скелет монстра или чудовища. Эта белая костяная структура начала покрывать всё моё тело, и я начал осознавать, что превращаюсь в монстра.

Я начал сопротивляться, ломая эти прочные кости на руке и ноге, но они быстро регенерировали, словно сама природа настаивала на том, чтобы я принял свою новую форму.

– Бесполезно, Альдерон, ты обречён, – холодно произнёс Зеркальник, наблюдая за моими тщетными попытками.

Я начал ненавидеть всё живое, и эта ненависть только росла. Всё, чего я хотел, – это убивать всё живое и чужеродное. Невозможно было сопротивляться этому зову природы, который звучал всё громче в моей голове.

– И всё же я не смогу тебя бросить, – раздался знакомый голос, но я уже не мог вспомнить, кому он принадлежал.

– Королевской битве пришёл конец, поскольку вражеский король превращается в самого опасного монстра, – объявил Зеркальник, его голос звучал напряжённо. – Помогите мне его остановить. Мне одному его не одолеть.

Я увидел, как руки Зеркальника начали трястись от страха, а его меч дрожал вместе с ними.

– У него белые глаза! У него белые глаза! – повторял он в ужасе, его голос дрожал. – Почему его превращение в монстра остановилось? Что происходит?!

Люди, окружавшие Зеркальника, не понимали, почему их лидер так боится этих белых глаз. В глазах подчинённых он всегда выглядел сильнейшим, но его страх начал передаваться и им.

– Нет, я ухожу, – прошептал Зеркальник, его голос звучал почти истерично. – Я не герой, чтобы останавливать монстра, способного меня убить. Мы с ним не справимся.

– Не попробуем – не узнаем, – сказал один из его подчинённых, но в его голосе чувствовалась неуверенность.

Я видел ману, исходящую от этого подчинённого. Она начала преобразовываться, принимая новую форму, и её окончательной формой стала молния. Я отчётливо видел, как прозрачная, невидимая мана превращалась в молнию, которая затем устремилась ко мне. Я лишь слегка повернул голову влево, и молния пролетела мимо, не задев меня.

– ААА! – закричал тот мужчина, его голос звучал как крик испуганной девочки, и он побежал туда, куда убежал его лидер.

А потом всё было как в тумане. Я не помнил, что происходило дальше. Сознание медленно возвращалось, оставляя после себя обрывки смутных образов. Реальность вокруг казалась размытой и неопределённой, словно сон. Постепенно прояснялись звуки, но их смысл ускользал. Оставалось лишь ощущение глубокой дезориентации и пустоты. Хотелось собрать осколки воспоминаний, но память была покрыта плотной завесой.

Первое, что я увидел осознанными глазами, – это глаза Лилии. Я лежал на её коленях, а она нежно поглаживала мои волосы.