Чтение онлайн

И я опять целую ее, не останавливаясь. Больше я не остановлюсь. Она только моя и снова будет моей.

Варвара

Мое второе утро в новой квартире Сазонова, но совершенно отличное от первого. В этот раз я не нахожусь в зале на диване. Я в комнате Ильи, лежу с ним в одной кровати, и на мне нет его футболки. Впрочем, на мне вообще ничего нет. Я прекрасно понимала, чем закончится наша с ним поездка после ужина, и хотя до последнего выражала свои сомнения, все равно ехала с ним. А как только мы вошли в квартиру, нас притянуло друг к другу, и больше мы не смогли оторваться. И да, это была лучшая ночь за все последние годы.

Но сейчас я лежу на второй половине кровати, разглядывая спящего Сазонова, и не понимаю, что теперь будет с нами дальше.

Кажется, словно с первой нашей встречи на вручении премии, когда мы стояли на одной сцене, все уже было понятно. Можно было делать ставки, сколько мы продержимся, прежде чем снова быть вместе. И кстати, продержались достаточно долго, но все равно сдались и позволили себе все, чего так хотелось.

Хочет ли он отношений со мной? Пока мы ехали в машине, он говорил о том, что надо делать для успешного развития нашей истории. Но сможем ли мы? Вот уже несколько месяцев меня беспокоит этот вопрос, и я не могу найти на него ответ. Мне так хорошо рядом с Сазоновым, так тепло и офигенно, но ведь так было и в прошлый раз.

Разница лишь в том, что в прошлый раз меня тянуло обратно в большой спорт за победами, а сейчас уже не тянет. Та страница перевернута, а новая глава книги может рассказать о нас с Ильей. Если мы сами этого захотим…

— Ты еще не сбежала? — вместо пожелания доброго утра Сазонов приветствует меня такими словами.

— А уже должна была?

— Не знаю. Я не удивился бы, честно.

— Значит, такого ты обо мне мнения? — произношу обиженно.

— Варь, сейчас все так сложно, что я был готов к такому. Я рад, что ты осталась со мной.

Притягивает меня ближе к себе, обнимая одной рукой, и целует в висок. Моя обида постепенно сходит на нет, но до конца я все равно не успокаиваюсь.

— Ты не доверяешь мне? — спрашиваю у Сазонова, даже не понимая, какой ответ рассчитываю услышать.

— Евдокимова, давай лучше целоваться, чем разговаривать? — предлагает Илья.

Но на меня это не действует. Скидываю с себя его руку, поднимаюсь с кровати и начинаю быстро и в каких-то нервных конвульсиях одеваться.

— Варь, что, блин, опять случилось? — он продолжает лежать, но вижу, как напрягается.

— Ты прав, мне надо уйти.

— Как же меня это ***, — он ругается, а делает это он крайне редко.

Сазонов бесится, теперь я это понимаю. Он поднимается, натягивает домашние спортивки и футболку быстрее, чем я справляюсь с колготками и юбкой, и становится в дверях.

— Никуда тебе уходить не надо. Хватит, Варь. Мы так не сможем, давай прекращать думать о прошлом. Теперь по-другому будет.

— Ты даже не веришь, что я останусь с тобой и не сбегу утром! Ты сам не веришь мне, Сазонов!

— Мы это исправим.

— Ты будешь каждый день думать, а не уйду ли я именно сегодня.

— Варь, прекрати.

— Я не хочу опять делать тебе больно, — говорю шепотом, потому что эти слова произнести очень тяжело.

— Не делай.

Мы на расстоянии, но словно его и нет. Меня трясет и колбасит только от того, что Сазонов так близко, а никаких запретов больше нет, кроме как в моей голове. Подхожу к Илье, осторожно прижимаюсь к нему и обнимаю, сдерживая адский ком в горле. Очень тяжело. Но я правда хочу быть с ним и боюсь одновременно.

Ту секунду, что он не обнимает меня в ответ, мне страшно. Но вот его руки оказываются на моей талии, он прижимается лбом к моему, а потом находит мои губы и все-таки решает проблемы по-своему — целуя вместо разговоров. Но я и не хочу ничего другого. Мне хорошо сейчас.

— Не пущу, Евдокимова, — говорит, отрываясь от поцелуя. — Я тебя никуда не пущу, даже не думай.

— А если бы мне не вручили премию, и мы не встретились тогда на сцене?

— Какая разница? Я же тебе сказал, хватит думать о прошлом. Это тоже уже прошлое, а настоящее — здесь и сейчас.

— Я понимаю.

— Я рад. Пойдем завтракать? Или не пойдем?

Кивает в сторону кровати, намекая на продолжение вместо завтрака. Даже не знаю, на что соглашаться…

— Ну, можем построить маршрут на кухню обходными путями, — сама тяну его назад и решаю, что больше не хочу сопротивляться чувствам.

Мне сегодня на работу только ближе к вечеру, поэтому у Сазонова я задерживаюсь надолго. Он вообще сейчас живет свою лучшую безработную жизнь, хотя цена этой безработной жизни — тяжкий ежедневный труд через пот, боль и травмы с самого раннего детства. А еще у него рекламные контракты, шоу, съемки… На безбедную жизнь точно хватит. Но зная Илью, догадываюсь, что долго он так не выдержит и все-таки попробует реализовать себя в той профессии, которую получил в университете.

— О чем ты сейчас думаешь? — спрашивает, пока мы сидим друг напротив друг и неспеша потягиваем кофе.

— О том, что ты сейчас безработный, — спокойно выдаю я и смотрю за его реакцией.

Илья сначала подозрительно сводит брови, а потом начинает искренне смеяться, вновь поражая меня своей шикарной улыбкой.

— Жизнь мечты, ну серьезно. Хотя сколько дней длится моя безработность? До этого я каждый Божий день пропадал на репетициях шоу.

— А ты же говорил, что планируешь работать по профессии?

— Планирую. Я разве когда-то врал? Летом буду подавать документы в магистратуру по специальности и параллельно искать работу, а сейчас, честно, я хочу дать себе пару месяцев просто отдохнуть. Слетать куда-нибудь, книжки почитать, просто потусить. И если ты захочешь, то с тобой.

— У меня работа, — сухо отвечаю.

— Я не об этом. Хочешь или нет? С работой твоей всегда можно решить. Будущие чемпионки переживут и позанимаются с другим тренером. А ты побудешь со мной.

Он так уверенно говорит это, словно уже давно придумал.

— У тебя когда такие идеи появились? — хочу уточнить на всякий случай.

— Прямо сейчас, пока мы сидим с тобой рядом. Варь, теперь все не так, как было раньше. Мы уже не студенты и не подающие надежды спортсмены. Мы уже чемпионы, и карьера позади. Но вся жизнь впереди, нам даже тридцати лет нет, а тебе вообще чуть за двадцать. Нам надо привыкнуть к этому и жить своей новой жизнью.

Илья говорит правильные слова, но мне до сих пор сложно их принять. Хотя прошло довольно много времени после того, как я объявила о завершении карьеры. Я даже начала работать, а все равно иногда живу прошлыми мерками о своей жизни.