Чтение онлайн

— Я никогда не был слишком привязана к тебе, Раффа, особенно после того, как моя Лаура забеременела от тебя, но ты никогда не был глупым человеком. — Он наклоняется вперед, обжигая меня своим мрачным взглядом. Даже сидя, старик пугает. — Тебе не кажется, что это удобно, что ты нашел работу телохранителя королевской principesse?

— Нет… — Я рычу. Выхода нет. Papa ни за что не смог бы так оказать свое влияние, находясь за тысячи миль отсюда. Я получил работу, потому что заслужил ее. Потому что я был лучшим выбором. И снова мои мысли возвращаются в прошлое, к тому счастливому дню, когда я оказался в нужном месте в нужное время, когда те гангстеры пытались расстрелять машину Изабеллы. Cazzo, это тоже устроил мой отец? У меня кружится голова, тошнота подступает к горлу.

Все это не имеет смысла.

Я повторяю эти слова снова и снова.

Но они делают это.… в них есть смысл. Что может быть лучше для того, чтобы поиметь своего врага, чем проникнуть в его внутренний круг? И с совершенно ничего не подозревающим дураком?

Есть только одна часть, которая не сходится.

— Тогда почему Papa пытался убить меня?

— Ах, Раффа, это был не твой отец. Это был я.

ГЛАВА 50

Кофе и паранойя

Изабелла

Я широко зеваю, пока роюсь в шкафчиках в поисках кофейных зерен. Раф обычно измельчает их и готовит мне утренний кофе перед тем, как я встаю с постели. Этим утром я нашла на своей подушке записку от моего непостоянного телохранителя рядом с цветком олеандра, стебель которого был аккуратно завернут в алюминиевую фольгу.

Красивая и смертоносная, совсем как моя principessa.

Мое сердце на мгновение замерло, когда я провела пальцем по темным каракулям. Это было нетипично мило, особенно после того, каким угрюмым он был в последнее время. Но, кроме милых слов, не было никакого объяснения, кроме того, что он уехал на несколько часов и оставил Альберто за главного.

Я отправила несколько сообщений, но ответа не получила, только то, что раздражающий Раффаэле отключил уведомления.

Ну, я думаю, Альберто не умеет готовить кофе.

Раздраженная, я продолжаю рыться в шкафу в поисках этого благословенного жидкого кофеина, а затем шиплю проклятия, когда нахожу его пустым. Черт возьми. По крайней мере, есть Нутелла. Я рывком открываю банку и опускаю палец внутрь. Посасывая кончик пальца, обводя языком сладость, я вспоминаю, что Раф все еще не выполнил своего обещания слизать мое любимое лакомство с моего обнаженного тела.

Мой новый охранник поднимает взгляд со своего места у входной двери, грохот выдвигаемых шкафов привлекает его внимание. В отличие от Рафа, который постоянно лезет мне в задницу, Альби соблюдает профессиональную дистанцию, обращаясь ко мне только тогда, когда я начинаю разговор.

— Кофе нет, — бормочу я.

Он пожимает плечами, прежде чем снова переводит свой настороженный взгляд на окно у двери. Он выходит в тихий внутренний дворик внизу, и я не могу себе представить, что там может быть такого интересного.

— Ты уже получил известия от Рафа?

— Нет, signorina, по-прежнему ничего.

В тот момент, когда я увидела записку, я спросила своего временного охранника, знает ли он, куда отправился Раф, но он был странно молчалив по этому поводу.

Резкий звонок наружного звонка заставляет мое сердце подпрыгнуть к горлу. Альберто встает и направляется к домофону у двери. Он угрюмо рявкает: — Кто там? — по-итальянски, и на линии раздается неожиданный голос.

— Professore Массимо, я пришел проведать Изабеллу.

Я подбегаю, отталкивая Альби, и практически прижимаюсь ртом к громкоговорителю. Идеальный повод сходить выпить кофе. И, конечно, мой новый охранник и вполовину не будет таким строгим, как Раф. Может быть, я наконец смогу попробовать себя в новом месте в городе. — Ciao, Массимо, это Белла. Что случилось?

— Я надеялся, что ты свободна и хочешь прогуляться по центру города, раз у тебя сегодня выходной. Ты еще так многого не видела.

— Я была бы рад этому. Если мы сможем по пути выпить кофе?

Темные брови Альберто хмурятся, когда он смотрит на меня, качая головой. Он убирает мой палец с кнопки интеркома, так что громкоговоритель больше не вещает снаружи. — Раффаэле предельно ясно дал понять, что я не должен позволять тебе покидать квартиру.

— Одной, конечно. Но я была бы с Массимо и тобой, верно? Я уверена, ты не откажешься от небольшой прогулки по piazza54.

Он качает головой, но я уже вижу, что его решимость колеблется.

Я обхватываю его предплечье, пробегая пальцем по бицепсу через обтягивающую футболку. — Я уверена, что с тобой я была бы в полной безопасности. Раф считает себя лучшим стражем в мире, но я думаю, что ты на его стороне. Не так ли?

— Ну, да, но…

— Ему даже не нужно будет знать, что мы когда-либо уходили. Просто выпьем по чашечке кофе, и мы сможем вернуться, хорошо?

— Хорошо, — выдавливает он. — Но только кофе.

Кивнув, я снова прижимаю палец к интеркому. — Дай мне пять минут, и я сейчас спущусь, Массимо.

— Perfetto.

Массимо приветствует меня теплой улыбкой, когда Альби открывает внешние ворота, придерживая их, чтобы я могла пройти. Клянусь, у него прямо-таки кружится голова, когда он замечает, что меня сопровождает не Раф. — Buongiorno. — Он прижимается губами к обеим щекам в типичном итальянском приветствии. — Ты выглядишь прекрасно, как всегда.

— Grazie. — Я в простой белой футболке и джинсах, щеголяю в милых красных кроссовках Prada, которые мне подарил Раф. И по какой-то безумной причине я воткнула ядовитый цветок олеандра в свой конский хвост. Благодаря фольге, в которую он завернул стебель, мне удалось совершить подвиг, даже не прикоснувшись к ядовитому цветку. Он, вероятно, накричит на меня, когда увидит это, но если он не хотел, чтобы я хранила его, ему не следовало оставлять это на моей подушке. — Ты как нельзя лучше выбрал время, — говорю я с улыбкой своему профессору. — Я только что узнала, что у нас закончился кофе, прежде чем ты появился, так что ты в значительной степени моя палочка-выручалочка.

— Это, безусловно, случайность.

— И извини, но нам придется отложить нашу экскурсию по городу, когда вернется Раффаэле. Мне разрешили лишь ненадолго заглянуть в кафе за углом.

Свет в его изумрудно-зеленых глазах немного тускнеет. — О, это прискорбно. Я надеялся сводить тебя в Fori Romani. Монументальные общественные площади строились в Древнем Риме на протяжении примерно 1500 лет. Они были центром общественной жизни Рима во времена Республики, а затем Империи. Они представляют собой поистине впечатляющее зрелище.