Чтение онлайн

— Полагаю, этот взрыв был произведен террористами из Александрии. Мы проведем расследование. Ветка пока останется закрыта на ремонт, — сказал консул.

А стратег хмуро подытожил:

— На данном этапе мы «вернули» в агломерацию тех людей, которых когда-то давно она уничтожила, или похитила у Полиса. Но уже в виде других специалистов, раз как мирные профессионалы они не устроили… Надеемся, это слегка охладит некоторые очень горячие головы. И отвлечет на себя внимание.

— Вы говорите о программе «инженеров»? — уточнила Клио.

— Да… — подтвердил Экторий Друз. — Мне известно, что вы лично участвовали в ее разработке, илисиада…

И, помолчав, добавил:

— У вас будет время, балатор Тайгер.

Но его остается все меньше.

Ворота, ведущие к терминалам Александрии, оказались наглухо заблокированы и находились под охраной Аресов. Грозные солдаты бога войны стояли неподвижно, а я, кинув на них взгляд, вспомнил про Афину и остальных инженеров, ехавших в агломерацию.

Составы из Бэйцзина приходили переполненными. Полис эвакуировал своих граждан с той территории конгломерата, где была объявлена экстренная ситуация.

В зону бедствия шли вагоны с оборудованием для ликвидации катастрофы, деталями машин, медицинскими препаратами, продуктами, и специалисты: экологи, химики и врачи.

Значок сновидящего открыл для меня путь в конгломерат. Объявили посадку, и я вошел в вагон.

Его воздух был очищен и профильтрован, но я все равно ощутил легкий, едва уловимый запах химикатов, въевшийся в кресла. Далекий отголосок катастрофы, напоминание о том, что место, куда мы едем, не безопасно.

Двери с легким шипением закрылись. Состав тронулся и, стремительно разгоняясь, полетел вперед. По экранам пробежала цветовая волна, сменившаяся картинами гор, рек и водопадов. Закадровый звук чуть запаздывал, и снежные пики звучали как водопады, а ручьи гудели высотным ветром, на солнечных лугах шумели невидимые потоки воды. Психоделическая картина. Как во сне.

Когда скоростной поезд завершил торможение, я намеренно задержался, пропуская вперед остальных пассажиров.

Шагнул на платформу.

Теперь нужно было пересесть на другую ветку Гиперпетли, ведущую в нужном мне направлении: том самом, где сейчас работали специалисты из Полиса и Бэйцзина.

В этих вагонах не показывали красот природы. На экранах мерцала карта конгломерата, цветом были отмечены области, подвергшиеся разной степени заражения. Красные — самая высокая опасность. Желтые — менее серьезная. И зеленая — достаточно широкая полоса, пока еще отделяющая Полис от высокотехнологического соседа.

Моими спутниками в вагоне были серьезные бэйцзинцы в деловых костюмах и масках, закрывающих нижнюю часть лица.

Из их кратких разговоров я понял, что ситуация более-менее стабилизирована. Но ядовитый смог, насыщенный парами метана, серы, фенолами, солями тяжелых металлов все еще представлял угрозу для жителей.

Все эти бэйцзинские проблемы выглядели как планомерная диверсия. Мир лихорадило. Александрия. Полис. Бэйцзин. Казалось, кто-то невидимый бьет по самым болезненным местам, пытаясь расшатать более-менее стабильную систему. Очень похоже на спланированную атаку, которую долго готовили.

Экспресс остановился. Я вышел из вагона.

Едкий запах стал сильнее. Под ногами похрустывала мелкая крошка, похожая на песок. Адсорбент должен был пожирать зараженную пыль, которую могли принести сюда на ботинках с улицы.

За панорамными окнами плавала серая хмарь.

Порт был заполнен людьми в костюмах химзащиты. Они двигались четко и слаженно. Перемещали грузы, встречали прибывших, управляли роботизированными транспортными платформами. И самое главное, среди них можно было легко затеряться.

Ко мне подошел один из сотрудников, коренастый крепкий бэйцзинец, слегка поклонился в быстром вежливом приветствии, протянул маску, такую же, как была на нем.

— Наденьте, — услышал я приглушенный пластиком защитного стекла голос. — В порту воздух фильтруется, но мы не можем гарантировать полную безопасность.

Он говорил на койне с сильным акцентом, но правильно. Я надел респиратор.

Я шел среди людей, движущихся к выходу. Никто не обращал на меня внимания. Не больше, чем на остальных жителей, прибывших на этом поезде. Если, по словам Мара, меня и встречал кто-то, пока он ничем не выдавал своего присутствия.

В просторных залах порта стояли автоматы с едой и напитками невероятных цветов — кислотно-зеленых, ядовито-малиновых, угольно-черных. Бэйцзинские иероглифы бежали по экранам, явно предупреждая об угрозе. Цифры показаний последнего выброса тоже зашкаливали. Запрет нахождения на улице без противогазов. Просьба при первых признаках отравления обращаться в ближайшие медицинские пункты. Следом шел список адресов больниц и госпиталей.

Мимо меня быстро прошагали несколько военных медиков, на трех каталках люди с термическими ожогами.

Один из врачей оглянулся на меня. И молча направился в мою сторону… Направилась. Судя по росту и хрупкому телосложению. Девушка. Она деликатно взялась за мое предплечье, однако прикосновение тонкой руки в силиконовой перчатке оказалось неожиданно властным и настойчивым.

— Все в порядке? — спросила она по-бэйцзински и повторила тот же вопрос на койне, пристально вглядываясь в меня.

— Абсолютно, — сквозь маску я рассматривал ее лицо.

— Аметил Орэй? — спросила она тихо.

— Да.

Бэйцзинка улыбнулась и мягко потянула меня за собой.

— Идемте. Прошу.

«А вот и встречающая делегация Мара», — подумал я, шагая рядом. Она продолжала держать меня за руку, словно я мог бежать, и посматривала искоса.

Мы прошли в зал, где находились терминалы местных линий. Помещения здесь выглядели поменьше и проще, без изысканной резьбы на стенах и каменных вставок барельефов.

Почти все ряды пластиковых кресел были заняты.

В основном в них сидели жители провинций, ожидающие отправления в свои отдаленные районы.

— Сюда, — девушка свернула в коридор, который охранял военный за стойкой, мельком показала ему пропуск, он смерил меня внимательным взглядом и кивнул.

Длинный ход, освещенный белыми лампами, перегораживала стальная дверь. Бэйцзинка открыла ее, поднеся ладонь к магнитному замку — тот мигнул зеленым огнем, открываясь. Видимо, ключ был вживлен под кожу.