Чтение онлайн

— Спасибо, господин… целитель, — пристально глядя мне в глаза, поблагодарил он. — Я командир пятёрки невидимок — ваших телохранителей. Я всё объясню потом, а сейчас дело не ждёт. Враги приближаются. Если вы можете делать мины на ходу, это несколько облегчит нам выполнение задачи.

Так мы скорым шагом двинулись в сторону намеченной расселины. Я на ходу делал мины из подобранных камней, глядя на тропу и обычным, и магическим зрением одновременно. Мины представляли собой структуру, в которой сигнальная нить, срабатывая, выстреливала копьё, булаву или секиру в заданном направлении. Это направление я задавал царапиной на камне.

Иногда я использовал в ловушках «ежа». В этом случае сигнальную нить делал вращающейся по кругу радиусом около пятнадцати метров. Если нить задевала объект, соразмерный человеку, «еж» подпрыгивал примерно на метр-полтора и прошивал иголками всё пространство той же площади. К сожалению, оценить эффективность их действия мы могли только после того, как увидим противника, путём вычисления остатка — сколько было и сколько осталось.

Укрыться в расселине мы не успели. Четыре неполные пятёрки лоперцев (четыре!) показались неподалёку в зоне действия магических ударов и сразу атаковали. Пятёрка моих телохранителей оказалась весьма неплохо оснащенной. Сконцентрировав серию магических ударов на одной из пятерок врага, они смогли проломить их оборону, уничтожить командира и вырезать бойцов. Как я увидел, находясь позади метрах в тридцати, они почти на пределе своих способностей использовали для ударов целительские амулеты.

К сожалению, этот успех был последним. Оставшиеся тройки скоординировали свои действия и слаженно начали долбить наших концентрированными ударами. При этом все их воины стали непрерывно перемещаться по ломаным траекториям. Объединенный щит трёх пятерок неприятеля, в котором явно использовалась магия нитей, нашим пробить не удалось. Зато противник достиг успеха, одним мощным ударом выбив сразу троих егерей, включая командира, и одного из невидимок.

Я попросил знахаря и Кламиру срочно укрыться в расселине, а сам стал долбить неприятеля копьями. То ли выучка у этих лоперцев была лучше, то ли просто повезло мне тогда на дороге, но сейчас мои действия не были столь успешными. Пять-шесть ударов копья — и боец, защищенный доспехом из нитей, уничтожен.

Вот только попасть по этим бойцам мне никак не удавалось из-за их перемещений. Причём на дистанции более тридцати метров я вынужден был отпускать узор в свободный полёт. В случаях промахов я видел, как фонтаном взлетала земля в месте попадания, но вреда это неприятелю не приносило, а копьё приходилось делать заново. Тем не менее я сумел поразить трёх воинов, но на этом мои достижения закончились. Невидимкам тоже удалось вывести из строя одного из бойцов врага, но и сами потеряли двоих.

Бой постепенно смещался к расселине, и мы наконец смогли в неё пройти. В этой узости могли встать рядом не более четырёх человек одновременно. Вбегая в ущелье, мы успели заметить ещё две пятёрки лоперцев, которые присоединились к нападавшим, подойдя с разных сторон. Видимо, ранее эти пятёрки перекрывали нам возможные пути отхода, а сейчас присоединились к товарищам.

Мы пробежали метров пятьдесят по расселине и остановились. Я построил пассивный купол, распределив узор по бокам точно по стенкам ущелья, накрыв им всех нас. Лоперцы попытались атаковать, но пробить купол им не удалось, и они прекратили атаки. Запас целительских амулетов у них был явно не бесконечным. В ответ, поддерживая купол, я нанёс им несколько ударов булавой. Их амулеты выдержали мою атаку, но немного охладили пыл. Наступило временное равновесие. Мы не могли выйти из тупика, а они не могли к нам пробиться.

Сгущались сумерки. Самым скорым маршем помощь могла подойти не раньше, чем через сутки. Однако и лоперцы понимали, что время не на их стороне. Вскоре вперёд выдвинулся один из бойцов неприятеля и, помахивая красным платком, подошёл ближе.

