Чтение онлайн

Келси выходит, закрывая за собой дверь. Ее глаза розовые и опухшие, сама она выглядит осунувшейся. Вся ее энергия и харизма где-то совсем в другом месте. Почему она вышла и закрыла дверь?

Это на секунду повергает меня в шок.

— Можно войти?

Келси смотрит в пол, не желая смотреть на меня.

— Она не хочет тебя сейчас видеть.

Я думал, что не смогу чувствовать себя еще хуже, чем сейчас, но ошибся. Поднимаю глаза, пытаясь взять себя в руки.

— Ч-что? Я имею в виду… — тянусь вверх, дергая волосы на затылке. — Мой телефон разрядился. Я была в глуши.

Келси качает головой.

— Она… она просто сейчас в плохом состоянии. И тебя здесь не было.

Стараюсь не говорить об этом. Я просто хочу утешить Дженни, и что бы для этого не потребовалось, я все сделаю. Но, черт возьми, это не моя вина. Правда? Это просто неудачное стечение обстоятельств. Я должен был остаться.

— Я очень хочу ее увидеть. Но не хочу усугублять ситуацию. — Я не заикался с того дня, как мама бросила нас с папой.

— Просто дай ей немного времени.

Мне хочется ворваться в дверь и заключить Дженни в свои объятия. Мне требуется все силы, чтобы остановить себя. Если я не думал, то всегда попадал в неприятности с Дженни. Она уже раздавлена. Дело не во мне. Речь идет о том, что лучше для нее, и чего она хочет. Если ей необходимо пространство, я должен дать ей его, потому что меньше всего мне хочется усложнять ей жизнь.

— Хорошо, конечно. Я тебе доверяю. Как ты скажешь, так и будет. — Келси поворачивается, но я останавливаю ее, положив руку на ее плечо. Она снова переводит взгляд на меня. Я глубоко вдыхаю, пытаясь подобрать слова. Останавливаю себя и смахиваю пару слезинок, пытаясь взять свой голос под контроль. — Пожалуйста, позаботься о Дженни и дай ей знать, что я люблю ее.

Келси прикрывает рот и кивает, после чего возвращается в дом, закрывая за собой дверь.

Выезжая с дороги, я снова и снова повторяю себе, что все будет хорошо. Что она просто обиделась из-за отца, а обстоятельства сложились неудачно. Дженни сказала мне идти на встречу. Мой телефон разрядился. Такие вещи иногда случаются.

Но ничто не может заглушить боль. Боль, которую я чувствую каждой клеточкой своего тела из-за того, что она страдает, а я не могу быть рядом с ней. Уйти с крыльца было самым тяжелым поступком в моей жизни.

Глава 31

Дженни Джексон

Когда умер отец, а Итана не было рядом, что-то внутри меня оборвалось. Со мной все не в порядке. Словно я потеряла конечность, или кость оказалась не на своем месте. Он должен был быть там. Да, я сказала ему отправиться в поездку, потому что он так часто работал вне офиса, но как он мог допустить, чтобы его мобильный телефон разрядился, зная, в каком состоянии находится мой отец?

Прошло четыре дня, вчера мы похоронили отца. Итан не пришел на похороны, но я заметила большую цветочную композицию, которую он прислал. Я, наверное, тысячу раз проводила пальцем по его имени на открытке и думала о том, как ему, должно быть, больно, что я от него отгородилась. Весь день я словно жила в своем худшем кошмаре, только во плоти.

Я попрощалась с человеком, который вырастил меня, заботился обо мне, учил меня жизни и делил со мной бейсбол. Ты пытаешься подготовиться к чему-то подобному, особенно с теми предупреждениями, которые были у меня, но, в конце концов, ничто не может удержать тебя от разрыва. И человек, которого я люблю, не был рядом со мной, не держал меня за руку и не подставлял плечо для слез.

