Blueberry
Шрифт:
— Хорошо, давай подумаем над этим. Но только одно условие: подбором квартиры будет заниматься мой риелтор. — Сдался, потому что хотелось покоя хотя бы на одном фронте. — Ты просто выскажешь ему свои пожелания.
— Как же я люблю тебя, сыночек! — Бросилась мне на шею и поцеловала в щеку. — Я всегда говорила твоему отцу, что мне удалось вырастить и воспитать самого лучшего и достойного сына.
Не стал её разочаровывать, она-то как раз в моём становлении принимала меньше всего участия.
— Пойдём, выберешь себе спальню.
— Да, не будем терять времени. Ещё столько дел, столько дел.
И уже в дверях спальни снова обернулась ко мне.
— Я, конечно, завтра занята, но для риелтора время найду. Сообщи, когда он сможет подъехать. Да и пусть сразу в этом доме проверит. Возможно, здесь есть что-нибудь подходящее для твоей одинокой матери, которая хочет жить поближе к своему единственному сыну.
Что? Необходимо будет предупредить риелтора, чтобы исключил этот и ближайшее районы при поиске новой квартиры для этой захватчицы с заячьими ушами.
***
В понедельник утром полетел на работу как на крыльях. Самому смешно. Соскучился по Черничке ужасно. Хотя это и не значило, что я отпустил ситуацию с её бегством на два дня. Пусть только попробует не рассказать мне, что делала каждую минуту выходных.
Увидев Веру в приёмной, наконец-то чуть расслабился. Она стояла около своего стола и перебирала бумаги. Волосы убраны в пучок, блузка светлая, верхние пуговицы расстегнуты. Ага, значит, мириться собралась. Ну что ж, я не против.
— Доброе утро, — произнесли мы одновременно.
Она застыла с листком в руках и вглядывалась в моё лицо, пытаясь понять степень моего бешенства. Не стал её разочаровывать.
— Вера Павловна, зайдите ко мне, пожалуйста, через пять минут, — попросил самым злым тоном, на который только был способен. Листок выпал из её пальцев и плавно опустился на пол.
Прошёл мимо неё к кабинету, на ходу снимая пиджак и вешая его на стул. Затем достал из внутреннего кармана длинную узкую коробочку. Внутри лежал небольшой золотой кулон на золотой же цепочке в виде двух ягод черники из аметиста и изумрудного листика над ними. Внезапное желание сделать подарок Вере родилось у меня вчера днём, пока я ждал свою квартирную рейдершу. Лежа в кровати, вспоминал такое же пасмурное утро вчерашнего дня, когда я прижимал к себе мою ягодку и чувствовал себя совершенно счастливым. Пытаясь вновь поймать эти ощущения, закрыл глаза и прокручивал в голове моменты нашей близости. Но вчерашнее счастье убегало от меня. Мне остро не хватало её тепла, шепота, прикосновений. Вот тогда-то и появилось это желание — сделать подарок своей женщине. До маминого прихода перерыл весь интернет в поисках чего-нибудь подходящего, пока не нашел то, что искал.
Убрал коробочку в карман брюк и подошёл к окну. Сегодня совсем похолодало. Скоро зима, Новый год. Нужно будет спросить у Веры, где бы она хотела его встретить. Поймав себя на этой мысли, осознал, что ягодка прочно засела в моих планах на будущее, которые с каждым днём обретали новые очертания. Большой дом, гостиная, камин, дети под ногами…
Дверь открылась, и зашла моя помощница, она же возможная мать моих отпрысков, в случае если моё неожиданное желание размножаться не угаснет в ближайшее время. Совсем сдурел, одернул себя.
— Олег Павлович?
Обернулся и молча посмотрел на её. Как же я соскучился! Ощупал взглядом каждый сантиметр столь притягательного тела. Пальцы сжались в кулаки, хотелось побыстрее схватить и утащить её в свое логово, как паук жертву.
