Чтение онлайн

— Это не…..

— Не что? — рычу я. — Не то же самое? Потому что с моего места это выглядит, блядь, идентично. Ты видишь то, что хочешь, и пытаешься этим завладеть. Присвоить. Будто это твое богом данное право.

Лицо Николая темнеет.

— Ты не понимаешь, о чем говоришь.

— Я? — я снова смеюсь, и звук кажется горьким даже моим ушам. — Я знаю тебя лучше всех, Николай. Лучше, чем ты сам себя знаешь, судя по всему. Потому что ты так и не усвоил: нельзя запереть существо в клетке и ждать, что оно тебя полюбит.

Даже если я был достаточно глуп, чтобы это делать. Но Козима другая. Он усвоит этот урок на собственной шкуре.

Он открывает рот, чтобы возразить, но рация на моем поясе оживает с треском, спасая нас обоих от того, что он собирался сказать.

— Ворон, прием. Твой разведчик у северного входа. Говорит, у него информация для тебя. Срочно. — голос принадлежит одному из охранников Гео, бете по имени Харлоу, который задолжал мне не одну услугу.

Я хватаю рацию с облегчением.

— Передай ему, что я сейчас буду. Не дай ему уйти. — повернувшись к Николаю, я впихиваю ему в руку стакан воды. — Пей. У тебя всё еще обезвоживание. Мне нужно кое с чем разобраться.

— Мы не закончили этот разговор, — предупреждает он, но в его голосе уже меньше пыла.

— Закончили. — я хватаю куртку со спинки стула. — У меня есть дела поважнее, чем пережевывать с тобой древнюю историю.

Я даже не знаю, в чем смысл. Его нет. Некоторые вещи никогда не меняются, и Николай — одна из них. Я шагаю к двери, замирая только тогда, когда он окликает меня.

— Ворон.

Я не оборачиваюсь.

— Что?

— Будь осторожен.

От чего-то в его тоне у меня перехватывает горло. Я коротко, резко киваю и ухожу, не оглядываясь.

Гео развалился в гостиной с разложенной газетой и стаканом чего-то янтарного и дорогого. Он поднимает взгляд, когда я прохожу мимо, изучая меня своим единственным глазом с этой невыносимой проницательностью.

— Присмотри за Николаем, ладно? — бросаю я, стараясь звучать непринужденно. — Жар спал, но он еще слаб.

Уголок рта Гео дергается.

— Ага, конечно. Буду записывать его стоны агонии и поставлю на автоответчик.

Я вздыхаю, слишком сосредоточенный на своей миссии, чтобы оценить его сарказм.

— Он не должен доставить хлопот. Просто… пригляди, чтобы он не натворил глупостей.

— Например, не погнался за тобой? — в голосе Гео теперь слышна сталь, что-то знающее и острое.

— Например, не попытался похитить мою гребаную омегу, — парирую я, направляясь к выходу.

Что-то подсказывает мне, что в этот раз у него ничего не выйдет, учитывая, что Рыцарь — её постоянная тень. Да и Козиму вряд ли назовешь беспомощной. Скорее наоборот.

В туннелях черного рынка многолюдно даже в этот час; торговцы и наемники смешиваются в искусственных сумерках подземного комплекса. Я лавирую в толпе с привычной легкостью, мои мысли уже бегут вперед, гадая, что нашел мой связной.

Бар у северного входа — одно из самых злачных заведений во владениях Гео, а это о чем-то да говорит. Воздух пропитан дымом и вонью дешевого пойла, тела прижаты друг к другу слишком плотно в тусклом свете. Идеальное место для тайных встреч. Анонимно, достаточно шумно, чтобы скрыть разговор, и полно выходов, чтобы быстро смыться в случае нужды.

Я мгновенно замечаю своего разведчика. Он прислонился к барной стойке — неприметный бета с таким лицом, которое забываешь в ту же секунду, как отводишь взгляд. Именно поэтому я его и нанял. Он вписывается куда угодно, становится частью фона. Идеальный шпион.

Его глаза вспыхивают узнаванием при моем приближении, но он не улыбается. Плохой знак.

— Есть что-нибудь для меня? — спрашиваю я без лишних слов.

Он оглядывается, затем лезет во внутренний карман куртки.

— Напал на след у сурхиирского аванпоста. На него совершил налет кто-то, идеально подходящий под описание твоего парня, — говорит он, и его голос едва различим в гуле бара. — Перехватил курьера, которому это предназначалось, переоделся и сам наведался на аванпост для проверки.

Он протягивает мне запечатанный конверт, пожелтевший от времени. Он кажется легким в моих руках, почти невесомым. Я тут же вскрываю его, пробегая глазами по изящной сурхиирской вязи.

В моей работе полезно быть полиглотом, даже если сурхиирский — самый сложный язык, который мне приходилось учить, и я точно не выиграю олимпиаду по правописанию в ближайшее время.

Однако суть я улавливаю. Это полный отчет. Солдат, точь-в-точь подходящий под описание Азраэля, атаковал аванпост, и, согласно рапорту написавшего это стражника, он искал омегу.

— Нашел мальчишку, который это писал, — говорит разведчик, кивая на письмо. — Болтал так, будто призрака увидел. Или демона прямиком из ада. Сказал, что-то «запредельное» было в том, как этот парень разделался с теми бедолагами. Стражник выжил только потому, что был на стене. Сбежал, как только понял, чем дело кончится. Будто этот тип знал, как они сражаются, и точно знал, куда бить.

Для такой изысканной леди, моя богиня водит знакомство с весьма опасными личностями. Может, у меня всё-таки есть шанс.

— Спасибо. — я протягиваю ему небольшой мешочек с золотыми монетами, он тяжелее оговоренной суммы. — Здесь сверху за оперативность.

Он взвешивает мешочек на ладони, удовлетворенно кивая.

— Приятно иметь с тобой дело. — он разворачивается, чтобы уйти, но замирает, и лицо его становится серьезным. — Кто бы ни нанял тебя копать под этого парня… надеюсь, им можно доверять. — его взгляд дергается к карману, куда я спрятал конверт. — С сурхиирской армией шутки плохи. Надеюсь, оно того стоит.

Я думаю о Козиме, о её сияющих фиалковых глазах и серебристых волосах, которые ловят каждый блик света, будто они сотканы из пойманных звезд. Все остальные могут видеть в ней просто прекрасную омегу, но я разглядел сталь, проходящую сквозь неё.

Хрупкая снаружи, несокрушимая внутри. С того момента, как я впервые её увидел, внутри меня что-то встало на свои места — что-то, чего мне не хватало, а я и не знал об этом.

Будто моя запутанная, разбитая жизнь вдруг обрела идеальный смысл.