Чтение онлайн

— Ценная штука? — заинтересовался мой напарник.

— Более чем, Сеня, более чем…

Действительно, этот небольшой цилиндрик стоит больше, чем всё запасённое нами на чёрный день золото. Намного больше. Неудивительно, что его мало кто видел, а уж тем более держал в руках. Другое дело, что до мест, где его оценят, ещё добраться надо…

— Я не проводник, — признался я в ответ на настойчивый взгляд.

— У тебя есть проводник, — уверенно сказала женщина. — Я тебя помню, ты Македонец.

Экий я, оказывается, популярный.

— Простите, мадам, не припоминаю факта нашего знакомства. Я бы вас запомнил.

— Не имеет важности, — отмахнулась рыжая.

— Допустим, — согласился я, — но, по слухам, проводник до Коммуны добраться не может. Не то, чтобы я пробовал… Но иначе её давно бы кто-нибудь раскулачил.

— Я знаю путь.

— Ладно, — сказал я задумчиво, — предложение, честно скажу, соблазнительное.

Это я очень мягко выразился. Даже заряженный акк на фоне способа добраться до Коммуны — мелочь на карманные расходы. Если такой способ действительно существует, то это токсичный, но очень, очень ценный актив. Я знаю тех, кто отдаст за него всё, что угодно. Хотя куда больше знаю тех, кто за него прибьёт.

— Однако, — продолжил я, — у нас осталось тут одно важное дело. И мы не можем отправиться в путь, не закончив его.

Я вопросительно посмотрел на женщину, но она не проявила никаких эмоций по этому поводу. Будем считать за согласие?

— Пётр, — обратился я к водителю, — твой выход.

— А чего я-то? — заныл тот. — Мы ж не знали. И Андрей не знал, а я так и вовсе не при делах, я так…

Я молча на него смотрел, ожидая продолжения.

— Андрей всё это время держал её на… как бы это сказать… на препарате одном. Она как овощ была, ничего не соображала. Но ведь жива осталась! А могли бы… И я её пальцем не тронул, клянусь! Карлос — тот да, но он дикий вообще… Был. Горец Закава, они там все ебанутые…

Кажется, я заскрипел зубами — во всяком случае, Сеня покосился на меня странно. Но я сдержался. А вот рыжая неожиданно вскинулась и рявкнула на Петра:

— Vanodya mutauro wako tsvina! Vakaderera! 11

Пётр выпучил глаза, побледнел и, опрокинув стул, отпрыгнул в угол. Я с тревогой поглядел на его штаны — но обошлось.

— Ка… Карлос? — пробормотал он изумлённо.

Но женщина уже не реагировала — её лицо снова подёргивалось, а глаза расфокусировались. Секунда — и снова всё в норме. Сидит, смотрит спокойно. Да что с ней такое?

— Сядь! — сказал я Петру. — Что за истерики!

— Она… — он смотрел на рыжую с таким ужасом, как будто это оживший труп, который сейчас всех тут перекусает.

— Что «она»? — раздраженно сказал я. Достал меня уже весь этот цирк.

— Ничего… Наверное… — Пётр неуверенно вернулся к стулу, поднял и поставил его как можно дальше от рыжей. — Показалось вдруг…

— Когда кажется, креститься надо! — авторитетно заявил Сеня.

Пётр встал со стула и очень серьёзно перекрестился, пристально глядя при этом на рыжую. Поскольку она не вылетела с воем в окно, не самовозгорелась и не рассыпалась прахом, эксперимент, на мой взгляд, не удался. Но водитель, вроде бы, успокоился и вернулся к изложению интересующих меня событий.

— …В общем, зарезала она тогда Карлоса, — закончил он вскоре свой запутанный рассказ. — Зарезала и сбежала. А что с ней дальше стало, надо у её мужа спрашивать… — он осторожно показал рукой в сторону женщины.