— Как прошли выходные? — задал я резонный вопрос, а сам сделал пару шагов к своей жертве.
— Спасибо, хорошо, — сказала осторожно. Никак не могла понять моё настроение.
— А более подробно не расскажешь? — Ещё шаг.
— Если хочешь.
В её взгляде вспыхнуло раздражение.
— Хочу.
— Все выходные я была дома с мамой. Мы пекли блины, жарили курицу, варили суп. Я мыла посуду, убиралась, спала. — Он испепеляла меня своими зелёными глазищами, а если представить рядом с ней ещё парочку таких же мелких Вер… Бр-р-р, к детям я, пожалуй, ещё не готов. А Вера тем временем продолжала:
— Смотрела телевизор, выносила мусор, мылась. Ну и остальное так, по мелочи, ела, пила чай, туалет… Достаточно?
Больше не мог удерживать злое выражение лица, меня разбирал счастливый смех. Ну какая же ядовитая ягодка мне досталась! Подошёл к ней вплотную, жадно вдыхая её аромат.
— Достаточно. Но в этом перечне я не услышал самого главного.
— И чего же?
С вызовом вскинула голову. А меня уже понесло. Я впился в её губы жестким поцелуем. Через пару секунд почувствовал, как пальцы Веры запутались в моих волосах. Она прильнула ко мне, привставая на цыпочках. И я сдался, меняя поцелуй, отдавая ей всю нежность, которая сейчас переполняла моё сердце.
Спустя пару минут нечеловеческим усилием оторвался от Веры, потому что ещё минута, и я, потеряв последние крохи самоконтроля, довел бы дело до конца, начав размножаться на рабочем месте, забыв про открытые двери и рабочий день.
— Так что же я не сказала? — тяжело дыша, спросила Вера.
— Ты не сказала, что скучала…
Коснулся своим лбом её лба и, закрыв глаза, попытался успокоится. Как же хорошо.
— И правда, забыла, — прошептала мне в губы. — Я очень, очень скучала. — А потом продолжила совсем тихо: — Прости меня, пожалуйста, так получилось, мама…
— Ш-ш-ш… — Накрыл её губы пальцами. — Расскажешь позже. Я тоже дико скучал. И вот, во что это вылилось.
Достал из кармана коробочку и протянул ей.
— Это тебе.
Аккуратно взяв её из моих рук, Вера подняла на меня удивлённый взгляд.
— Подарок?
— Да. Открой, — попросил её хриплым шепотом. Сам не понимал, почему так разнервничался.
Пальцы Веры подрагивали, когда она приоткрывала крышку. И тут же моя любимая улыбка осветила её лицо.
— Олег… Спасибо! — Погладила тонким пальчиком сначала одну, потом другую ягодку. Вскинула на меня сияющий изумрудный взгляд. — Как тебе удалось найти такое чудо?
Я не мог ответить на этот вопрос, потому что комок застрял в горле. Я первый раз находился в ситуации, когда реакция на мой подарок оказалась так важна для меня. Впитывал её искреннюю радость, и меня просто плющило от удовольствия. Разве может даритель испытывать больше удовольствия, чем одариваемый? Мою грудь распирало от чувств, которым я пока не готов был дать названия, но они точно не сравнимы ни с чем, испытанным мною до этого момента.
Повернул Веру к себе спиной и, подхватив украшение, осторожно, еле касаясь пальцами её кожи, застегнул замочек. Ягодки тут же пропали за застегнутым вырезом блузки. Со словами:
— Я не вижу их, — начал расстёгивать мешающие мне пуговицы.
— Олег, сюд-да могут войти. — Её голос дрогнул.
— Точно. Стой на месте.
А сам, уже дрожа от нетерпения, вылетел в приёмную, как раз в тот момент, когда дверь открылась, и на пороге появился Ветров. Резким движением вытолкнул его обратно в коридор и, бросив «позже», запер дверь на ключ перед его носом. А отойдя на пару шагов, услышал: