Бракованная. Фея на сдачу
Шрифт:
— Кто такая?? — более грозно.
— Эааэ ааэ эа аау, — это всё, что удаётся из себя выжать.
Они снова переглядываются и начинают спорить. Но теперь я их смутно понимаю: судя по номеру, который мне присвоили, на моём месте должна быть привлекательная особь женского пола с планеты UX87-442. Единственный экземпляр. Редкий вид…
Синие подозрительно косятся на блёклых. Блёклые что-то доказывают и пару раз тыкают в меня своими влажными конечностями. Снова крутят в разные стороны и в итоге толкают в направлении небольшой группки сомнительного вида существ, при этом насупленно бурчат, что синие не правы и особь здорова.
Ещё бы я была не здорова… просто куколка феи — зрелище не для слабонервных.
Глава 5. Планета Ксандор
Нэйт
После той встречи с Тэреном я долго не находил себе покоя. Мне ничего не хотелось. Всё казалось бессмысленным… безвкусным.
Последние два столетия, я работал над тем, чтобы приблизить свою мечту. Даже пост в Совете выгрызал ради приоритетного права в очереди на дэйну. Получил… добился… и потерял…
“Они хотят почувствовать рядом с собой мужчину, а не ручного… расха…“
Хаш! Хочется обратиться и крушить всё подряд от бессилия…
— Нэйт, ты вообще меня слушаешь? — вайотек разносит по комнате голос давнего друга.
— Извини, Лайн, просто задумался.
— Так вот, мне удалось пообщаться с эр'раарсом из дома Синих Айлов, тем самым, который пытался найти дэйну среди других рас. Предупреждаю сразу: он вернулся ни с чем.
— Как он искал?
— Совершил вояж по нескольким галактикам. Потратил пару сотен лет, но всё впустую. Нэйт, я всё понимаю, но ты ещё очень молод, к тому же закрепил свою кандидатуру за новой будущей дэйной. Я о таком могу только мечтать.
— Закрепил… но тридцать с лишним лет, Лайн… что если и эта дэйна выберет другого?
— Просто сделай так, чтобы она выбрала тебя, у тебя на это будет достаточно времени!
Он прав, теперь я имею право ухаживать. Могу видеться с будущей дэйной, дарить подарки, проявлять внимание… а после достижения ею двадцати пяти лет, даже касаться…
То, что Шарнилла предпочла другого, вызвало насмешки у моих недругов и завистников. Получается, за тридцать восемь лет её жизни, я не смог расположить её к себе…
“Дам тебе ещё один совет, друг… некоторые дэйны любят пожёстче…“
Какой-то бред.
— Ты там опять завис, Нэйт?
— Что? Нет, прости. Повтори, что ты сказал.
— Я говорю, что мой знакомый, упоминал некую торговую планету в галактике Сактур Альянса Прайду.
— Не понял.
— Это строго между нами, Нэйт, но если решишь проветриться, пока ждёшь рождения дэйны, то… кхм… такое не обсуждают по вайо, лучше загляни ко мне лично и всё узнаешь.
После того разговора Лайн передал мне информацию о некой торговой планете, а уже ночью я поднимался на борт межгалактического лайнера. Я слабо верил в успех затеи, но оставаться на Эр'раарсе было невыносимо.
В нашей галактике торговля живым товаром жёстко пресекается, а в галактике Альянса Прайду её ещё не искоренили. Официально торговать разумными особями запрещено, но за закрытыми дверями аукционов запреты нарушаются…
Именно это привело меня на Ксандор — торговую планету, на которой ошивается весь сброд соседних галактик, предлагая откровенную контрабанду. Я здесь уже несколько месяцев и меня тошнит от этого места.
Ксандор
МХ1418
Нашу группку “второсортного товара” небрежно заталкивают в обшарпанную капсулу и со скрипом захлопывают дверь, после чего мы долго трясёмся в тесной душной утробе… эээ… чем бы это ни было.
Блёклые безуспешно пытаются сбыть меня то одним, то другим торговцам, но всё безуспешно. Я вновь и вновь возвращаюсь в капсулу. Воздух здесь спёртый и пропахший потом особей с разных уголков вселенной, подношу к носу грязный рукав хламиды и пытаюсь дышать через него.
Очередной торговец долго спорит, доказывая, что группа обещанных тахийцев слишком мелкая и его покупатели ждут совсем другое “качество” товара.
Поднимаю голову на багровую гору мышц, прикидывая, сколько моих ростов влезет в одного “мелкого” тахийца. По всему выходит, что три поместятся точно… может, четыре.
Наконец, блёклые сговариваются о скидке и торговец, скрипя зубами, соглашается. Он достаёт несколько прозрачных пластин и с ворчанием отдаёт блёклым, требуя один кредит сдачи.
Блёклые разводят руками, сетуя, что сдачи нет. Начинается новый круг перепалки. В какой-то момент они подскакивают ко мне, толкают в спину и с радостной улыбкой презентуют торговцу вместо сдачи.
— Что это?
— Привлекательная особь для любовных утех!
— Серьёзно?
— Редкий вид!
Торговец смотрит с большим сомнением. Закатывает огромные жёлтые глаза и делает жест, больше напоминающий фразу “как вы меня утомили”.
Блёклые радостно вручают торговцу контрольные клейма на “товар” и пятятся назад, радуясь тому, что, наконец, сбыли “некондицию”.
— Успешных торгов достопочтеннейший.
— В следующий раз жду от вас нормальных тахийцев, — бурчит торговец. — Не скажу, что с вами было приятно иметь дело.
Сканер проверяет мои репродуктивные функции и объявляет их на уровне меньше одного процента. Лицо торговца окончательно киснет.
А что он хотел? Несколько дней назад у меня бы и этого процента не было. Мои репродуктивные органы ещё в зародыше.
— Эту не кормить, и так не окупится, — указывает на меня своему помощнику, серому ящерообразному существу.
Ящер кивает и что-то деловито отмечает на тонкой левитирующей пластине. Поднимает на меня взгляд и указывает рукой в сторону помывочной:
— Иди мойссся!
Встаю и послушно ухожу, куда сказали, включаю воду и пью, подставляя рот под прохладные струи. Мыться и не думаю. Старую шкурку лучше не мочить.
В помывочной висит тусклое зеркало и я приближаюсь к нему, чтобы оценить свой внешний вид.
Красавица… ничего не скажешь.
Волосы, ресницы и брови потускнели и начали выпадать. Скоро на их месте вырастут новые. Тело сильно отекло, потеряв свои очертания, к тому же вся кожа покрыта огрубевшей шкуркой.