Чтение онлайн

Это было так странно… он нес меня очень бережно, словно и в самом еле видел во мне любимую жену – но ведь глупость же, правда? А еще я внезапно сообразила, что под этими черными тряпками – вполне себе гуманоидное тело. Крепкое тело, сквозь ткань я ощущала грудные мышцы, и напряженный бицепс под моей щекой. Андроид? Или девиране на самом деле были куда больше гуманоидами, чем себе представлял Альянс?

Но вот то, что медиум Аэдо не говорил, все же намекало на иное строение артикуляционного аппарата – или на полное его отсутствие. Но здесь закрадывалось некое противоречие: ведь ни одна цивилизация не смогла развиться в достаточной степени без владения речью. Ведь речь – основа передачи знаний следующим поколениям, а, следовательно, основа любой культуры. И лицо… Что там, под этой тьмой? Или это и есть щит, закрывающий мозг от внешнего воздействия?

Я не успела додумать. Он принес меня в странную комнату, без единого прямого угла. Все контуры сглажены, как будто я очутилась внутри живой растительной клетки. Осторожно, стараясь не делать резких движений, опустил на что-то упругое, какую-то лежанку, и быстро выпрямился.

– Отдыхай. Еду и питье тебе принесут позже.

Я молча смотрела ему в спину, пока он шел к выходу – и еще долго смотрела на мгновенно затянувшийся пленкой выход. Определенно, двигался девиранин как человек. И тело было человеческим. Любопытно, знает ли об этом Альянс, а если и знает, зачем они меня сюда отдали? Полагают, что я смогу передать им какие-то новые сведения о девиранах? Наивные…

Щека все еще хранила ощущение прикосновения к тугому бицепсу, и я невольно потерла ее ладонью.

Черт! А может быть, они там чешуей покрыты.

И лица нет. И глаз нет. Я ровным счетом ничего не знаю. И я заперта здесь без малейшей надежды на спасение.

Я мрачно подумала о том, что все равно попытаюсь сбежать. Когда-нибудь эта пленка откроется. Но сейчас… и зевнула. Наверное, я могла немного передохнуть. В конце концов, мне очень скоро понадобятся силы, чтобы разобраться со всем этим.

***

Когда я открыла глаза, в комнате было темно. Сквозь полупрозрачную дверь-мембрану сочился приятный зеленоватый свет. Бархатистые стены едва заметно подрагивали, словно комната дышала…

Я осторожно повернулась набок, села. Оказывается, все это время я проспала на некоем подобии лежака, округлых форм, вырастающем как будто прямо из пола. Я его потрогала – он тоже оказался бархатистым наощупь и теплым. Кажется, от моих прикосновений по поверхности побежали крошечные огоньки – такие маленькие, что казались светящейся пылью. Я вздохнула и еще раз осмотрелась в поисках… сама не знаю, чего.

Как глупо заснуть на корабле врага.

Но он меня, скорее всего, напичкал все же седативным, потому что в противном случае… да никогда бы я не дрыхла безмятежно в таком месте.

Было по-прежнему темно, но мягкого свечения мембраны хватало, чтобы понять: в месте, где меня запер девиранин, не было больше ничего – ни мебели, ни ванной комнаты. Последнее меня огорчило. На самом деле, очень мало нужно, чтобы отвлечь человека от тяжелых душевных терзаний: для этого достаточно всего лишь захотеть в туалет при отсутствии такового. И по этой же причине я кое-как поднялась на ноги. Тело по-прежнему ныло, но природа брала свое. Я кое-как, придерживаясь за упругую бархатную стену, доковыляла до двери и осторожно стукнула по ней костяшками. Почему-то на корабле девиран не покидало ощущение, что ты находишься внутри живого организма, а потому возникали вполне серьезные опасения, как бы этот организм тебя не переварил.

Ничего плохого не случилось. Наоборот, пленка дернулась и с тихим хлюпающим звуком всосалась в стену. Я специально осмотрела участок стены, где исчезла перепонка – ничего. Ни щели, ни выступа. Выглянула из комнаты: пустой коридор, живой, по стенам в разные стороны разбегаются светящиеся точки, рисуя непонятные мне узоры.

