Чтение онлайн

Росс заметил, как при этих словах у Ника от удивления отвисла челюсть.

Лицо сержанта Харта расцвело лучезарной улыбкой.

– Ох уж эта авиация! Молодцы! Утром ненадолго в воздух, быстро сделали свои дела, и заваливайся в койку после ужина!

Рейчел улыбнулась:

– Вы, видимо, никогда не спали на борту самолета. Там особенно не разнежишься!

– Правильно говорите, капитан! А теперь скажите, чем может помочь рота семейства Харт?

– Сэр, необходимо срочно очистить территорию, чтобы я могла пробраться к моим пациентам.

– Есть, капитан! – ответил Уильям Харт и повернулся к родственникам: – Слушать мою команду! Срочно покидаем помещение и встречаемся снаружи в тринадцать ноль-ноль!

– Мы тебя любим, малышка! – нежно произнесла его супруга, обращаясь к дочери по ту сторону стеклянной перегородки. – Если что-нибудь понадобится, срочно сообщай нам!

– Я тоже люблю тебя, мама, – отозвалась Псйдж.

Увиденная Россом картина почему-то вызвала в его воображении ассоциацию с тюремным застенком, несчастными узниками, решеткой, ржавыми цепями и тому подобным. Впрочем, это было не так уж и далеко от истины.

Пейдж помахала рукой.

– Мне будет вас не хватать! – добавила она.

Затем, прямо у Росса на глазах, родственники по одному покинули помещение приемного покоя. Россу почему-то стало очень грустно. Ему действительно понравились эксцентричные родственники Пейдж Харт.

Семья. Как все-таки здорово иметь родных! Как он мечтал, да нет, жаждал иметь семью!

Но еще десять минут в обществе Пейдж, и эта жажда напомнила о себе весьма недвусмысленным образом. Ощущение не из самых приятных.

– Мне так неудобно из-за всего этого, – заявила Пейдж пять часов спустя, после двух визитов врача и сотни посещений представителей семейства Хартов. Они с Россом лежали каждый на своей кровати.

Росс поднял голову и посмотрел на Пейдж.

– Неудобно из-за чего?

Ее рука поднялась и изобразила в воздухе какое-то волнообразное движение.

– Из-за них всех.

– Твоих родственников?

– Ну да.

– Еще чего, извиняться за них. Они мне очень даже понравились. Только в следующий раз напомни мне, чтобы я не оставлял без присмотра бумажник, если поблизости находится тетушка Роуз!

Пейдж прыснула от смеха, затем посмотрела на Росса долгим взглядом.

– Ты либо очень хороший человек, либо величайший негодяй из всех, что водятся в этой части Америки.

– Нет, я серьезно говорю. Мне-то не особенно повезло с семьей. У меня практически нет никого. Знаешь, это замечательно – иметь много близких родственников.

– Ты в самом деле так думаешь? – спросила она, и ее слова прозвучали несколько задумчиво, словно до этого ей казалось, как это здорово – не иметь такой кучи родни. – А сколько у тебя братьев и сестер?

– Никого. Ни тех, ни других. Я был единственным ребенком в семье.

– А тетушки, дядюшки, двоюродные сестры и братья?

– Нет, нет и еше раз нет. Никого у меня нет. По крайней мере в живых уже никого не осталось. Был у меня дядя, но он оставался закоренелым холостяком. Вот уж кому следовало остаться на всю жизнь холостяком, так это моему отцу.

Пейдж перекатилась на бок, подперла голову рукой и с любопытством посмотрела на Росса.

– Что ты хочешь этим сказать? – спросила она.

Ему не хотелось говорить об этом. Хотя, подумал он, это не совсем так. Точнее будет сказать, что он никогда не желал говорить с кем-либо на эту тему. Однако глаза Псйдж и ее лицо действовали на него гипнотически, и он поймал себя на мысли о том, что ему, как это ни странно, захотелось, чтобы она его выслушала.

Не говоря уже о том, что лежащая Пейдж представляла собой восхитительное зрелище, демонстрируя взгляду соблазнительные округлости и изгибы прекрасного женского тела. Линия бедра гармонично переходила в стройную талию, а грудь так и манила прикоснуться к ней. Длинные, роскошной формы ноги. Конечно, было бы лучше, если бы он не замечал всего этого. Поэтому Росс поспешил сосредоточить взгляд исключительно на ее лице.

Пожав плечами, он произнес:

– Да просто дело в том, что мои родители были далеки от совершенства.

Во взгляде Пейдж промелькнуло сочувствие, которое обычно вызывало у него неприязнь. Но было непохоже, чтобы она пожалела его. Скорее, ей сделалось грустно.

– Извини.

– Что делать, такова жизнь.

– Верно.

– Сколько лет тебе тогда было?

– Семь.

– Извини.

– Да что там. По крайней мере я не жалею о том, что они развелись. Не то они поубивали бы друг друга.

– С кем же ты остался?

– С матерью. Я прожил с ней два года. Потом меня забрал отец, и я оставался с ним до поступления в колледж.

– Твоя мать... она что, умерла? – с трудом проговорила Пейдж.

– Нет, – покачал головой Росс. – Но после развода ей ничего не досталось. А она ничего не умела, кроме как вести дом, поэтому пошла в домоправительницы. Нам еле хватало на хлеб. Потом отец все-таки убедил ее, что мне будет легче жить с ним. Ей было очень тяжело согласиться на это, но она наконец решилась и отдала меня ему.

Взгляд Пейдж засветился пониманием.

– Так, значит, вот почему ты решил стать.адвокатом по бракоразводным делам?

– Думаю, что отчасти это действительно повлияло на мое решение. Мне хотелось помогать женщинам, попавшим в такие же трудные обстоятельства, чтобы они не оставались без денег и поддержки.

– Послушай, но ведь сейчас у тебя клиент мужчина, Карл, а не его жена Жасмин.

Росс усмехнулся:

– Думаешь, ей грозит бедность?

На какое-то мгновение в глазах Пейдж вспыхнула искорка раздражения.

– Да, это вряд ли, – согласилась она.

– Подводя итог сказанному, признаюсь – я беру много дел в пользу разведенных женщин или тех, кто хочет развестись со своим злодеем мужем. А чтобы зарабатывать на жизнь, я вынужден браться за дела богатых клиентов.

– Ну, будь твой отец и впрямь злодей, вряд ли он захотел бы, чтобы ты жил вместе с ним.

– А он и не был злодеем. Вообше-то он был не такой уж плохой человек, по крайней мере стал неплохим после развода с моей матерью. Не был он и тираном. Просто тогда правила жизни были другими. Отцу удалось убедить суд в своей правоте – что, мол, если он не получит опеку, которой так добивался, то тогда и не обязан выплачивать деньги на мое содержание.