Чтение онлайн

Прончищев настолько ослаб от цинги, что корабль вел его штурман Семен Челюскин. Недалеко от устья реки Оленек начальник четвертого отряда умер, через две недели, осенью 1736 года, скончалась и его жена Мария, первая в мире женщина — исследовательница Арктики (могила Прончищевых в устье Оленека и по сей день бережно охраняется советскими полярниками, а восточный берег Таймыра, называется берегом Прончищева). Челюскин привел бот вверх по Лене в Якутск.

Дело Прончищева продолжил новый начальник четвертого отряда лейтенант Харитон Лаптев, прибывший весной 1739 года в Якутск из Петербурга (тремя годами ранее мичман Харитон Лаптев был приговорен к смертной казни вместе со всеми офицерами фрегата «Митау», захваченного французами в плен, за сдачу корабля без боя неприятелю. К счастью, приговор не был приведен в исполнение, так как выяснилось, что осужденные были невиновны, и их восстановили на военно-морской службе). Судно «Якутск» под командованием X. Лаптева спустилось вниз по Лене до моря, а затем двинулось на запад, посетило бухту Нордвик, завершив ее опись и открыв остров Преображения. «Вообще на географические открытия X. Лаптев оказался счастливым, — читаем мы в “Истории открытия в исследования Советской Азии”. — Следуя вдоль восточного берега Таймырского полуострова, он то и дело наносил на карту новые острова. Так, 16 августа в бухте Петровской были замечены три острова, названные по дню святого островами Петра. 18 числа путешественники прибыли к основной группе Андрея, а 19-го — к острову Павла. 21 числа “Якутск” вошел в глухой залив Фаддея, ошибочно принятый за Таймырскую губу… 22 августа, достигнув рекордной широты (76 градусов 47 минут), путешественники из-за непроходимых льдов повернули на юг».

Зимовать отряду Лаптева пришлось в Хатангском заливе. Но, так как люди стали питаться строганиной — мороженой сырой рыбой, — никого из них не постигла печальная судьба Прончищевых, ни один из членов отряда не заболел цингой. Летом 1740 года «Якутск» вновь двинулся вдоль берегов Таймыра на северо-запад. Но дальше Хатангского залива пройти морякам не удалось. Бот «Якутск» был раздавлен льдами и затонул. Люди Лаптева и сам командир благополучно выгрузились на берег и, вернувшись на реку Хатангу, продолжили исследование Таймыра по суше. Завершилось оно в 1742 году, когда Семен Челюскин достиг мыса, носящего ныне его имя, самой северной точки гигантского сверхматерика — Евразии, и занес в свой походный журнал историческую запись: «Сей мыс каменный, приярый (обрывистый. — А. К.), высоты средней, около оного льды гладкие и торосов нет. Здесь именован мною оный мыс Восточно-Северный».

Составление описи и картирование Таймырского полуострова, сделанное отрядом Лаптева, историки считают одним из самых крупных географических событий XVIII столетия. Пятый отряд Великой Северной экспедиции, также базировавшийся в Якутске, должен был описать берега Сибири на восток от Лены вплоть до пролива, соединяющего Студеное море и Тихий океан. Командовал отрядом выходец из Швеции Петр Ласиниус, но уже в самом начале плавания, зазимовав в дельте Лены, он и еще 35 человек умерли от цинги. После смерти Ласиниуса командовать пятым отрядом стал Дмитрий Лаптев, двоюродный брат Харитона Лаптева. В течение 1736–1742 годов на боте «Иркутск» Дмитрий Лаптев и его отряд совершали регулярные плавания к востоку от устья Лены, заходя в устья рек Яны, Омолона, Индигирки, Алазеи, Колымы. Продвинуться морем на восток от Колымы Д. Лаптеву не удалось: льды останавливали бот у мыса Большой Баранов в течение двух навигаций. Тогда, вернувшись в Нижне-Колымск осенью 1742 года, Лаптев перебросил свой отряд на собаках и оленях через Колымский хребет на Анадырь и летом следующего года прошел эту реку вплоть до устья.

«Результаты работы северных отрядов таковы, что — независимо от открытия Северо-Западной Америки Берингом и Чириковым — экспедицию с полным правом можно назвать Великой. Завершено было открытие всего материкового побережья Карского моря и побережья той лежавшей к востоку от полуострова Таймыр части Северного Ледовитого океана, которая теперь по справедливости называется морем Лаптевыхв честь Харитона Порфирьевича и Дмитрия Яковлевича. К востоку от моря Лаптевых положена на карту большая часть берегов Восточно-Сибирского моря до устья Колымы включительно и участок (правда, небольшой) берега за Колымой до мыса Большой Баранов. Отчетливо выявлены очертания огромного полуострова Таймыр с самой северной материковой точкой — мысом Челюскин — и полуострова Ямал (менее отчетливы очертания Гыданского полуострова). Описаны большие участки нижнего, а иногда и среднего течения всех больших рек бассейна Северного Ледовитого океана к востоку от Печоры до Колымы. Впервые сравнительно точно нанесены на карту части: Карского моря— Байдарацкая, Обская и Тазовская губы, Енисейский и Пясинский заливы; моря Лаптевых— Хатангский и Оленекский заливы и губа Буор-Хая» — так оценивают советские историки географических открытий итоги работы северных отрядов экспедиции 1733–1743 годов, справедливо называемой Великой.

Великая Северная экспедиция доказала, что морской путь из Европы к берегам Восточной Азии через Северный Ледовитый океан возможен. Но та же экспедиция наглядно показала, сколь трудно осуществим путь Северо-Восточным проходом, какие опасности и бедствия подстерегают — мореплавателей в суровых водах Баренцева, Карского, Восточно-Сибирского, Чукотского морей и моря Лаптевых. Только с третьей попытки удалось самому западному отряду обогнуть полуостров Ямал. Четыре навигации понадобились лейтенанту Овцыну, чтобы изучить путь из Оби в Енисей. Отряд под командованием Минина так и не смог обогнуть Таймыр, двигаясь с запада на восток. Не смог это сделать и отряд Харитона Лаптева, двигавшийся в противоположном направлении, и окончательные съемки таймырского побережья были сделаны не с моря, а с суши. Дмитрий Лаптев так и не сумел продвинуться на восток от устья Колымы дальше мыса Баранов Камень… А когда в конце 50-х — начале 60-х годов XVIII века исследования пятого отряда продолжил сибирский купец Никита Шалауров, пройдя от Баранова Камня до Шелагского мыса, последняя экспедиция его кончилась трагически: Шалауров и еще 53 ее участника погибли.

Быть может, попасть из Европы к берегам Восточной Азии проще, плывя не Северо-Восточным проходом, а на запад, через Северо-Западный проход? Первая попытка найти путь из Европы в Азию северо-западным путем была предпринята Джоном Каботом еще до начала эпохального плавания Колумба. Правда, Колумб опередил Кабота, открыв Новый Свет, который он принял за «Индию». Однако на землю материка Америки Джон Кабот, открывший Лабрадор 24 июня 1497 года, вступил раньше, ибо Колумб, до той поры открывший острова, материковой земли достиг лишь 1 августа 1498 года.

Дело Джона Кабота продолжил, его сын Себастьян, отправившийся в 1498 году к берегам открытой его отцом страны, которая была принята за побережье «Катая»… Но вот и испанцам, и англичанам, и португальцам, и всему просвещенному миру Западной Европы стала ясна потрясающая истина: между Европой и заветными Индией и Китаем на западе лежит Новый Свет, огромный материк, преграждающий путь кораблям. Магеллан обошел Америку с юга и добрался до Азии. Может быть, есть и другая дорога, северная?

После того как полной неудачей окончились попытки достичь. «Катая» северо-восточным путем, англичане попытались добраться до него, плывя на северо-запад. Морской офицер Фробишер в 1576 году обогнул южную оконечность Гренландии и, двигаясь на запад, проник в узкий пролив, который, в подражание Магеллану, он назвал проливом Фробишера, так как был уверен, что это и есть заветный проход к берегам Азии.

Обрадованный Фробишер вернулся в Англию, где были снаряжены в течение 1577–1578 годов две большие экспедиции под его руководством, причем сам Фробишер получил титул «главного адмирала всех морей, озер, земель и островов, стран и мест, вновь открываемых, особенно в Катае». Однако пролив, открытый Фробишером, оказался на самом деле заливом, а суша, принятая за Азию, — выступом острова Баффинова Земля.

Три плавания в поисках Северо-Западного прохода совершил в конце XVI столетия соотечественник Фробишера Джон Девис. Но вместо пути в «Катай» его суда открыли лишь заливы и проливы, разделяющие восточные острова Канадского Арктического архипелага… Тогда английские купцы снаряжают в 1607 году парусник с командой в 12 человек под командованием капитана Генри Гудзона, который должен был добраться до Японии… прямо через Северный полюс!

Гудзон добирается до Гренландии, следует вдоль ее восточного берега на север, затем поворачивает из-за льдов на северо-восток и добирается до Шпицбергена. Обогнув архипелаг с севера, корабль Гудзона достигает рекордной для этой эпохи точки: 80 градусов 23 минуты северной широты. Но дальше путь на север преграждали непроходимые льды. Гудзон был вынужден повернуть обратно и вернуться в Лондон.

Вслед за тем Гудзон предпринял неудачную попытку пройти к берегам Дальнего Востока через Северо-Восточный проход, однако, подобно своим соотечественникам не смог обогнуть Новую Землю с севера или пройти через Карские Ворота в Карское море. Тогда опытный капитан совершает ряд плаваний на северо-запад, к беретам Америки, в надежде отыскать проход в «Катай». Но вместо этого он завершает начатое его предшественниками открытие северного побережья полуострова Лабрадор и открывает огромный залив, ныне носящий имя Гудзона.

Свыше 1200 километров прошли моряки на юг, считая, что плывут проливом к Южному морю — Тихому океану и огибают Американский континент. И вдруг, перед наступлением зимы, оказалось, — что «пролив» кончается тупиком и надо поворачивать на север. Переждав зиму 1610–1611 годов на южном берегу залива, Гудзон двинулся дальше, на северо-запад. Однако команда взбунтовалась: капитан, его мальчик сын, помощник штурмана и еще шестеро членов экипажа, верных Гудзону, были высажены в лодку и брошены на произвол судьбы — в незнакомой суровой местности, без оружия и продовольствия. Дальнейшая судьба Гудзона и его спутников неизвестна. По всей вероятности, они очень скоро погибли. А на карте мира остались названные в честь первооткрывателя река Гудзон, Гудзонов пролив и Гудзонов залив.

После Гудзона еще несколько английских экспедиций тщетно пытались отыскать Северо-Западный проход. И опять-таки вместо заветного пути к берегам Восточной Азии наталкиваются на бухты, заливы, проливы, разделяющие острова Канадского Арктического архипелага. Найти Северо-Западный проход кажется предприятием еще более безнадежным, чем пройти из Европы к странам Дальнего Востока суровым северо-восточным путем. И лишь спустя двести лет удалось найти «ключ» к Северо-Западному проходу.