Чтение онлайн

Я замечаю идеальную цель: человек развалился на груде ящиков. Матерый рыбак, явно в стельку пьяный, судя по почти пустой бутылке, болтающейся в его пальцах. Шарф наполовину сполз с его обветренного, покрасневшего лица; он похотливо пялится на двух девушек в белых сурхиирских робах, которые спешат мимо.

То, что нужно.

Я подхожу бесшумно, мои шаги заглушает постоянный плеск волн о пирс. Рыбак не замечает меня, пока я не оказываюсь практически над ним. Он вздрагивает, едва не выронив бутылку, и смотрит на меня мутными глазами.

— Вечер добрый, — произношу я ровным голосом с тщательно выверенным нейтральным акцентом. — Мне нужно переправиться через озеро.

Он щурится, слегка покачиваясь.

— Док закрыт, — заплетающимся языком выплевывает он. Звучит не по-сурхиирски. Еще лучше. — Приходи завтра.

Я запускаю руку в пальто и достаю толстый конверт.

— Думаю, вы обнаружите, что он вполне открыт. — Я веером раскрываю купюры, давая ему увидеть внушительную сумму. — Для частного чартера.

Налитые кровью глаза рыбака расширяются при виде таких денег. Я практически вижу, как в его одурманенном алкоголем мозгу крутятся шестеренки, пока он взвешивает варианты.

— Куда? — спрашивает он наконец, когда жадность побеждает осторожность.

— На тот берег, к старым рудникам, — лгу я, убирая конверт. Скоро он узнает, куда мы направляемся на самом деле. — Это мое любимое место, чтобы насладиться лунным светом в такую ночь.

При этих словах он слегка бледнеет, хмель немного выветривается.

— Это… это закрытые воды. Опасно.

— Отсюда и щедрое вознаграждение. — Я делаю шаг ближе, нависая над ним своим ростом. — Мы договорились?

Рыбак нервно облизывает губы, но его глаза то и дело дергаются туда, где спрятан конверт.

— Да… да, ладно. Моя лодка вон там.

Он ведет меня к потрепанному рыболовецкому судну: корпус в рыжих потеках ржавчины, ошметки облупившейся краски обнажают металл. Видело оно и лучшие времена, но для моих целей сгодится.

Пока рыбак возится со швартовами, я думаю о собранных мною сведениях. «Допросы» были… продуктивными. Стая моего брата укрылась в заброшенном комплексе на дальнем берегу. Чума возомнил себя хитрецом, но он не сможет вечно прятаться от меня.

Особенно когда у него есть то, что принадлежит мне.

Двигатель лодки с трудом заводится, выплевывая в ночной воздух клубы черного дыма. Я следую за рыбаком вверх по короткой лестнице в рубку.

— Значит, прямиком на ту сторону? — спрашивает он, подкручивая какие-то ручки и датчики.

— Да. — Я небрежно кладу руку на рукоять ножа, скрытого под пальто. — Если доберемся быстро, будет бонус.

Он охотно кивает и толкает рычаг газа вперед. Лодка дергается от причала, прорезая темную воду белым следом. Я встаю у грязного окна, наблюдая, как береговая линия отступает назад.

Скоро, брат.

На полпути я замечаю, как изменилось поведение рыбака. Его руки слегка дрожат на штурвале, а на лбу, несмотря на холод, выступает пот.

— Нам надо повернуть назад, — внезапно говорит он, его голос натянулся от страха. — Это… это неправильно.

Я не двигаюсь от окна.

— Продолжайте следовать курсом. На самом деле, вам стоит взять левее. К старому военному аванпосту.

— Т-твою мать. Тебе ведь на самом деле не нужны были рудники, да?

— Нет.

— Ты не понимаешь, — протестует он, уже начиная крутить штурвал. — Эти воды… за ними следят. Он. Самый гребаный огромный альфа, которого ты когда-либо видел. И говорят, что его лицо…

Одним плавным движением я выхватываю нож и прижимаю его к его горлу. Он замирает, с губ срывается всхлип, когда острое лезвие рассекает кожу.

— Я понимаю всё прекрасно, — негромко произношу я. — И перед тобой стоит выбор. Либо ты рискнешь и продолжишь движение…, либо сдохнешь здесь и сейчас от моей руки. — Я слегка усиливаю нажим, пуская тонкую струйку крови. — Выбирай.

Рыбак тяжело сглатывает, его заросшее щетиной горло дергается у моего лезвия.

— Я… я продолжу путь.

— Мудрое решение.

Я остаюсь на месте, не сводя ножа с его горла, пока он рулит дрожащими руками. Теперь виден старый военный аванпост — темная громада на фоне звездного неба.

Краем глаза я улавливаю движение. Вспышка белого во тьме. Я прищуриваюсь, вглядываясь в приближающийся силуэт. Еще одно судно, разрезающее волны с поразительной скоростью.

— Держать курс, — приказываю я рыбаку, наконец убирая клинок. Он оседает от облегчения, но я едва замечаю это, выходя из рубки на палубу.

Белый парус проступает сквозь темноту, как призрак, резко выделяясь на фоне залитых лунным светом вод. Даже с такого расстояния я могу различить две фигуры на борту. Один у штурвала, другой — возвышающаяся тень у носа, массивный левиафан среди альф.

Печально известный цепной пес «Призраков».

Призрак.

— Держи ровно, — командую я рыбаку; мой голос легко перекрывает шум мотора и ветра. Его единственный ответ — испуганный скулеж.

Я подхожу к лееру, с привычной отстраненностью наблюдая за приближающимся судном. Оно летит по волнам, забирая на перехват — курс, который столкнет нас борт о борт в считанные минуты.

Это не случайная встреча.

Они охотятся.

Резкий смех разносится над водой, за ним следует нечто, похожее на вриссианские ругательства. Я прищуриваюсь, выхватывая взглядом фигуру у штурвала. Даже в темноте эти мертвенно-белые волосы невозможно не узнать.

Валек.

Психопат, которого стая моего брата держит на привязи.

— Ты не понимаешь, во что ввязываешься! — кричит рыбак из рубки, его голос срывается от ужаса. — Это они. «Призраки». Нам нужно поворачивать!

Я игнорирую его протесты, мой мозг уже анализирует траекторию судна. Парусник быстрее и маневреннее. Но вектор их сближения выдает намерения.

Они собираются идти на таран.

Низкий, нечеловеческий рык эхом проносится над водой — звук, от которого у людей послабее застыла бы кровь. Призрак стоит на носу их судна, как древняя фигура смерти, вцепившись одной массивной рукой в мачту для равновесия. Даже на таком расстоянии я вижу отблеск лунного света на шрамах, виднеющихся над сурхиирским шарфом, закрывающим нижнюю часть его лица.