Чтение онлайн

Иной раз, будучи чем-нибудь задеты, они вступают в битву, в бой они бросаются, построившись клином (так же как и немцы, германцы.)

… Они заслуживают того, чтобы признать их отменными воителями, потому что издали ведут бой стрелами, снабженными искусно обработанными остриями из кости, а сблизившись врукопашную с неприятелем, бьются с беззаветной отвагой мечами и, уклоняясь сами от удара, набрасывают на врага аркан, чтобы лишить его возможности усидеть на коне или уйти пешком…»

Франки, французы

«История франков», т 2, 27, Григория Турского, официальная история 540–594 гг.

Начало правления Хлодвига. Война с Сиагрием. Суассонская чаша.

«… И вот прибывши в Суассон, король сказал, когда сложили посредине всю добычу: «Прошу вас, храбрейшие воители, не откажите дать мне вне дележа хотя бы вот этот сосуд, «— он имел в виду вышеупомянутую чашу. Когда король сказал это, те, у кого был здравый смысл, отвечали: «Все, что мы видим здесь, славный король, принадлежит тебе, как и сами мы подчинены твоему господству. Делай все, что тебе будет угодно, ибо никто не может противиться твоей власти». Когда они так сказали, один легкомысленный, завистливый и вспыльчивый с громким криком поднял секиру и разрубил чашу, промолвив: «Ничего из этого не получишь, кроме того, что полагается тебе по жребию». Все были поражены, но кроль подавил обиду кротостью и терпением…

По прошествии года приказал он собраться всему войску с оружием, чтобы показать на Мартовском поле, насколько правно содержится это оружие. И вот, когда обходил там ряды, подошел к тому, кто разрубил чашу, и сказал ему: «Никто не содержит в таком непорядке оружие, как ты, ибо и копье твое, и меч, и секира — все никуда не годится», и, вырвавши у него секиру бросил ее на землю. А когда тот наклонился, чтобы поднять ее, король, взмахнувши своею секирою, разрубил ему голову: «Так, — сказал он, — ты поступил с чашею в Суассоне»…»

Из книги Жана Ибелина «Иерусалимские ассизы» юридический трактат.

Первое письменный текст этого трактата 1368 г написан кипрскими баронами, которые утверждали, что восстановили его по устным воспоминаниям.

С 1187 года? 200 лет помнили? Весьма странно.

Глава ССХХVI — bis

«Какими службами обязан сеньору вассал, если он преступил (предельный) возраст или очевидным образом изувечен.

Существует ассиза и обычай, согласно которым все рыцари, переступившие шестидесятилетний возраст или очевидным образом изувеченные, от личной службы освобождаются, и если таковой извинится тем, что он переступил возраст, сеньор взамен его личной службы… всякий раз при оповещении будет брать у него на военные нужды коня и оружие, и если он вчиняет иск или отвечает по делу, по которому полагается поединок, он не обязан защищаться через заместителя, если не согласится на то добровольно…»

В знаменитой песне о Роланде описывается масса поединков. Причем очень красочно, но поскольку это литературное произведение, то я не буду их приводить в качестве примера, но, тем не менее, приведу их как образец поэтического описания боя.

Роланд ведет сражение с сарацинами. По сути дела, оно описывается как серия поединков между сарацинскими и французскими рыцарями. Но Роланд погибает под натиском врагов. Перед смертью пытаясь разбить свой булатный меч Дюрандаль. Карл приходит к нему на помощь, услышав его зов, из боевого рога, но слишком поздно.

Он вступает в бой с сарацинами с главным войском, после целого ряда перепитий. Окончательный исход сражения решается именно поединком между Карлом Великим и Балиганом.

… Могуч властитель Франции прекрасной,

Ему эмир в отваге не уступит,

Они мечи стальные обнажили

И бьют сплеча друг друга по щитам.

Рассечены и дерево, и кожа,

На землю пали гвозди и навершья,

В одних бронях остались два борца,

Мечи со шлемов искры выбивают,

И меж вождями бой не прекратится,

Пока себя виновным не признает

Неверных вождь иль франков властелин.

«Сдавайся, Карл! Смиренно о пощаде

Проси меня! — воскликнул Балиган, —

Ты моего убил сегодня сына,

В мою страну ты вторгся беззаконно…

Но я тебе отдам свои владенья

До самого Востока, если ты

Меня своим признаешь сюзереном!»

И молвил Карл: «Позор меня постигнет,

Не должен я с язычником мириться,

Крестись — и я готов тебя любить,

Уверуй только в истинного бога1»

Эмир в ответ: «Ты — скверный проповедник!»

И вновь звучат булатные мечи.

Могуч эмир: по шлему золотому

Он короля французов поразил

И шлем разбил, каменьями покрытый,

И волосы рассек, всю кожу, мясо

Булатный меч от кости отделил.

И шириной с ладонь нанес он рану.

От страшного удара покачнулся

Могучий Карл, — но не судил ему

Небесный царь погибнуть в этой битве:

Сам Гавриил опять слетел на землю

И молвил: «Карл Великий, что с тобою?»

И ангела узнал владыка франков,

Он вновь почуял силу и отвагу.

Мечом своим эмира поразил:

Он шлем рассек, каменьями покрытый,

Рассек весь череп, мозг рассек, лицо

До бороды седой, — убит на месте

Неверных вождь — язычник Балиган.

Карл захватывает Сарагоссу и насаждает там христианскую веру. Потом возвращается во Францию и там происходит над Ганелоном.

Он виновен в погибели Роланда. Суд решает: повесить его или нет. Судьбу Ганелона решает судебный поединок между Пинабелия (защитником виновного) и Тьерри Анжуйским. Выступающий за честь Роланда.

Удар Тьерри. Он разбил шлем до забрала, окончил поединок.

«Вот божий суд, — воскликнули французы, — Повесить надо графа Ганелона, а вместе с ним и родичей его!»