Чтение онлайн

Немного умерив свой пыл, я взяла сумочку, запихала в нее все, высыпанное ранее, бросила туда и пистолет, понимая, что он мне наверняка скоро понадобится. Затем надела куртку и направилась к двери: без сигарет спокойно и логически размышлять я не могла, слишком уж много всего произошло, а о кофе даже думать не хотелось после последних событий.

На улице все еще моросил противный, холодный осенний дождичек, и в ближайшее время он явно не намеревался прекращаться. С момента моего появления у дома лужи успели увеличиться вдвое, а стоявшие во дворе машины рассосались. Теперь здесь стояли лишь две машины: моя и какая-то темно-зеленая «жигулешка», сверху донизу забрызганная грязью.

Людей в такую погоду на улице практически не было, не считая молодежи, прячущейся от непогоды в соседнем подъезде. В общем, не зная точного часа, трудно было даже сказать, утро ли сейчас или уже вечер, настолько все кругом было пасмурно и неприглядно.

Я накинула на голову капюшон и быстрым шагом двинулась в сторону ларька, стоящего прямо напротив моего дома на расстоянии в несколько десятков шагов. Грязный «жигуленок» вдруг принялся буксовать, пытаясь вылезти из той лужи, в которую его угораздило залезть, но у него ничего не выходило. Заметив эти его попытки, ребята, стоящие у подъездной двери, о чем-то посовещались и направились в сторону машины.

«Ну вот, а еще говорят, что у нас молодежь эгоистичная и не способная сочувствовать чужому горю, — подумала я, сунув руку в сумочку и пытаясь нащупать кошелек. — Неужто не взяла? — шаря внутри, спрашивала я сама себя, но наконец нащупала то, что искала. — Да нет, вот он».

Едва я его извлекла и щелкнула застежкой, как с той стороны, где шли ребята, ко мне кто-то приблизился. Я не обратила на это внимания, решив, что один из ребят тоже надумал что-то приобрести в ларьке, о чем в следующую же минуту сильно пожалела.

Этот самый подошедший, дождавшись, когда я начну отсчитывать мелочь, со всей силы ударил меня кулаком в бок, резко рванул за ручку сумку, выхватил ее и дал деру. Я собралась было кинуться следом, злая на весь свет и надеясь прямо сейчас излить свою ненависть на этого подонка, как на меня бросились оставшиеся пацаны.

Один из них попытался сбить меня с ног, разбежавшись и толкнув своим боком так, что я действительно едва не потеряла равновесия, чудом устояв на ногах. Другой в это же самое время приготовился нанести мне удар кулаком, но не успел поднять руки, как схлопотал от меня по челюсти и отлетел в сторону, задев другого парня. Тот рухнул наземь, едва успев подставить локти и опереться на них.

Пока эти двое приходили в себя, за дело взялся третий, более рослый из них. Он одним прыжком подскочил ко мне, левой рукой отбил направленный в его сторону кулак, но не рассчитал, что опасность может грозить еще и снизу. В следующую секунду он уже сгибался пополам, застонав от боли в паху, — мой удар ногой нашел цель.

Обозленные и оклемавшиеся к тому времени парни выхватили из ботинок по ножичку и, оскалив рожи, стали надвигаться на меня. Ребята явно считали себя крутыми, а потому даже и не предполагали, что какая-то девушка, хоть и спортивного телосложения, способна побороть их, тем более вооруженных.

Пришлось их в этом переубедить. Я скинула с головы капюшон, чтобы он не спадал мне на лицо и не закрывал вид сбоку, а затем медленно вскинула руки вверх, как бы демонстрируя свой испуг и прося парней прекратить нападение. Молокососы этого как будто только и ждали и тут же кинулись на меня, размахивая своими полупластмассовыми игрушечными ножичками скорее для видимости, чем для дела.

Мне не составило большого труда раскидать их в разные стороны и отвесить обоим приличных тумаков. Большого же парня, уже пришедшего в себя и спешившего на помощь приятелям, пришлось отдубасить вполне конкретно, чтобы окончательно сломить его сопротивление. Нанеся ему последний удар в челюсть, я повалила нахала на мокрую землю, надавила коленом на спину и, ткнув мордой в грязь, спросила:

— Кто послал, гнида? Говори по-хорошему, иначе будешь у меня сейчас землю жрать.

— Да пошла ты! — огрызнулся он в мою сторону, за что словил дополнительную затрещину.

— Кто послал, спрашиваю? — я прижала его голову к земле так сильно, что парень застонал от боли, но меня это никак не трогало. — Имя! Быстро!

От меня потребовалась вся сила воли, чтобы не разорвать этого молчуна на кусочки за то, что один из его товарищей спер мою сумочку. В принципе, в ней не было ничего ценного, из-за чего бы стоило так переживать, кроме пистолета, который мне сейчас как раз был до зарезу необходим.

В конце концов парень не смог больше терпеть боль и зло процедил сквозь зубы:

— Да не знаю я, мужик какой-то попросил. Дал денег и велел сумку стибрить.

— Какой мужик? — продолжала своей допрос я.

— А я че, знаю, что ли? Он нам не представлялся.

Я слегка ослабила нажим и более спокойно спросила:

— Где его можно найти?

Он ухмыльнулся, давая понять, что я сморозила глупость. Но я не среагировала на это, тем же тоном добавив:

— Вы же ему сумку-то понесете… Или как?

— А че ее нести, она уже у него, — проворчал пацан, стараясь хоть немного приподняться с земли. — Проворонила ты его.

Я рывком поставила парня на ноги и, завернув ему одну руку за спину, приставила к его горлу отобранный ночижек. Использовать его по-настоящему я, конечно, не собиралась, но для острастки он вполне годился.

— Что ты имеешь в виду? — слегка надавив лезвием на горло, зло прошептала я ему в ухо.

— А ниче. Укатил твой заказчик с сумочкой, а ты и не приметила.

Только тут до меня дошло, кто сидел в замызганном «жигуленке» и почему водитель совершенно никак не прореагировал на нападение хулиганов на одинокую женщину. А я ведь практически не обратила на него внимания и совершенно не пыталась его рассмотреть.

Яростно выругавшись и напоследок несколько раз пнув парня, я отпустила его на все четыре стороны, понимая, что от него толку больше никакого нет. Затем подняла упавший кошелек, глянула в сторону ларька, решая, пойти ли за этими чертовыми сигаретами или же теперь нет, и тут увидела висящую в его окошке маленькую табличку. Уже догадываясь о том, что на ней может быть написано, я все же подошла чуть ближе и разглядела четко выведенное слово «закрыто».

М-да… Кажется, день сегодня не задался.

Не имея больше совершенно никаких сил на то, чтобы злиться, ругать продавщицу за то, что она отсутствует на рабочем месте, или проклинать того типа, что спер мою сумочку, я устало вздохнула и побрела к магазину, расположенному с другой стороны дома, надеясь, что хоть он открыт. В голове моей бешено носились мысли.

«Сначала ограбление квартиры, затем сумочка», — начала я рассуждать, пытаясь выстроить логическую цепочку произошедших событий.