Безмолвный свидетель
Шрифт:
Пуаро решил, что вступительная часть закончена.
– Полагаю, что главной темой ваших последних разговоров была мисс Арунделл?
Сестры переглянулись и заговорили, перебивая друг друга:
– Да! В тот день, когда мы были у нее, произошло невероятное: ночь, мы трое около кровати… И вдруг видим совершенно отчетливо сияние, нимб вокруг головы мисс Арунделл…
– Это было какое-то светящееся облако. Разве не так, Изабель?
– Совершенно точно, свет окружал голову мисс, которая оказалась как бы в ореоле. Это знак, что она переходит в другой мир.
– Необыкновенно! В комнате было темно? – спросил Пуаро с соответствующим выражением в голосе.
– В темноте свечение особенно заметно, вечер был совсем теплый, даже не зажигали камина.
– И во время сеанса мисс Арунделл почувствовала себя плохо?
– Да, начался приступ. Потом бедняжка все-таки съела бутерброды и выпила немного вина. И сказала, что ей почти хорошо. К счастью, ей не пришлось долго страдать, после приступа болела всего четыре дня, – сказала Изабель. – Минни за ней преданно ухаживала. А поведение родственников по отношению к бедной Минни было просто позорным. – Лицо Изабель вспыхнуло от гнева.
– Минни – неземное существо, – вырвалось у Джулии.
– А многие говорили про нее всякие гадости, чтобы отобрать деньги, которые так неожиданно свалились на голову женщине. Она едва поверила ушам, когда юрист прочел завещание… Так, сама Минни говорила: «Джулия, милочка, ущипните меня, а то кажется, что сплю». Только небольшая часть слугам, а весь дом и остальное имущество Вильгельмине Лоусон. Она была настолько поражена, что не могла произнести и слова, а когда столбняк прошел и она заговорила, то поинтересовалась, сколько тысяч фунтов это составит. И мистер Пурвис сказал, что всего будет 375 тысяч фунтов. С бедняжкой чуть было не стало плохо после таких слов.
– Она никогда не думала, что подобное возможно, – добавила вторая сестра.
– И обо всем этом мисс сама рассказала, да?
– О, Минни повторяла несколько раз, поэтому особенно неприятна подозрительность и даже угрозы со стороны семейства Арунделлов, и это в нашей-то свободной стране…
– Англичане – народ недоверчивый, – пробормотал Пуаро.
– А по-моему, каждый волен оставлять свои деньги кому хочет. И мисс Арунделл поступила очень разумно, так как, по-видимому, не совсем доверяла родственникам. Осмелюсь сказать, имела некоторые причины.
Пуаро заинтересованно вытянул шею. Такое внимание побудило Изабель рассказать подробнее.
– Да, хотя бы ее племянник, Чарльз Арунделл, совсем плохой человек. Все знают! Кажется, он собирался служить в полиции где-то за рубежом. И все по склонности характера, добровольно. А что касается его сестры – странная девица. Ультрасовременна, конечно, и ужасно раскрашена. По-моему, она употребляет наркотики, так как поведение ее иногда очень странно. Девушка, между прочим, помолвлена с прекрасным молодым доктором Дональдсоном. Но я надеюсь, что доктор образумится…
– А другие родственники?
– Да, есть еще миссис Таниос, о ней ничего плохого сказать не могу, вполне прилична, но чрезвычайно глупа и полностью под властью мужа, иностранца. Для английской девушки ужасно выйти замуж за иностранца, не так ли? Конечно, она примерная мать, но…
– Так вы считаете, что мисс Лоусон – наиболее достойная наследница богатства мисс Арунделл?
Джулия спокойно ответила:
– Минни Лоусон – хорошая, милая женщина. Она никогда не думала о деньгах, не была жадной…
– А все-таки мисс Лоусон не отказалась от привалившего ей наследства?
Изабель удивленно отпрянула:
– О, любой бы сделал так.
Пуаро улыбнулся.
– А может, и нет…
– Видите ли, мистер Пуаро, она считает это как бы доверием… Минни очень хочет сделать что-нибудь миссис Таниос и ее детям, только против того, чтобы все перешло в руки ее муженька. Даже намерена помочь Терезе, что очень благородно с ее стороны, так как девица постоянно третировала Минни. В самом деле, мисс Лоусон очень щедра. Теперь вы все о ней знаете!
– Да, конечно, только нет адреса.
– Простите, какая глупость! Написать ли мне его для вас?
– Спасибо, я сам.
И Пуаро достал блокнот…
– Передадите ей привет. В последнее время что-то нет известий от нее.
Пуаро поднялся, и я за ним.
Попрощавшись и еще раз пообещав передать самый теплый привет мисс Лоусон, мы наконец отбыли.
Мы выехали на дорогу, ведущую в Маркет Бейсинг.
– Гастингс, вам будет приятно узнать, что мы покидаем Маркет Бейсинг.
– Великолепно!
– Заедем только на минутку.
– Проведать предполагаемого убийцу?
– Может быть.
– Разве вы что-то почерпнули из той чепухи, которой понаслушались?
– Было кое-что, достойное внимания. Различие характеров в драме стало яснее. Разве это не напоминает старинные романы? Бесправная компаньонка, всеми презираемая, вдруг становится единственной наследницей!
– Случай, кажется, не стоит и выеденного яйца. Если бы умершей старушке можно было помочь, тогда другое дело. Но коль скоро она умерла, то чего же теперь волноваться-то?
– Вот и не волнуйтесь, давайте поразмышляем. Если бы вы знали, что мисс Арунделл умерла насильственно, а не от продолжительной болезни, то не остались бы равнодушны к моим хлопотам, не так ли?
– Конечно.
– Но здесь то же самое, кто-то ведь попытался убить ее.
– Да, но безуспешно, что меняет дело.
– А неужели безразлично, кто стремился убить? Круг подозреваемых очень тесный. Это падение с лестницы…
– Уликой кажется вам гвоздь, который мог годами торчать на том месте!
– Нет, зачищен он был недавно. А шнур мог быть протянут только после того, как обитатели дома улеглись. И обвинять можно только тех, кто там находился, а их семеро: доктор Таниос с супругой, Тереза Арунделл, ее брат Чарльз, мисс Лоусон, Элен и повариха.
– Разве нельзя оставить в покое слуг?
– Они получили наследство, мой дорог эй, а, кроме того, могли быть и другие причины. Итак, последовательность событий: падение с лестницы, письмо ко мне, визит юриста, новое завещание. Есть сомнение: написав мне письмо, мисс колебалась, отослать ли? Или она была уверена, что отослала, на самом деле забыв сделать это?