Чтение онлайн

Правда оба дела, как не странно, удалось совместить. Менестрель нашлась в капище, где две жрицы проводили над ней целительный ритуал у костра, а за ними издали следили глаза знакомого жреца-стихийника, вероятно решившего присмотреть за своей пациенткой. Я тихонько подождал в тенях с противоположной стороны от безмолвного наблюдателя, пока девушки закончат с молитвами богам и воскуриванием трав, а потом вежливо кашлянул.

— Кто здесь?! — резко повернулась на звук самая молодая дама из троицы.

— Свои — усмехнулся я, выходя к свету костра, зажжённого посреди капища.

— Конрад! — обрадовалась мне бард, как родному и повисла на шее, прежде чем я что-нибудь успел сделать.

— Я тоже рад тебя видеть — пришлось отозваться мне, придержав свою добрую знакомую — Как твои раны?

— Лучше — отозвалась она — Надо мной ведь и адепт Священных Стизий поработал, и жрец Света. А теперь вот и Агата с Виолой за дело взялись. Время не упущено, так что даже шрамов не останется, дай только срок.

— Это замечательно — улыбнулся я. Каллисто была симпатичной девушкой, хоть и не особо фигуристой, обезображенное лицо стало бы для неё уж слишком серьёзным ударом. Кстати о ударах судьбы — Как твоя мать?

— Тоже лучше, правда подумывает уйти в жрицы — отозвалась девушка погруснев — Хотя может это и не самый плохой путь. Мы члены семьи демонопоклонников. Пусть нас чуть не убили как раз за то, что мы не утратили истинную веру, но жизни здесь теперь спокойной нам точно не будет. А в служении Старым богам может чего и выйдет.

— Дай-то эти самые боги — кивнул я немного невпопад. Проблему с отцом я как-то упустил, а она пожалуй даже более серьёзная чем с матерью.

— А ты чего с заплечником? — поинтересовались у меня.

— Ухожу из города — хмыкнул я.

— Сел бы да рассказал толком — тем временем подала голос старшая жрица — У костра Старых богов рады любому путнику.

— Чего ж не сесть — проговорил я. Отделаться письмом, оставленным втихаря, явно не получилось.

Вскоре мы и правда расположились у огня, а младшая священнослужительница даже метнулась к жреческому дому притащила мех с вином. Возражать я не стал и отхлебнул вместе со всеми, всё таки разделить пищу и алкоголь здесь дело ритуальное. А Каллисто, едва приличия были соблюдены, поинтересовалась:

— Так в чём дело-то?

— Так кинуть меня решили. На деньги — хмыкнул я, решив на последок поднасрать святошам — В город скоро мутные церковники какие-то должны приехать с бойцами. И похоже все они там уже решили меня обвинять во всём подряд, лишь бы ничего не платить.

— Так вы ж не только нас, почитай весь город спасли — удивилась молоденькая девушка. Святая наивность, что и говорить.

— Так потому и ухожу. Начнём драться, считай пол работы насмарку — фыркнул я — Светляки конечно оказались теми ещё деловыми партнёрами, но они хотя бы не друзья демонам. А потому лить их кровь мне нет охоты.

— Когда жрец света родился, купец заплакал — усмехнулась старшая жрица, которая Агата. Волосы у неё и правда были чёрными — Святые они только на словах, на деле хуже любых торгашей.

Спорить с последовательницей веры, которую церковь Света как раз зажимает у меня причин не было. Тут оставалось только поддакивать коллегам-угнетённым, что и было сделано:

— Кто ж знал? Раньше я такой чёрной неблагодарности не встречал.

— Куда подашься? — опять спросила зрелая дама.

— Не знаю пока — пожал я плечами, мысленно подхихикивая над ещё одним слушателем, греющим уши. Ничего, больше народу узнает, веселее будет Ирвальду с компанией — С демонами видимо придётся повременить, потому что не очень ясно где их искать. Но на границах Империи как всегда любой меч на счету, где-нибудь да найду себе место.

— А может мне с тобой? — тут же спросила Каллисто.

— Только когда целиком долечишься — сходу отрезал я.

— Да где я тебя найду-то? Да и на дорогах опасно одной, забыл как меня спасать пришлось? — возмущению менестреля не было предела.

— Ну если твой друг зайдёт к одному из наших костров, он как раз сможет дать о себе знать — усмехнулась Агата. Вера в Старых богов была на данный момент самой слабой в Империи, а в этом городе сейчас и подавно. Видимо поэтому в поверхностных мыслях барышни витал максимально мягкий вариант моей вербовки.

— Не только жрецы Света умеют что-то передавать друг другу на расстояние — понимающе кивнул я — Что ж, пусть будет так.

— Возьми тогда, чтоб за своего принимали — тут же достала из складок одежды жрица костяной кулон, изображающий домашний очаг — Знак Кодзина тебе будет в самый раз, сам его тут восславил. А я передам нашим. К тому же если вдруг один из жрецов что-то узнает о демонах, возможно эта новости доберётся и до тебя.

— Хорошо — проворчал я, одев цацку на шею. Религиозный атрибут немного грел кожу, но к счастью не обжигал её и это было со всех сторон здорово. Как и возможность присосаться к какому-никакому источнику информации — А теперь пора прощаться. За ночь хорошо бы успеть уйти подальше.

— А может споёшь на прощание? — то ли спросила, то ли попросила бард.

— Каллисто, кто из нас менестрель, а? — удивился я.

— Ты мои песни уже слышал — отбилась она — А я от тебя только вот ту, про неосторожный шаг в дороге. Ну что тебе, жалко что ли? У тебя же красиво тогда получалось.

— Я тогда вообще не пел — дёрнул я щекой.

— Всё равно говорил на распев — не согласились со мной.

— Бог странствий любит песни у костров — вставила свои пять медяков мелкая жрица, которая светловолосая Виола — А тебе сейчас как-никогда понадобится его добрая воля.

— Ну что с вами будешь делать — проворчал я, отхлебнув опять вина — Спою.

— Погоди, я сейчас — тут же метнулась в темноту Каллисто и притащила мне свою лютню.

— Ты издеваешься? — приподнял я бровь.

— Ой, да брось — всплеснула она руками — Я видела, как ты ночью струны ей перебирал, когда в карауле сидел.

— Перебирал. Ладно, погоди — проговорил я, немного потуже натянув жилы на музыкальном инструменте. Всё таки ухожу отсюда скорее всего навсегда, можно немного пойти на поводу у окружающих в последний раз. А заодно вложить в их головы пару интересных мыслей. Особенно ту, которая не показывается на глаза.

Прочистив горло, я начал петь более менее переложенную мной ещё в дороге песню Театра Теней. Было трудно её не вспомнить став тем, кем я являюсь сейчас:

— Я был выше семи холмов

Я зов слышал без лишних слов

Верь только себе

Я стёр чёрный и белый стёр

Где Свет с Тьмою вступают в спор

Верь только себе

Я к тебе ещё вернусь