Чтение онлайн

— Я-я-я не позволю вам забрать меня обратно, — запинается заключенный. Мы с Кейденом обмениваемся взглядами. Если этот человек больше боится мира за пределами этой тюрьмы, то он, должно быть, сделал что-то, чтобы заслужить свой приговор и сопровождение шестью охранниками, пока он закован в цепи. — НАРУШИТЕЛИ! НАРУШИТЕЛИ!

Кейден делает шаг вперед и взмахивает клинком с достаточной силой, чтобы обезглавить его. Тело заключенного дергается, когда его голова ударяется о землю. Тишина тяжело повисает между нами, но она не длится долго. Сотни шагов эхом разносятся по горе, топот по гальке вдоль стены пещеры. Кейден бросает заключенного на плечо и поднимает голову, прежде чем немного отбежать, доверяя мне следовать за каплей туда, куда нам нужно. Надеюсь, Гаррик думает, что мы проникли в тюрьму, чтобы освободить заключенного. Не редкость освободить заключенного из других тюрем, чтобы столкнуться с гневом главаря банды или кого-то еще, кому они причинили вред.

Мы добираемся до пещеры, через которую вошли, и Кейден бросает пленника в океан. Он смотрит вниз, словно хотел бы приказать морю выплюнуть этого человека обратно, чтобы он мог пытать его за то, что он поставил под угрозу нашу миссию. Волны бушуют гораздо агрессивнее, чем когда мы прибыли, полностью поглощая небольшой пляж, по которому мы шли. Наша лодка все еще плавает, но не долго, если мы не спустимся туда вовремя.

Кейден вонзает кирку в гору и начинает вязать сложные узлы, чтобы привязать себя к ней. Закончив, он делает шаг ко мне и хватает меня за плечи.

— Насколько ты мне доверяешь?

Ненавижу этот вопрос.

— Я верю, что ты не дашь мне умереть.

— Я могу с этим справиться. — Он тянется ко мне, обхватывает обе мои ноги вокруг своей талии и связывает нас вместе теми же узлами, которые он использовал на кирке. — Прежде чем ты начнешь спорить со мной, знай, что это не обсуждается, принцесса. Прилив поднимается, и стражники снуют по этому месту, как крысы.

Я крепче обнимаю его за шею, когда он переваливается через край и начинает наш плавный спуск, надежно удерживая меня между своих рук, пока наши сердца бьются вместе. Я никогда не боялась высоты, но как только облако густого тумана, окружающее основание тюрьмы, затмевает мой обзор, я зарываюсь головой в шею Кейдена и верю, что он закончит путешествие.

— Ты научишь меня пользоваться отмычками? — спрашиваю я, пытаясь отвлечься.

Его смешок танцует в прядях моих волос.

— Развращать тебя дальше, это приглашение, от которого я никогда не откажусь.

Сапоги Кейдена плещутся в прибое, когда мы добираемся до дна, и он развязывает узлы одним простым рывком.

— Я бы также хотела научиться этому, — говорю я.

— Договорились.

Я разжимаю ноги вокруг него, но он сжимает руки, не отпуская меня, пока не сажает меня в качающуюся лодку и не выталкивает нас в море. Он замечает мои пылающие щеки, когда гребет нас обратно в деревню Варавет, где мы оставили лошадей и разбили лагерь в лесу.

— Нет смысла нам обоим мочить ноги, — говорит он.

— Никакого скрытого смысла? — спрашиваю я, вспоминая его слова из таверны.

Улыбка, которую он мне дарит, совсем не невинна.

— Никогда, ангел.

ГЛАВА 22

Мой смех преследует меня как призрак, и все вокруг меня, как будто, застряло в сиропе, движется медленно. В Эстеллиане я чувствовала себя застывшей. Но прямо сейчас я чувствую себя в ловушке собственного разума, медленно наблюдая, как рушится замок и разбиваются окна, пока я пытаюсь удержать себя в руках.

Боль в моей груди не от связи, а от потери. Кража времени. Страх неудачи. Ветер дует сквозь скрипучие деревья к Имирату, но я остаюсь здесь, в милях от существ, которых я видела так отчетливо, словно они были передо мной.

У меня непреодолимое желание вернуться домой, но я не знаю, где находится дом. Одеяло накинуто на мои плечи, вырывая меня из мыслей. Я оглядываюсь назад, не замечая, что Кейден отошел от своего места у огня.

— Ты дрожишь. — Он проводит ладонями по моим рукам, и я изо всех сил стараюсь сдержать свои эмоции, ненавидя себя за то, что чувствую, что снова готова расплакаться перед ним.

— Извини, — шепчу я, не совсем понимая, за что именно извиняюсь. За то, что не в порядке? За то, что слишком эмоциональна?

Его губы недовольно опущены.

— Ты никогда не извинялась передо мной до сегодняшнего дня, так что не начинай сейчас. Особенно за то, что ты чувствуешь.

— В следующий раз, когда я увижу драконов, я буду лучше. Я смогу держать себя в руках. Я была просто шокирована и не готова. — Слова вырываются из меня в защиту, хотя я не защищаюсь ни от чего, кроме восприятия слабости, которое воспринимаю только я.

— Я знаю, что ты будешь готова, — говорит он, снова садясь рядом со мной. Он подбрасывает дрова в огонь, и мои глаза бегают по тому, как он подчеркивает его черты. — Но тебе это сейчас не нужно. — Он смотрит на меня, и мой живот сжимается. — Я хочу знать, что здесь происходит. — Он нежно постукивает пальцами по моей голове.

Я качаю головой, поворачиваясь к огню.

— Слишком много.

— Мне судить об этом. — Он снова разжигает огонь, и искры взлетают в ночное небо. — Поговори со мной. — Он делает паузу на мгновение, прежде чем добавить: — Пожалуйста.

Это короткое слово, но оно обладает силой покрыть лес тишиной, кроме далеких воев и грохота волн. Но что-то в том, чтобы быть здесь, вдали от замка и любопытных глаз и ожиданий, фасадов и фальшивого смеха, заставляет мои губы чувствовать себя свободными. Я часто чувствовала, что я слишком интенсивна для людей, поэтому всегда предпочитала держать себя в руках. Мои мысли принадлежат мне, но Кейден смотрит на меня так, словно они сделаны из воздуха, и он жаждет наполнить свои ноющие легкие.

— Я так долго жила с чувством вины, что не знаю, кто я без него. — Я плотнее заворачиваюсь в одеяло. — Когда я была моложе, я почти ничего не чувствовала. Я даже не чувствовала себя человеком. Мне приходилось говорить себе, что нужно проявлять эмоции, чтобы люди не беспокоились обо мне, и я просто притворялась, что со мной все в порядке, чтобы никто не заглянул слишком глубоко и не понял, как мне больно. Я чувствовала себя статуей, высеченной кем-то, пустой и улыбающейся, потому что я не могла испытать ни минуты радости, не думая о том, как страдают мои драконы.

Я чувствую себя как чайник, который вот-вот закипит, и я сжимаю губы, чтобы не болтать. Пальцы тянут кулон вдоль цепочки, и я пытаюсь рассеять, стеснение в груди, глубоко дыша.

— Продолжай говорить, Эл, — мягко говорит Кейден, осторожно проводя рукой по моей спине.

— Мне не следовало бы так много говорить. Я должна быть благодарна за ту жизнь, которая у меня есть.

— Не говори мне эту чушь. — Мои глаза вспыхивают, когда я встречаю его сердитый взгляд. — Не принижай все, что ты вытерпела, ради восприятия себя, в которое кто-то заставил тебя поверить, что ты должна быть такой.