Итан дважды звонил и один раз написал смс. Он оставил сообщение, в котором сожалел о моей потере и просил сообщить ему, если мне что-то нужно. Я слышала его голос, пытающийся не сорваться на автоответчик голосовой почты. По его тону понятно, что он сдерживает себя, и это еще больше разбивает мне сердце, когда я задумываюсь о том, что делаю с ним.

Восхищаюсь тем, как он сдерживается, если быть честной с собой. Итан не заставляет меня выслушивать его объяснения. Он делает то, что, по его мнению, я хочу, или то, что, по моему мнению, мне нужно. Это убивает меня изнутри.

По правде говоря, я хочу, чтобы он был рядом, даже после того случая с мобильным телефоном. Хочется, чтобы его руки обхватили меня, мне необходимо опереться на него. По какой-то необъяснимой для меня причине мой разум просто не дает этого сделать. Мое тело не желает звонить ему, не жаждет извинений, не хочет злиться на него. Да, я веду себя совершенно неразумно, но почему-то не могу остановиться. Это похоже на внетелесное переживание.

Я расстроена из-за всего и вымещаю это на нем. Итану достается по полной программе. Теперь уже поздно что-либо менять. Я наказываю себя и его. И все же каждый раз, прокручивая в телефоне его имя, я физически не могу нажать на кнопку.

Келси гладит меня по волосам, сидя на диване, где я сворачиваюсь калачиком в позе эмбриона, обложившись подушками. Смерть отца поражает ее слишком сильно, я никогда не видела ее такой. Она не особо переживала, старалась держаться ради меня и скрывать боль. Но боль слишком очевидна. Через четыре дня она только начинает походить на себя прежнюю.

Три резких стука в дверь заставляют нас сесть на диване и уставиться друг на друга.

— Я открою. — Келси подходит и открывает дверь.

Я не вижу, кто это, но Келси держит руку на бедре. Так я понимаю, что там стоит симпатичный парень. С Итаном она никогда бы так не поступила. Какого черта?

— Мне нужно с ней поговорить. — Голос Мэтта громкий и настойчивый.

Я вжимаюсь обратно в диван и качаю головой, но Келси не смотрит на меня. Она краснеет и усмехается, прежде чем отойти в сторону.

В дверном проеме появляется крупный, мускулистый Мэтт. Келси пожимает плечами, чтобы он не видел, и с сожалением подглядывает на меня.

— Предательница, — решаю ответить на этот поступок моей подруги, но легкая ухмылка все же появляется.

Мэтт поднимает руки вверх. Почему эти два мальчика всегда так делают? Как будто они знают, что идут навстречу опасности, и это каким-то образом освобождает их от нападения.

— Мне очень жаль твоего отца.

Я прижимаю подушку к груди.

— Почему ты здесь?

Мэтт садится рядом со мной на диван, а Келси продолжает разглядывать его с другого конца комнаты. Сука.

— Ты знаешь, почему я здесь, Дженни. — Он кладет свою большую медвежью лапу на моё плечо. — Тебе нужно поговорить с ним.

— Я не могу. Его не было здесь, когда он был мне нужен.

Мэтт вздыхает и откидывается на спинку дивана.

— Он не мог знать, что это случится. Его телефон разрядился, когда он был вне зоны действия сотовой связи по делам. Как только он услышал… — Мэтт делает паузу и вздыхает. — Он взбесился и потащил свою задницу в дом твоего отца.

— Это неважно. Для него бизнес всегда на первом месте. — Это полная неправда. Итан изменился, но я все равно не могу удержаться от того, чтобы не сказать это. Продолжаю врать себе, прекрасно понимая, насколько нелепо звучу для всех. — Всегда было, и всегда будет. — Мэтт усмехается.

— Это неправда, и ты это знаешь.

— Когда я ему надоем, он вернется к тому, что ему удобно.

— Ты близка к нему. Ты любишь его. Но ты еще не все о нем знаешь.

Я смотрю на Мэтта, не веря, что его слова смогут заставить меня передумать.