Чтение онлайн

Когда охранники расступаются, чтобы пропустить человека, который выписывает им чеки, я понимаю почему.

— Гео, — цежу я.

Он смотрит на меня, затем на Николая с презрительной гримасой. Снова переводит взгляд на меня.

— Значит, выскользнул из клетки. Стоило догадаться, что посылать туда альфу было плохой идеей, — бормочет он со вздохом, проводя рукой по лицу и качая головой.

Мое сердце чуть не останавливается, когда Николай вскидывает пистолет, но я не медлю. Я бросаюсь между ним и Гео прежде, чем он успеет нажать на спусковой крючок. Холодный металл ствола упирается мне в спину; я широко развожу руки, делая себя максимально большой мишенью, чтобы ни одна сторона не могла выстрелить, не пройдя сквозь меня.

— Отойди, — рычит Николай — почти рык альфы, — но я слышу напряжение в его голосе. Легкая дрожь, которая говорит мне: я был прав. Он не станет стрелять сквозь меня. И не использует голос. Интересно. Значит, риск оправдался.

— Нет, — твердо говорю я, встречаясь взглядом с Гео поверх прицелов направленного на нас оружия. — С меня хватит этого дерьма. Всего этого.

Лицо Гео темнеет.

— Веди себя прилично, — рычит он. — Или не получишь свой подарок.

Я застываю, сердце пропускает удар.

— Подарок? — слово вылетает более обнадеживающим, чем я планировал. — Козима? Ты привел её сюда?

Значит, мой нос не лгал мне от отчаяния.

— Всё сложно, — сухо бросает Гео. Его единственный глаз изучает меня с той невыносимой смесью раздражения и нежности, которую я так хорошо знаю. — Ты хочешь её увидеть или нет?

Ствол пистолета сильнее вдавливается в мой позвоночник, когда Николай за моей спиной напрягается, но я слышу едва заметный щелчок предохранителя и его тихое ругательство на вриссийском.

— Ты знаешь, что хочу, — бормочу я. — Сначала отзови своих псов.

В выражении лица Гео что-то меняется. Он смотрит на меня несколько секунд, прежде чем издать измученный вздох.

— Отставить, — приказывает он своим людям. Затем Николаю: — Ты тоже, Влаков. Убери пушку от моего мальчика, или это воссоединение закончится, не успев начаться.

Моего мальчика.

Даже зная, что он имеет в виду это в скучном, не пошлом смысле, по моему позвоночнику пробегают мурашки, и на мгновение я почти забываю, как я, блять, в ярости на него за ошейник и клетку.

Почти.

Долгое мгновение никто не двигается. Я задерживаю дыхание, надеясь, что не просчитался. Надеясь, что ненависть Николая к Гео не перевесит ту же одержимость Козимой, которую чувствую я — если мы действительно оба каким-то образом оказались связаны с одной и той же омегой.

Наконец, медленно, давление в спину исчезает. Пистолет со стуком падает на пол.

Люди Гео тут же выступают вперед, чтобы забрать оружие. Когда они тянутся к запястьям Николая с наручниками, я встаю между ними.

— Нет, — говорю я твердо. — Никаких оков.

Охранники переводят взгляд с меня на Гео. Он поигрывает желваками от досады, но пожимает плечами и поворачивается назад.

— Она там, — ворчит он. — Если только её ручной монстр не сожрал моих людей за то время, пока меня не было.

Я слегка спотыкаюсь.

— Ручной… монстр?

— Она с Рыцарем? — требует Николай, его голос резок от недоверия. — Эта тварь её не съела?

Гео издает хриплый смех.

— Съела? Она держит этого чертового зверя на поводке. Он делает всё, что она скажет.

Я обмениваюсь ошеломленным взглядом с Николаем, на мгновение забыв о нашей взаимной вражде. Память о том массивном, ужасающем альфе, разрывающем людей Николая, вспыхивает в моем разуме.

И моя лунная богиня с ним?

Это будет интересно.

Или смертельно.

Скорее всего, и то и другое, как и всё остальное.

Глава 38

КОЗИМА

Я беспокойно мечусь по кабинету Гео, стараясь игнорировать то, как всё еще ноют ноги в этих новых сапогах. Рыцарь возвышается в углу, словно чья-то особенно кровожадная тень; его новая маска ловит тусклый свет. Серебро кажется почти живым в мерцающем сиянии флуоресцентных ламп.

Он выглядит хорошо. Действительно хорошо.

Что… звучит просто чертовски безумно. Но это так. У меня всегда была слабость к длинным волосам, и то, как его костяно-белые пряди обрамляют эту серебряную маску — и его горящие голубые глаза, которые следят за каждым моим движением, — заставляет меня признать: я ни капли не жалею, что позволила ему помочь мне пережить течку.

Наверное, стоило бы, но нет.

Похоже, я сошла с ума.

Когда дверь открывается, я мгновенно напрягаюсь, и Рыцарь отвечает рычанием, делая шаг вперед, чтобы встать между мной и вошедшим. Но это всего лишь один из охранников Гео, нервного вида бета, чье лицо бледнеет, как только его взгляд встречается с Рыцарем.

— Г-Гео просит вас пройти в его личные покои, — заикается охранник, явно изо всех сил стараясь не обделаться, пока рокочущее рычание Рыцаря заполняет комнату.

Я кладу успокаивающую руку на предплечье Рыцаря.

— Всё в порядке, — тихо говорю я ему. Хотя, честно говоря, я в этом не уверена. Но какой у нас выбор? Мы глубоко на территории Гео, в окружении его людей.

Охранник ведет нас через лабиринт туннелей, которые постепенно становятся менее индустриальными и более… жилыми. Бетонные стены местами уступают место настоящим панелям, и я замечаю нормальную мебель вместо молочных ящиков и краденых офисных кресел. Это не просто какой-то подземный черный рынок, осознаю я. Это целая империя.

Мы проходим мимо других охранников. Кто-то отдыхает в помещении, похожем на комнату отдыха, другие патрулируют и бросают на нас настороженные взгляды. Вид у них потрёпанный, но в их движениях безошибочно узнается военная выучка. Как и в качестве их оружия.

Охранник останавливается перед резной деревянной дверью, которая выглядит так, будто её спасли из какого-то довоенного особняка.

— Сюда, — говорит он, жестом приглашая нас войти.

Я вхожу в помещение, которое можно описать только как гостиную, хотя это слово кажется слишком обыденным для такого пространства. Дорогие ковры покрывают бетонный пол, на стенах висят настоящие картины. Огромный камин доминирует у одной из стен; теплый свет от трескучего огня освещает уютную мебель и — черт возьми — пианино. А над камином висит абсолютно гигантский череп какого-то животного. Я даже не знаю, что это была за тварь при жизни, но она была огромной и с рогами. С кучей рогов.

Но именно люди в комнате заставляют меня замереть.

Гео прислонился к каминной полке, его единственный глаз прикован к нам, а мускулистые руки скрещены на широкой груди. Николай стоит у окна — гребаного окна под землей? — его глаза расширяются, когда они находят меня. И там же, практически вибрируя от возбуждения, стоит тот смазливый блондин-альфа с аэродрома.

Рычание Рыцаря становится таким глубоким, что у меня начинают ныть зубы; он почти срывается на оскал. Его массивное тело рядом со мной напряжено до предела.