Интересно, где сейчас медиум?

Следит за мной? Или занят своими делами?

Я вздохнула. Ощущение безнадежности нахлынуло с новой силой. Я мысленно прокляла Мишеля и Фирлэйма. И – понятно же, что просто так мне отсюда не убежать. По крайней мере, до тех пор, пока не разузнаю, что здесь и как.

Так я медленно шла вперед, сама не зная куда. Заблудиться не особенно боялась, Аэдо меня разыщет рано или поздно. Это ведь ему понадобилась жена-землянка! Но отсутствие туалета начинало смущать все больше, а в этом странном коридоре, подсвеченном у самого пола, дверей не было – либо они были такими же мембранами и я попросту не видела различия между дверью и стеной.

Не знаю, как долго я шла. Может быть, с четверть часа, пока не выбралась в большую рекреационную область – тоже без единого прямого угла, но зато с огромным обзорным окном почти во всю стену. Называть такое иллюминатором просто язык не поворачивался. Я подошла ближе и посмотрела на скрученную губку даториума. Он был здесь куда ближе, чем если смотреть с «Содружества», и внезапно на пористой поверхности я смогла разглядеть суетящихся букашек. Вернее, это отсюда они казались букашками, а на самом деле это и были те самые альхьес, которые даториумом кормились. Я бы сказала, окажись я рядом с такой «букашкой», то она была бы выше меня раза в три, этакий кибербионический монстр. Но отсюда – словно тля, тускло светящаяся. Ползают себе по даториуму, грызут его. Кажется совершенным бредом, но именно так из него девиране и извлекают террабайты информации, которую затем продают Альянсу.

Зрелище альхьес на даториуме завораживало. Я так и застыла перед окном, раздумывая о том, что Альянс ждет от меня информации о технологии переработки даториума, и дружки Мишеля тоже будут ждать от меня сведений. Чтоб им пусто было! Мне интересно, как они себе это представляют – что я скажу своему, выходит, дорогому мужу, что мне нужно узнать это, это и еще вот это? Или как? На всякий случай я коснулась виска: сигнал сети «Содружества» был совсем слабым, скорость передачи данных практически нулевая. А вот к сети корабля меня никто не удосужился подключить – да и подключит ли? Неизвестно… Все зависело от того, зачем он меня забрал.

…И ощущение шевеления воздуха за спиной. Я резко обернулась. Невольно отшатнулась, когда взгляд уперся в густую темень, расчерченную рисунком сот. От слабости повело, я оперлась ладонью о стекло, мимоходом подумала о том, что и не стекло это вовсе, а нечто другое. Девиранин… неподвижно стоял, сложив руки на груди, и смотрел на меня сверху вниз, поскольку был выше почти на голову.

– Что? – сипло спросила я, понимая, что молчать бессмысленно.

Он качнул головой.

– Мне надо было выйти, - упрямо прошептала я, - или я здесь пленница?

– Тебе не нужно ходить по кораблю одной, - снова зазвучал синтезированный голос, - краевые могут забрести сюда. Пока ты не подключена к сети корабля, они могут быть для тебя опасны.

– Краевые – это кто?

– Альхьес, но мы называем их еще и так, по функциональному признаку, - ответил девиранин и протянул мне руку, - пойдем.

– Куда?
– я не спешила сдаваться.

– Тебе нужно привести себя в порядок. А потом мы поговорим.

Вот так судьба повернулась ко мне совершенно новой, неизведанной стороной. Еще несколько дней назад я чуть ли не в обморок от ужаса падала, едва завидев девиран. А сейчас… он просто протягивал мне руку, затянутую в черную перчатку, и мне почти не было страшно – ну, разве что самую малость. Я смотрела на эту руку, на широкую ладонь, на длинные пальцы, и вспоминала то, как он меня гладил по плечам, когда я плакала, сломленная и преданная своими же.