Брак во имя Альянса
Шрифт:
«Приятного аппетита», - Аэдо кивнул мне и принялся за обед, который, к слову, состоял из большой отбивной и тушеных овощей.
Я тоже взяла вилку. Немудрено, что Аэдо не разговаривает. Верховный стор попросту загреб максимально возможный объем вычислительных мощностей под свои нужды. Вполне возможно, что и другие функции тела будут попросту отключены – исключительно, чтобы не занимали ресурсы.
Стало грустно и противно от всего происходящего.
И в самом деле, сможет ли медиум жить, если из него выдрать интерфейс? А вдруг там все настолько завязано на обработку данных, что, вмешайся я в процесс – и Аэдо попросту умрет? Мозг – это слишком тонкая штука, чтобы вот так, запросто, в него лезть.
А еще… мне было так его жаль, этого переделанного человека, что в груди разрасталась тупая, ноющая боль.
– Я его убью, - сказала, прожевав кусок отбивной, - я вернусь и его убью.
«Верховного стора?»
– Именно так, - я кивнула, - за то, что он с тобой сделал. Возможно, и не только с тобой. Возможно, все медиумы на «Содружестве» - переделанные люди. Похищенные люди.
«Но если ты его убьешь, то я отключусь».
– Думаю, это исправимо. При наличии квалифицированных специалистов тебя можно будет включить обратно. Правильно включить, вернуть все то, что у тебя отобрали, не спрашивая.
И мне показалось, что Аэдо вздохнул.
«Не будем об этом, Марго. Давай я расскажу тебе, что мы будем делать дальше?»
– Хорошо.
Я залпом выпила содержимое бокала и налила еще. Иные новости лучше переваривать в присутствии спиртосодержащих веществ в крови.
«Я подобрал несколько кандидатур, которыми ты можешь стать. Все в наличии – идентификаторы, номера банковских карт… все, что тебе будет необходимо. Это были женщины без семьи, так что проблем не должно возникнуть. Послезавтра – по времени «Содружества» ты сядешь на мой катер и улетишь на Кайену. Это планета с периферии, она еще не достигла пика цифровизации. И оттуда начнешь новую жизнь».
– У тебя есть свой катер? А Верховный стор о нем знает?
«Не знает. Я его купил на станции у одного человека пару лет назад, в обмен на некоторые услуги, нигде не регистрировал, и здесь еще и модифицировал».
– А как я объясню на Кайене, почему прилетела на корабле без всякой регистрации?
«Скажешь, что сбежала от пиратов».
– И то правда, - пробормотала я.
От вина мне стало тепло, и я с большим воодушевлением отрезала кусочки отбивной и отправляла их в рот.
– Покажешь мне катер?
«Конечно. Думаю, с управлением ты справишься».
– Ты ведь знаешь, что я была пилотом?
Он кивнул.
– Ты ведь… многое обо мне знаешь? – голос внезапно сел до шепота. Глупый вопрос, учитывая каюту медиума, украшенную моими цифрограммами.
Еще один кивок.
– И тебе наверняка известно, что я собиралась замуж за человека, которого убили девиране…
«И это тоже известно. К сожалению, я тогда не был еще создан, и потому не смог бы ничего сделать, чтобы тебе не было больно».
– Да что ты за человек такой, - буркнула я, - кажется, ты и умереть готов, лишь бы мне не было больно?
Аэдо медленно кивнул.
– А ты не думал о том, что мне будет тоже больно, если с тобой что-то случится?
Я отбросила вилку.
– Полетели со мной? Мы придумаем, как освободить тебя от этой дряни… в смысле, от интерфейса. Клянусь, ты не будешь жить хуже, чем сейчас. И найдешь себе дело по душе.
«Мне проще помочь только тебе. Но мне приятно думать о том, что тебе небезразлична моя судьба».
И он снова вздохнул.
А мне захотелось напиться до состояния бревна, так, чтоб ни единой внятной мысли в голове, потому что именно сейчас эти внятные мысли оказались чересчур болезненными.
– Ты совсем свихнулся, - объявила я без обиняков, - если можешь отдать все только ради того, чтобы мне было хорошо. Тебе своя жизнь не дорога?
«Даже если меня не станет, меня совершенно ничто не держит в реальности».
Я лишь покачала головой. Невозможно, просто невозможно с ним разговаривать. Слишком задевает за живое, так больно, как будто ножом ковыряешь в ране.
«И если Верховный стор все же меня убьет, я хотя бы буду знать, что я сделал что-то очень важное за все свое существование промежуточного обработчика данных».
Это было так… человечно. И Верховный стор, как ни старался, так и не смог эту человечность выкорчевать.
– Хорошо. – сказала я, - пусть все так. Но я вернусь. И тогда вашему стору не поздоровится.
В ответ получила цифрограмму букетика ромашек.
А потом Аэдо сделал нечто, чего я совершенно не ожидала.
Его рука нырнула куда-то под мантию, и он жестом профессионального иллюзиониста достал оттуда маленький пластиковый горшочек с ростком толстянки. Горшочек был размером с половину стакана в высоту, и зеленый стебель с плотными округлыми листьями размером не превышал длины моего указательного пальца. При этом толстянка шевелилась, крутилась из стороны в сторону, как будто что-то искала.
«Это тебе, Марго. Я подумал, что тебе понравится».
«Оу, ты мне даришь букет?» - я хихикнула. Немного пьяно. Вино, хоть и было легким, но все-таки в голову ударило.
«Пусть так».
– Спасибо, - пробормотала я, принимая подарок.
И взвизгнула от неожиданности, когда толстянка лихо выпрыгнула из горшка и, разбрасывая по столу крошки грунта, ловко побежала ко мне, перебирая упругими зелеными корешками. Последние, к слову, куда больше походили на корни орхидеи, чем на корешки обычны земных суккулентов.
– Аэдо! Это что?!!
«Кибербионик, настроенный на твои биологические характеристики. Можешь носить как украшение, но на ночь надо сажать в почву и поливать».
Я охнула, когда толстянка так же легко забралась по рукаву моей пижамы – откуда только крючья-лапы выросли? – и устроилась на моем плече, замерев, как совершенно обычный цветок.
«Я настрою тебе интерфейс для управления», - пообещал медиум.
– Спасибо, - растерянно промямлила я.
Воистину, таких цветов мне еще не дарил никто…
«Я буду рад, если он тебе будет напоминать обо мне».
– Аэдо… - неожиданно для себя я всхлипнула.