Борьба династий
Шрифт:
У Ольги на секунду остановилось сердце. Конечно, это не его идея. Стал бы он перекрашивать стены, вспоминая ее давнишние рассуждения. Она рассеянно переводила взгляд с полотен на стенах на стеклянные двери.
— Диана?
— Дизайнер. У нее было свое видение того, как все здесь должно выглядеть.
Значит, не любовница, а профессиональный дизайнер. Хорошо, что перемены в обстановке не имеют к ней никакого отношения. Она до сих пор чувствует влечение к бывшему мужу, и ей сейчас меньше всего хотелось бы узнать, что он перекрасил в доме стены в соответствии с ее предпочтениями. Пусть лучше это будет его замысел.
Уваров подошел к ней и протянул бокал белого вина. Она улыбнулась.
— Даже если бы ты покрасил стены в лимонно-желтый, это не имело бы никакого значения. Главным здесь всегда будет это, — она жестом указала на вид из окна.
Он открыл двери, и Ольга вышла на балкон. Внизу простирался большой парк, в котором, несмотря на поздний час, было многолюдно. Из-за плотного движения и большого количества людей в этой части города было довольно шумно, но Ольга не замечала ничего вокруг. Она наслаждалась необыкновенным ощущением легкости во всем теле. Прошедшая неделя, омраченная авиакатастрофой, стала для нее тяжелым испытанием. Сейчас ей хотелось забыть обо всех проблемах.
— Мне здесь нравится.
— Поэтому ты купила себе дом в Бешикташе, в Стамбуле?
Ольга покачала головой, не видя связи.
— Что ты имеешь в виду?
— Тот район похож на это место.
— Не думаю. Весь мой дом уместился бы на одном этаже твоего особняка. А что касается вида, — она усмехнулась, — как ты можешь сравнивать? Ты выглядываешь из окна и видишь эту красоту, а у меня из окна виден кусочек моря. Это совсем разные ощущения.
Уваров не ответил, а Ольга почувствовала, что он прошелся взглядом по ее телу с головы до ног. В тот момент она пожалела, что не надела новое платье. Ей так хотелось провести этот вечер в умиротворении, скинуть туфли и наслаждаться вином и едой. Она надеялась, что сможет ненадолго забыть о произошедшем и отдохнуть.
— Мне, к сожалению, некогда наслаждаться видом.
— Все так же работаешь как ненормальный?
— Я должен.
— Никто никому ничего не должен, — парировала Ольга. — Каждый сам себе выбирает путь. А мотивация у всех своя, будь то амбиции или деньги.
Что касается Уварова, то плюс к своему обаянию и чертовской привлекательности он обладает целеустремленностью и желанием побеждать. Она знала, что его воспитывала одна мать и он с детства добивался всего сам. Хотя об этой части своей жизни он почти не рассказывал.
— А что можно сказать о тебе, Оля? Что движет тобой?
— Работа.
— До сих пор?
— Да.
Он молча смотрел на нее.
— А что стало с твоей мечтой быть преемницей Михаила?
— Мечты так и остались мечтами, Уваров.
— Ты сама знаешь, что это не так. В «диком аметисте» грядут перемены. Я считаю, что тебе пора воплотить свою мечту в жизнь.
У Ольги тяжело билось сердце. Она уже десять лет не вспоминала свои детские мечты и стремления.
Хочет ли она вернуться в семейный бизнес?
Сможет ли она отказаться от жизни, которую вела последние десять лет?
Звонок в дверь нарушил тишину. Уваров поднял голову.
— Это ужин. Продолжим наш разговор после еды.
Уваров ругал себя за то, что начал разговор о делах и нарушил ту расслабленную обстановку, что царила на балконе. За едой они немного отвлеклись. Они разговаривали о ресторанах, об отдыхе Ольги, об Алевтине, обо всем на свете, кроме главной темы дня.
Наконец Ольга отложила ложку, и он, глядя на недоеденный десерт, спросил: — И это все?
— Доесть выше моих сил.
— Хочешь кофе?
Она покачала головой.
— Тогда ликер? Или коньяк.
— Нет, спасибо. Давай закончим с нашими делами.
Да, пора заняться делом, но только не за обеденным столом.
— Давай пройдем в гостиную. Там ты сможешь снять туфли и расслабиться.
— Вот в этом я очень сомневаюсь, — мягко возразила она. — Но ты прав в том, что от посуды надо держаться подальше. На случай жаркой дискуссии.
В гостиной Уваров предложил Ольге присесть на дальний край дивана.
— Лампа на столике, конечно, уродливая, но стоит целое состояние. Ты лучше держись от нее подальше.
Она села на предложенное место.
— Мудрое решение. Такой и убить можно.
— Надеюсь, до этого не дойдет.
— Я тоже. Хотя наши отношения не исключают такого поворота событий. Особенно когда речь заходит о «Диком аметисте».
С этим Уваров не мог поспорить. Когда они работали вместе, во время их жарких споров летели искры, но в противоборстве рождались новые идеи. Они с Ольгой идеально дополняли друг друга на работе и в спальне.
— Позволь рассказать о моем предложении, — начал он.
— Это будет действительно деловое предложение или те радужные перспективы, которые ты рисовал мне раньше?
— Начнем с поста директора по связям с общественностью.
Она кивнула.
— Я уже обдумала все.
— И?
— Андрей считает, что это будет противоречить интересам Востровых.
Неудивительно, что она уже обсудила свое возможное назначение с боссом. Уваров предвидел это, но все равно нахмурился.
— Твой босс прав, — коротко сказал он. — Ты не сможешь работать на него, если примешь наше предложение.
— С чего бы мне отказываться от хорошей работы, которую я люблю?
— Потому что Востровы могут тебе предложить только работу. Но какое за этим стоит будущее? Андрей Востров передаст пост директора своему сыну.
— Не все так жаждут власти, Уваров.
Он встретился с ней взглядом.
— Раньше ты хотела иметь определенные полномочия. Ты вернулась из заграницы с новыми идеями и мечтала все изменить. Но это было невозможно, учитывая ваше противостояние с Михаилом. Я помню все, что ты наговорила в тот день отцу.
— Я ушла от Лебедевых по многим причинам. Непонимание отца было всего лишь одной из них.
— Тогда ты четко объяснила свое решение, но с тех пор многое изменилось. Тебе сейчас принадлежит часть компании.
Она резко нахмурилась.
— Что ты имеешь в виду?
— Когда будет оглашено завещание твоего отца, ты станешь одним из трех совладельцев «Дикого аметиста».
— Нет, — потрясенно произнесла она. — Отец вычеркнул меня из своего завещания. Он сказал…
— Неважно, что собирался сделать твой отец, его завещание переписано не было. Я уточнил это у Якушева, который является его распорядителем. Как его дочь, ты унаследуешь треть компании.