Мне самому уже очень хотелось познакомиться с этим странным человеком. Женатом на отмороженном рыжем создании, ругающемся на языке Закава. Легко похищающим неуловимого Коллекционера, за которым несколько лет безуспешно охотится всесильная Коммуна и половина наёмников Мультиверсума. На раз выносящим в одиночку группу Даггера — не самого последнего специалиста по выбиванию информации и долгов. Человека, у которого в его личном срезе бегает по лесу с ножом моя пропавшая любовь. Неординарная личность, судя по всему. Многого в жизни достиг, убивать пора.

— Комментарии будут? — мрачно спросил я рыжую.

Она смотрела на меня спокойно, без малейших признаков понимания и вообще интереса.

— Ну, муж? Где твой муж? — попытался я достучаться до её сознания.

— Муж… — равнодушно повторила женщина.

— Дочка у неё ещё была! — припомнил Пётр.

— Дочка? — без особой надежды спросил я.

— Маша… — ответила она задумчиво. Лицо её снова задёргалось и взгляд поплыл.

— Проход в деревне, в сарае откидная стена! — Внезапно чётко сказала рыжая.

Она застыла, закрыла глаза и осела на кресле, как будто внезапно уснула. Я подошёл к ней и попробовал аккуратно забрать «Кедр», но она моментально пришла в себя, и ствол уставился мне в живот.

— Нет. Моё.

Ну, твоё, так твоё, не очень-то и хотелось. Неслабо тебя, видать, жизнь приложила.

А про проход в деревне я и сам догадался — не зря ж они с Ингваром туда грузовики пригоняли. Может, он и сейчас открыт? Если верить Петру, проходы стабильные. Есть шанс. Ну, или посидим на пороге, подождём: кто-то куда-то в конце концов пойдёт, не удержится. Мысль о том, что я, возможно, всего в одном переходе от Марины, меня воодушевила.

— Коммуна? Проводник? — напомнила женщина… Лена её зовут, припомнил я, Пётр говорил.

— Дочка? Маша? Деревня? Проход? Подождать? — невольно в тон ей ответил я.

— Подождать… — ответила Лена неуверенно. Лицо её снова задергалось.

— Я знаю дорогу! — радостно заявил Пётр. — Я вас отвезу!

— Я сам её знаю, — осадил его я. — Так что, извини, ты нам больше не нужен.

«Простите, Анна, я снова…»

— Не надо, Македонец! — Сеня придержал меня за локоть. — Это несправедливо…

— Справедливости не бывает, Сень, — ответил я ему недовольно, но пистолет всё же убрал. — Она противоречит термодинамике.

— Это как? — хитрый Сеня просто пытался отвлечь меня от со всех точек зрения правильной мысли пристрелить этого мудака, но я всё же ответил.

— Справедливость — это когда ты получаешь от Мироздания больше, или хотя бы не меньше, чем ему отдаешь, так?

— Ну, так…

— Это нарушает законы сохранения. Нельзя получить из системы больше энергии, чем затрачено. Даже столько же нельзя — потому что трение и потери. Твоя «справедливость» — типичный Вечный Двигатель, так что если она вдруг случилась — ты просто не знаешь, за чей счет подогрелся.

Огребём мы ещё проблем с этим «я-не-при-чём-я-просто-водила», вот жопой чую. Но пристрелить его сейчас уже как-то непедагогично. Ничего, авось ещё представится случай…

В общем, выехали всей компанией — Пётр за рулём, я рядом, а Сеня с рыжей сзади. Рулил, он, правды ради, действительно неплохо — я вожу хуже, практики мало. Но это нам не сильно помогло — первая попытка выехать из города закончилась ничем. Памятуя о перекрытом Росгвардией вылетном шоссе, мы сразу двинулись в объезд — и всё равно уперлись в кордон. Военные натащили вместо шлагбаума бетонных блоков с ближней стройки — судя по следам, просто волокли их БТР-ми, — и расположились за ними, мрачно сидя на броне с автоматами наизготовку. Вид их не располагал к переговорам, а выщерблины и следы крови на асфальте говорили о том, что лучше и вовсе не приближаться. Похоже, тут тоже было невесело. Мы посмотрели на них — и свернули в сторону, не дожидаясь отдельного приглашения от пулемётчика.