Чтение онлайн

Нельзя недооценивать противника! Самое время поблагодарить отца за те тренировочные бои. Правда, со времени последней тренировки прошло уже больше полугода, но руки сами помнили, что надо делать. Главный враг сзади, еще двое снизу и сбоку. Она сделала несколько движений руками, словно гладит наемника по бедрам, на самом деле проверяя, дотянется ли до клинков. Потом попробовала достать до горла Гана, и провела по плечам Харанга. Мужчины уже вошли в раж и мало на что обращали внимание, им казалось, что Лайлин их поощряет.

– Они нарушили закон. Так почему бы и мне не нарушить закон?
– пока действо двигалось к кульминации, сознание Лайлин было кристально чисто и холодно, и работало с невероятной скоростью, - А я ничего и не нарушу, закон не запрещает женщине владеть оружием. Потому что те идиоты, что его писали, и мысли не допускали, что мы можем владеть оружием наравне с ними. Еще немного потерпеть, еще... Надо дождаться, когда они потеряют контроль...

Ждать пришлось недолго. Все трое быстро дошли до кондиции и уже собирались взлететь на небеса от удовольствия. Лайлин поняла - пора.

Все было сделано невероятно быстро, никто не успел опомниться.

Вдох. Резко выбросить руки назад, вытащить клинки наемника из ножен, одной рукой полоснуть клинком по горлу Харанга, второй - Гана под коленями, перерезая сухожилия. Выдох. Не оборачиваясь воткнуть оба клинка в живот рычащего от удовольствия наемника Муна. Упавшему на пол, вопящему Гану отрезать его поганый отросток вместе со всем хозяйством. Вдох. Обернуться, воткнуть пытающемуся дотянуться до меча наемнику клинок в горло. Оттолкнуть от себя, отрезать гениталии. И, наконец, отрезать хозяйство хрипящему в агонии Харангу и воткнуть второй клинок в горло Гану. Выдох. Все. Девять секунд. На полу корчилось в агонии то, что осталось от трех мужчин, только что имевших ее. Лайлин была вся в крови, но руки у нее не дрожали.

Она спокойно поправила одежду и волосы.

***

Ханг заталкивал денежки в кубышку, а те почему-то упирались, никак не желая влезать. Старший муж уже изрядно приложился к бутылке, почти отполовинил ее в одиночку. Этим видимо и объясняется, что он не обращал должного внимания на странные звуки, несущиеся из спальни его жены. Однако, когда у его горла вдруг возник окровавленный клинок, а на столик перед ним твердой рукой его прекрасной супруги были брошены три комплекта окровавленных гениталий, бедный старший муж протрезвел мгновенно. Он застыл как цыпленок перед удавом, дрожа от страха и не смея пошевелиться.

Лайлин понимала, что Ханга придется оставить в живых, ей не обойтись совсем без мужа - попадет в бордель. А потому слегка надавила лезвием на его шею и сказала, протянув руку:

– Давай.

– Ччч-т-т-т-т-т-оо-о-о?
– штаны он все-таки чуть-чуть обмочил, и с удивлением, и совершенно ни к месту обнаружил, что ужасно возбудился.

– Медальон давай.

Трясущимися руками Ханг снял с шеи медальон - брачное свидетельство, отдал его жене. Та повесила свидетельство себе на шею и велела:

– Быстро собери все ценное, мы сейчас же уходим. А этот дом надо сжечь.

Он закивал и залепетал:

– Да, госпожа! Как прикажет госпожа! Сейчас! Да! Да!

У Ханга даже мысли не возникло взглянуть в лица тому, что осталось от его братьев и наемника, но это не помешало ему пойти в ее спальню, пошарить там у них в карманах. И вообще, как-то перечить своей грозной жене, страшной в этот момент как древнее кровавое божество, господин старший муж не посмел бы ни за какие блага жизни.

Не прошло и получаса, а они уже покинули хутор, полыхающий огнем в ночи, оставляя за спиной прошлую жизнь.

Лайлин и Ханг были в пути уже часа два и довольно далеко ушли от дома. Одежду они сменили и наскоро обтерлись от крови, но отвращение от грязи на теле оставалось. Ледяное спокойствие, сковавшее эмоции, стало отпускать, и женщину накрыл откат. Иные в таких ситуациях падают в обморок или впадают в апатию, но к Лайлин наоборот вернулось все то, что она тогда усилием воли подавила. К ней вернулась ненависть, презрение, жажда мести, желание мучить и терзать своих обидчиков. Вроде бы, она со всеми ними расправилась, а удовлетворения не было, ярость бродила в крови, вызывая темные желания.

Но самым странным было сексуальное возбуждение, которого она никогда не испытывала раньше. Очевидно, выброс адреналина и то запретное, произошедшее с ней сегодня, взбудоражило и перевернуло ее психику. Однако, отыграться, кроме Ханга, было не на ком. Так что взгляды, которые она бросала на испуганного и притихшего Ханга, иначе как людоедскими трудно было назвать.

– Разбивай лагерь, заночуем здесь. Надо еще помыться, а тут ручей рядом. Костер разожги, пока я помоюсь.

– Да госпожа, сейчас, - засуетился Ханг, - А может быть мне помыть тебя?

– Костер. Разожги. И не зли меня.

– Да, госпожа, я все сделаю.

О, нет-нет, злить ее не входило в его планы! Господин старший муж был сама кротость, особенно, когда вспоминал, как его жена мастерски управляется с колющим и режущим оружием. Она подошла к нему вплотную и внимательно оглядела, думая о чем-то своем. Бедняга затрепетал. Лайлин была почти одного роста с ним, и ее прекрасное лицо было совсем рядом. Сейчас она вызывала у него смешанные чувства, от ужаса до страстного обожания.

Пока Ханг хлопотал, разжигая огонь на полянке, Лайлин мылась холодной водой из ручья, но бродившее в ней возбуждение не успокаивалось, она взглянула в сторону своего старшего мужа, оделась и вернулась к костру. Видимо, выражение лица ее не сулило ничего хорошего, потому что Ханг смотрелся испуганным, хоть и крепился.

– Успокойся, я не убью тебя, ты нужен мне.

Старший муж испустил вздох дикого облегчения.

– Не спеши радоваться, - улыбка Лайлин была зловещей, - Ты будешь слушаться меня во всем.

– Да! Эээээ.... Да! Да, Гостожа!
– Ханг закивал и склонился.

Конечно, он будет слушаться, ему еще жить не надоело.

– Ты хоть представляешь себе, урод, что со мной делали эти скоты? А?
– ей хотелось выместить злость хоть на ком-нибудь.

– Нет, нет, Госпожа. Нет, откуда мне знать.

– Конечно, откуда? Ты же, как привязанный, сидел у своей кубышки.

– Я-а-а-а... ээээ...

– За это я тебя накажу, - Лайлин прошлась мимо него, - Снимай одежду.

– З-з-зачем?