— Парламентер, — тихо сказал мне командир невидимок.

На ломаном элморском переговорщик обратился к нам:

— Отдать девичонка. Ми дать жизнь. Отпускать всех.

— Зачем вам девушка? — спросил по-лоперски знахарь.

— У нас приказ, — ответил парламентер. — Нам нужна только девушка. Остальные не интересуют. Мы её забираем, а вас отпускаем. Таковы условия.

— Врет, — тихо сказал невидимка. — В таких делах свидетелей не оставляют.

— Мы даём вам время до утра. Если утром девчонка не будет у нас, мы уничтожим всех, — сказал переговорщик, развернулся и ушёл к своим.

Все внимательно посмотрели на Кламиру. Она, в свою очередь, с огромным удивлением воззрилась на нас.

— Кламира, признавайся, — сказал я, — ты случайно не принцесса?

Она энергично замотала головой.

— А может, дочь какого-нибудь герцога, или халифа, или даже императора Сун?

Она вновь отрицательно помотала головой.

— Я ничего не понимаю. Мои родители — самые обычные люди. Ни к каким дворам никакого отношения не имели… — чуть ни плача, выговорила она.

— Зато я, кажется, понимаю, — сказал командир невидимок. — Если вспомнить нападение на дилижанс, то многое становится ясным. Им была нужна дочь герцога. Судя по экипировке лоперцев, средства в это дело вложены немалые. Подозреваю, их информатор невысоко сидит, а потому не знал наверняка, а лишь предположил, что в поход отправились практиканты-боевики. В том числе Свента.

— Что же делать? — испуганно спросила Кламира. — Может, мне сдаться и тогда вас отпустят?

— Не отпустят, — жёстко сказал невидимка. — Убьют всех. Обязательно.

Выхода у нас не было. Даже если отдать лоперцам Кламиру, они, разобравшись, в чём дело, наверняка убьют и её. Мы расположились на ночь, увы, практически без удобств, на голой земле. Запасы еды были невелики, так что поужинали мы весьма скромно.

После восхода солнца снова пришёл парламентер. Получив отказ, развернулся и ушёл прочь. Вскоре начался новый штурм. Несколько часов подряд лоперцы пытались пробить нашу оборону, но у них ничего не вышло. Тогда они построились в колонну и направились к нам.

Я немедленно стал бить по ним копьями, которые формировал за пределами купола. Промахнуться было невозможно. Но и расстояние им предстояло пройти небольшое. Рядовые падали, но оставшиеся упорно продолжали путь. Я, кажется, понял их самоубийственный замысел. Скорее всего они с помощью жребия выбрали одного из командиров смертником. Он обязательно дойдет и будет своим доспехом продавливать купол. Защита купола и защита доспеха. Нити против нитей. При соприкосновении происходит почти мгновенное рассеивание узоров. Вот почему не рекомендуется, например, использовать доспех, находясь в куполе: случайное прикосновение — и нет ни доспеха, ни купола. Это если в накопителях и того, и другого равное количество энергии. В противном случае останется тот узор, в котором энергии больше. Но и в оставшемся запас изрядно поубавится — ровно на столько, сколько было в накопителе уничтоженного.

Было ясно, что, даже если энергии одного доспеха будет недостаточно, в дело вступит другой командир, пока купол не ослабнет настолько, что его можно будет пробить одним ударом. Мгновенно восстановить запас в накопителе невозможно, а на создание нового купола требуется время, за которое лоперцы вполне успеют приблизиться к нам вплотную и задавят количеством. Возможно, враги уже не раз отрабатывали подобный манёвр.

Этого допустить было нельзя ни в коем случае. Я лихорадочно искал пути решения и никак не мог найти. Когда неприятелю оставалось до нас пять шагов, у меня мелькнула идея. Шансы на выживание были мизерные, но значительно большие, чем в случае реализации замысла лоперцев. Я, как мог, укрепил купол, попросил всех отвернуться и зажмуриться, а сам дождался, когда офицер врага перейдет границу действия моих магических рук, проник пальцами-жгутиками сквозь его доспех и перемкнул нити в накопителе энергии.