Чтение онлайн

— Как будто вы что-то знаете о моих с ним отношениях, — обиженно буркнула Злата, отводя голову вбок, чтобы не смотреть на Милену. Т о, что она говорила девушке не нравилось и вызывало отторжение.

Все хорошие качества Милены в этот момент для неё отошли на второй план. Злата сжалась, отдёрнула руку, прищурила глаза, напряглась, кажется, каждой мышцей своего тела. Сказанные недавно слова вгрызались в её сознание и заставляли видеть в женщине врага. Анализировать получалось плохо, а вот инстинкт защитницы начинал срабатывать сразу и вполне неплохо.

Перемену в девушке Милена уловила сразу, устало выдохнула и снова попробовала объяснить. Такую реакцию Златы было легко понять, но принять её означало бы потворствовать стагнации, этого женщина делать совсем не планировала.

— Ты права, я не знаю всего о ваших отношениях, — согласилась Милена, чтобы не провоцировать новую гневную вспышку. — Но я знаю кое-что о тебе. Ты — очень сильная девочка, у которой в жизни было очень мало личного и любящего… Т ы хочешь любить, и это нормально, только при этом надо бы ещё любить себя: свои мечты, планы, цели, взгляды. У тебя так много способностей и возможностей, что подумать о себе лишним не будет. Паша — твой любимый человек, но не единственный источник мотивации, понимаешь о чём я?

— Пока только понимаю, что вы — неплохой мозгоправ, — отмахнулась Злата, вставая на ноги. Её выражение лица выражало крайнее недовольство и отчуждённость. — Может быть, посоветуете почитать литературу на заданную тему.

Девушка фыркала, по-детски язвила, однако Милена не обращала на это внимание и совершенно не злилась. Она знала, что постепенно её слова зародят в голове Златы правильные мысли. Нужно только подождать.

— Почитай "Наташину мечту", — пожав плечами, ответила начальница.

Равнодушный взгляд послужил женщине ответом.

— Обязательно.

***

Постепенно Злата, действительно, начала задумываться над словами Милены. Сначала она злилась, кляла начальницу на чём свет стоит, воспринимала всё в штыки и игнорировала любые замечания, а потом невольно стала ловить себя на том, что в каких-то вещах она говорила дельные, хотя и обидные вещи.

Если задуматься, то она ведь, и правда, сознательно всё своё время концентрировала только на Паше . У неё не было хобби, увлечений, желаний, далеко идущих планов и словом… вообще ничего, кроме мыслей о любимом враче.

Может быть, раньше это всё когда-то и было, но за столько лет пребывания в изоляции и одиночестве… от прежних мечтаний осталась только пыль и пепел. Девушка приучила себя не желать ничего по-настоящему сильно, потому что разочаровываться из раза в раз в какой-то момент стало просто невыносимо.

А теперь вдруг появился шанс. Т акой неожиданный и странный, что Злата просто растерялась. Ей нужно было начинать всё сначала: вспоминать прошлое, бороться за настоящее, но… она не знала "как". Страхи никуда не уходили, занимали всю ту же львиную долю чувств и мыслей, и поделиться этим было не с кем.

Злиться на Пашу, кстати, уже не получалось, потому что она… п росто не могла на него злиться и безумно скучал а. И почему-то верила в скорое появление своего врача. Ждала его, старалась думать о своих планах и выживала в новых условиях. Даже прочитала "Наташину мечту", в восторге не осталась, но пищу для размышлений, действительно, получила. И подумав, решила, что обязательно обсудит это с Пашей, когда он вернётся.

Следующие дни потянулись спокойно: дети как-то внезапно к ней привыкли, а Милена начала давать первые организационные поручения. Безумно простые, на уровне — подай, принеси, но их выполнение почему-то девушку радовало. Как-то неожиданно для себя она стала чувствовать, что хотя бы на что-то способна.

Злата начинала ориентироваться в базовых ситуациях, накапливать знания и понемногу выявлять собственные интересы. Например, работа с детьми явно была не её призванием, как и поручения, предполагающие непрерывные контакты с людьми вживую. Интроверт в ней в такие моменты бился головой о стену и отчаянно плакал, прося оставить его в покое.

Смешно, но именно сейчас, Злата, как никогда хорошо, стала понимать поведение Паши в больнице. Все эти его уходы и заскоки. Действительно, постоянный наплыв людей: их эмоции, истерики и крики…. совершенно не располагают к расслабленности и состраданию. Девушка улыбнулась и в который раз за день достала телефон, который всё ещё молчал. Настроение снова упало вниз.

И ровно в этот момент к ней, как на зло, подошла Милена. Попросила встретить нового посетителя и свалила. Однако неожиданно вместо очередной важной шишки в холле стоял её невыносимый доктор. В своей чёрной куртке, потёртых джинсах и знакомых очках.

Такой уставший, но всё такой же красивый, ищущий её взглядом мужчина.

Злата замерла. Вместе с этим своим стремным пучком на голове, кучей папок в руках и ошалевшим взглядом. Кажется, за пару секунд девушка успела сотню раз чертыхнуться: хотела же встретить его по красоте, а получилось… Снова через одно место. Злата выдохнула, пытаясь привести мысли в порядок.

Бросаться ему на шею сразу она не собиралась. Слова Милены всё ещё противно зудели внутри, да и желание показать, какая она крутая и самостоятельная тоже вдруг вылезло из ниоткуда.

Однако держать лицо стоило таких усилий, что от перенапряжения у девушки, кажется, стали подрагивать даже кончики пальцев. Пытаясь выбросить из своей головы навязчивое желание прижаться к нему, Злата прикусила губу и задержала дыхание. Она всё также продолжала молчать и наблюдать за реакцией Паши, мысленно гипнотизируя его на какие-то действия.

Только он, похоже, занимался тем же самым: пожимал плечами, ничего не говорил, и вдобавок руки на груди скрещивал. Минуты две они играли в молчанку, не решаясь переступить свою гордость, а потом Паша вдруг просто закатил глаза, махнул головой в сторону одного из кабинетов на первом этаже и… расслабленно улыбнулся. Открыто настолько, что всё внутри девушки неожиданно налилось светом.

И вот что ей оставалось делать? Какая уж тут принципиальность и вид серьёзной женщины, когда сердце колотится, ладошки потеют, а любимый врач стоит буквально в нескольких шагах?

Девушка сильнее сжала ладонями жёсткие папки, выдохнула, признав поражение, и быстренько пошла вслед за Пашей, чувствуя, что ещё немного и точно завизжит от переизбытка эмоции.

Она знала, что ей нужно было собраться, серьёзно обо всём поговорить и всё узнать, однако стоило двери за ними закрыться, как весь первоначальный план полетел к чертям. Злата не думая, на голых эмоциях сделала шаг, придвинулась к нему вплотную, потянула вниз за ткань куртки и пылко поцеловала.

Так просто и отчаянно жарко, что Паша едва не покачнулся на пятках от её напора и знакомой порывистой резкости. Все слова, которые он прокручивал по дороге сюда, внезапно стали неважными, теряясь в этом горячем вальсе тел.