Чтение онлайн

С ней чертовски трудно оставаться раздраженным ее безрассудством, когда она практически трахает меня глазами.

Я выдохнул, держа руки на бедрах.

— Ты не должна сидеть на корточках одна. Ты знаешь, как это опасно? Здесь абсолютно никого нет, и нет никакого персонала. На этом этаже даже нет людей.

Я понимаю, что практически отчитываю ее, словно разговариваю с непослушным ребенком, но слова продолжают литься из меня, не в силах остановиться, поскольку страх, что с ней могло случиться что-то плохое, делает мои следующие слова более мрачными.

— Ты могла получить серьезную травму, и никто бы не услышал твоих криков о помощи. Черт, да тебя могло парализовать или еще хуже.

Я стараюсь сгладить выражение лица и делаю глубокий вдох.

Она смотрит на меня умозрительно, ее пальцы перебирают золотую подвеску на ожерелье — тревожная привычка, которую я быстро уловил. Вероятно, она решает, как ей ответить, и, честно говоря, что бы она ни выбрала, это будет лучше, чем я заслуживаю. Я чувствую себя придурком из-за того, что так наказываю ее, но образ, который возникает у меня в голове, когда она лежит, раненная, и зовет на помощь, вызывает у меня почти тошноту. У меня сводит живот, когда я жду ее ответа, и в тот момент, когда слова слетают с ее губ, я испытываю облегчение от того, что она не поддается мне. Я не хочу этого. Мне нужно, чтобы она сказала мне, что я вел себя как мудак, и оставил ее в покое. Может, если она так сделает, мне будет легче поступить правильно и действительно держаться от нее подальше. Хотя прошел всего день, я изо всех сил напоминаю себе об этом.

У тебя все получится, будь сильным.

— Але, я взрослая женщина. Я могу делать то, что хочу. — Я собираюсь прервать ее, но она продолжает.

— Хотя я очень ценю твою заботу, я не делаю ничего такого, что мне было бы неудобно или в чем я не была бы уверена, — говорит она мне с раздражением.

— Я могу легко приседать с весом в два раза больше, чем вес моего тела, и я знала, что у меня нет помощника, поэтому и решила сделать сегодня легкий присед.

Она закатывает на меня глаза и делает глубокий вдох, успокаиваясь, прежде чем сказать: — И подумай дважды о том, чтобы говорить со мной так, будто я ребенок, нуждающийся в выговоре.

У меня в голове крутится множество мыслей, но я зацепилась за одно слово.

— Gattina, если бы я тебя отчитывал, ты бы это знала. Я бы заставил тебя с голой задницей лежать у меня на коленях, пока я отшлепывал бы тебя за неповиновение.

Господи, неужели я только что это сказал?

Ее выражение лица — единственный ответ, который мне нужен. Ее челюсть отпадает в шоке, но она быстро приходит в себя, нервно покусывая губу. Я продолжаю, стараясь избежать неловкости, которая последует за этим заявлением: — Итак, очевидно, что я не "отчитывал" тебя. Я просто выразил свое беспокойство, хотя, признаюсь, я мог бы быть менее грубым в этом.

Я смягчаю свои слова, даря ей небольшую улыбку, которая, я надеюсь, выглядит извиняющейся. — Мне жаль.

Она, наконец, отпускает свое проклятое ожерелье, сжимая пальцы перед животом, пока формулирует ответ. Она несколько раз моргает на меня, прежде чем отпустить руки в стороны, ее поза расслабляется, а на губах играет ухмылка.

— Еще раз так сделаешь, и будешь у меня на коленях, чтобы отшлепать.

Ее ухмылка перерастает в полноценную улыбку, когда выражение моего лица меняется от шока до чертовой радости от ее слов.

Я не могу удержаться от смеха, абсурдность ее слов обрушивается на меня, как грузовик Макка, и я изо всех сил стараюсь сделать несколько глубоких вдохов. Она тихонько хихикает рядом со мной, и это самый приятный звук, который я когда-либо слышал.

Боже, мне нужно взять себя в руки.

Стоя и выпрямляя осанку, я издаю последний смешок, а ее глаза остаются прикованными к моим, в этих медовых глазах горит смех.

Она качает головой, и ее щеки розовеют под моим взглядом, а на лице остается мега-ватная улыбка.

Переключив свое внимание на причину, по которой мы вообще затеяли этот разговор, я торопливо говорю ей: — Напиши мне в следующий раз. Я потренируюсь с тобой и буду твоим наблюдателем.

Вот тебе и умение держать себя в руках. Я сопротивляюсь желанию покачать головой и жду ее ответа.

— Уверена, у тебя есть дела поважнее, чем быть моим наблюдателем, — говорит она, закатывая глаза, кладя руки на бедра и выпячивая бедро, как будто я смешон. И я не могу сказать, что она не права. Я даже не знаю эту женщину, не считая того факта, что она говорит бессвязно, когда нервничает, цепляется за это ожерелье, как за спасательный круг, и ее щеки розовеют практически по любой причине.

— Я много занимаюсь спортом и люблю делать это примерно в это время, пока все не ушли с работы и не направились сюда после семи, — объясняю я.

— А, понятно. Значит, такой большой сильный мужчина, как ты, может поднимать без помощника, а такая слабая женщина, как я, — нет, так ли? — Она с вызовом вскидывает бровь.

Я думаю, что она дразнит меня, судя по ее ухмылке и нотке в голосе, но на всякий случай говорю: — Знаешь что, ты права. Мне очень нужен наблюдатель. Спасибо за предложение!

Моя веселая улыбка становится еще шире, когда на ее лице появляется шок.

— Дай мне свой телефон, и я дам тебе свой номер, чтобы ты могла написать мне в следующий раз.

Шок на ее лице совпадает с моими мыслями, потому что, похоже, у меня нет фильтра с этой женщиной. И уж точно я не собираюсь рассказывать ей, что тренировки с отягощениями я оставляю на обязательные дни тренировок с командой. Здесь я занимаюсь только кардио, поэтому мне никогда не требовался помощник.

Опять это закатывание глаз. — Ладно, вот мой номер, но я не обещаю, что когда-нибудь напишу тебе.

Мне хочется закатить на нее глаза, но вместо этого я беру ее телефон и ввожу свой номер, устанавливая контакт как "Горячая подружка". Я сохраняю его и передаю ей обратно, после чего отправляю себе сообщение с ее телефона, чтобы у меня тоже был ее номер. Я не верю, что она напишет мне в следующий раз, когда захочет подняться, и хочу иметь возможность написать ей самому.

Вдруг мне понадобится чашка сахара или что-то еще? Всегда полезно иметь контактную информацию соседки.

По милости Божьей мы погружаемся в уютную тишину, свободную от моего внутреннего монолога, который вырывается наружу против моей воли.

1. Idea 686 — Jayla Darden

Глава 9

Катарина

После возвращения из спортзала я заскочила в душ и быстро переоделась. Скоро должен прийти Кас, а мои продукты только что доставили за дверь.

Я открываю дверь ключом, наклоняюсь, чтобы взять десятифунтовый мешок риса, который я заказала, и использую его, чтобы удержать дверь открытой. Я набиваю руки пакетами с продуктами, заношу их на кухню и вываливаю на кухонный остров. Я успеваю занести еще больше продуктов, когда вижу, как Кас выходит из лифта и поворачивается к моей двери. На его лице расплывается огромная улыбка, и он ускоряет шаг, увидев меня.