Чтение онлайн

– Чего же ты, собственно, сердишься? Признаться, мне тоже как-то не по себе, но какое мы имеем право? Разве мы ждали, что она выпишет нас к себе на свадьбу? Разве мы вообще чего-нибудь ждали?

Кен передернул плечами и нагнулся к своим инструментам.

– Я уже давно ничего от неё не жду. – Он поднял на Дэви очень спокойный взгляд. – Слушай, Дэви. Ты, Марго и я были крепко дружны между собой; мы были по-настоящему близки. И никакие её возлюбленные не мешали нашей дружбе. Но появился Волрат – и всё кончилось. С тех пор мы с тобой брошены.

– Нет, она всё ещё с нами.

– А ты всё ещё обманываешь себя! – Кен швырнул на стол скомканную телеграмму. – У нас больше нет сестры, малыш, и ты ещё вспомнишь мои слова. «Скоро напишу!» Как же, дожидайся!

Дэви позвонил Вики и сообщил ей новость. Вики заволновалась.

– Дэви, – воскликнула она, – мне пришла в голову замечательная мысль…

Дэви обернулся к Кену.

– Вики предлагает пойти куда-нибудь вечером и отпраздновать свадьбу Марго.

Кен презрительно хмыкнул.

– Кен, ну перестань…

– Никуда я не пойду.

– Послушай…

– Я сказал – не пойду! – Губы Кена были твердо сжаты. – Я помню, как я приглашал тебя пойти со мной и Вики, когда мы с ней ходили по вечерам гулять, – ты тогда злился, как черт. Оставьте меня в покое, прошу вас! – вдруг закричал он. – Сегодня вечером я хочу быть один!

Дэви грустно поглядел на брата, потом, прикрыв трубку рукой, чтобы не слышала Вики, сказал:

– Тогда и я никуда не пойду, и давай будем весь вечер работать. – По его голосу трудно было догадаться, чего ему это стоило. – У меня есть одна идея.

– Ты же назначил свиданье, – бросил Кен. – Ну и иди себе.

– Я предпочитаю остаться с тобой дома, – настаивал Дэви, и когда Кен ничего ему не ответил и даже знаком не выразил ни согласия, ни отказа, он понял, что это будет самым разумным.

– Хелло, Вики, – сказал он. – Это ты здорово придумала, но нам с Кеном сегодня нужно работать.

– Это Кен так хочет? – не сразу спросила она. – Я тоже могу прийти поработать.

– Видишь ли, мы будем обсуждать одну идею…

– А я буду печатать, – сказала Вики. – Я не буду разговаривать.

– Я позвоню тебе завтра, – докончил он, словно не расслышав обиды в её голосе.

Он повесил трубку, ненавидя себя за беспомощность, и, обернувшись, увидел, что Кен сидит неподвижно.

– Я роюсь в памяти, – медленно произнес Кен, – и не могу припомнить случая, чтобы я из-за тебя не пошел на свидание. О черт, прости меня, Дэви.

– Ну ладно, оставь. Нам с тобой нужно обмозговать одну идею.

– Какую там идею? – Кен сделал такую скептическую гримасу, что Дэви рассмеялся.

– Поговорим о нашей трубке, – сказал он. – У нас с тобой в голове ведь ничего другого нет, не так ли?

Они отметили свадьбу Марго, пообедав за прилавком кафетерия, вместо того чтобы готовить обед дома. Дэви всё время надеялся, что вот-вот войдет Вики. Он скучал по ней. Нехорошо, что он позволил отстранить её.

– Я, пожалуй, сознаюсь тебе, – наконец сказал Кен. – С меня довольно. Пора нам взяться за ум. Если через шесть месяцев мы не найдем решения, то к черту всю эту затею! Шесть месяцев, Дэви, а потом мы либо ищем себе работу, либо всерьез беремся за радиоустановки для самолетов. Кругом полно выгодных дел, и нечего нам с тобой перебиваться кое-как, словно у нас нет выбора.

– Как ты можешь так говорить – ведь ещё немного, и наш прибор будет работать!

– Черта с два!

– Нам только надо додуматься, почему в этот раз трубка работала отлично всего одну минуту. Я всё-таки могу поклясться, что всё дело в вакууме.

– Это и есть та гениальная идея, о которой ты говорил? – холодно спросил Кен.

– Не смейся, Кен, подумай об этом. Мы выкачали весь воздух внутри трубки, включая и тонкий слой молекул воздуха, которые обязательно оседают на всякой внутренней поверхности. Мы запаяли трубку, и всё-таки, черт возьми, во время испытания она действовала так, будто внутрь попал воздух. А проникнуть он мог только одним путем.

– Воздух не мог проникнуть снаружи. Ты нигде не найдешь даже самого крохотного отверстия.

– Вот об этом я и говорю. Должно быть, мельчайшие пузырьки воздуха попали внутрь стекла и металла в процессе работы, когда материал был расплавлен. Может, наши рабочие температуры настолько высоки, что могут протолкнуть эти оставшиеся пузырьки сквозь твердую поверхность, вроде того как в нагретой воде подымаются пузырьки воздуха. Надо подумать, как это проверить.

– Ладно, – согласился Кен. – Можно заняться этой штукой, только помни, Дэви, шесть месяцев – это крайний срок. Я говорю всерьез.

Они пошли домой, и, ещё не успев открыть дверь, Дэви услышал стук пишущей машинки. Вики сидела в конторе одна, за машинкой; рядом на столе, как всегда, высилась стопка бумаг. Когда они вошли. Вики не прервала работы и не подняла головы. Дэви и Кен переглянулись; Кен первый отвел глаза. Он ничего не сказал, задумчиво прошел к своему рабочему столу, снял пиджак и шляпу и надел комбинезон. Дэви вошел в контору.

Вики с минуту молчала, видимо, поглощенная своей работой.

– Я пришла потому, что мне захотелось поработать, – сказала она наконец. И только тогда подняла на него глаза. – Это ничего?

– Конечно, – ответил Дэви. – Я рад, что ты всё-таки пришла.

Это было сказано таким тоном, что Вики бросила на него благодарный взгляд.

– Где вы обедали? – грустно спросила она.

– В кафетерии. Мне было тоскливо без тебя.

– И мне без тебя было тоскливо. Без вас обоих. Я чувствовала себя так, будто передо мной захлопнули дверь.

– Мне ужасно неприятно, Вики. Ты ведь знаешь.

– Знаю, Дэви. Как ты думаешь, Кен очень сердится, что я пришла?

– Сердится? Нет. Должно быть, ему стыдно.

– Что мне ему сказать, чтобы как-то уладить всё это?

– Боюсь, будет ещё хуже.

– Нет, надо что-то придумать.

К двери подошел Кен.

– Я готов, Дэви.

– Кен, – сказала Вики. – Я…

– Не надо ничего говорить. Вики, хорошо? Мне только жаль, что у вас не хватило ума сразу пойти с нами.

– А мне жаль, что у вас не хватило ума пригласить меня.

Кен криво усмехнулся.

– Знаете, если б у меня хватало ума, я не был бы таким, какой я есть.

Вики засмеялась, и мир был восстановлен. Она повернулась к Дэви.