Бывший муж
Шрифт:
Не успев погасить экран, вижу следующее послание.
«Езжай домой. Пожалуйста»
Решительно отключаю телефон и улыбаюсь Сереже.
— На чем мы остановились?
— Вы общаетесь?
Чуть задрав бровь, изображаю недоумение, однако Волкова так просто не обманешь. Открыто надо мной потешаясь, он улыбается еще шире.
— Ты о чем?
— Ты ему сказала, что идешь со мной в ресторан?
— Нет… вернее, да… — начинаю я объяснять.
А Сережа, закинув голову, весело хохочет.
— Кровь ему сворачиваешь, да, Мэри?
— Бред…
— Жилы из него тянешь?
Демонстративно закатив глаза, я складываю руки на груди. Жду, когда он успокоится, и принимаюсь за салат.
— Так что у вас? Вы встречаетесь?
— А у тебя с Викой что? — задаю встречный вопрос, — вы встречались после того раза?
Сначала свой окрас меняют его глаза — блеснув, становятся совсем черными. Затем застывает улыбка, уголки губ постепенно опускаются.
— Встречались, Мэри, — отвечает серьезно.
— Правда? — подаюсь вперед и опираюсь локтями в стол, — она снова приезжала к тебе?
— Нет, я к ней.
Пока я осмысливаю услышанное, Волков прячет смятение за бокалом с водой.
Я молчу. Смотрю на него во все глаза, отчетливо чувствуя его состояние и понимая, как никто, его мысли, сомнения и внутренние терзания.
А они есть! Без них никак! Борьба с собственными обидами — процесс очень болезненный. Но тут ты четко должен понимать, что для тебя приемлемей — полная ампутация или длительное сложное лечение без гарантии выздоровления.
— Ты все-таки решился? — спрашиваю тихо.
— Думаю, да, Мэри, я решился… мы решились…
Не знаю, что сказать на это.
Отругать?.. Нет, я не имею морального права.
Порадоваться за него?
Опустив глаза в свою тарелку, бездумно разглядываю кусочки петрушки и ядра кедрового ореха.
Да. Однозначно, порадоваться и… блин… восхититься его силе духа. Я так не смогу.
— Сереж, вы молодцы… правда… я очень хочу, чтобы у вас все получилось.
— Я буду стараться, — отвечает хрипло.
— Ты простил? Ты смог?
— Да. Мне кажется, простил… не понял, но простил… мы много говорили в последнюю нашу встречу. Так, как ни разу до этого.
— Она любит тебя.
— Да, любит.
— И ты ее.
Сергей молча кивает.
Боже… как хорошо, что мы тогда не переспали! Я не устаю благодарить за это Небеса. Как хорошо, что мы не усложнили все сексом.
— Теперь твоя очередь рассказывать, — подпирает кулаком подбородок, — я жду.
— Чего ждешь? Мне похвастать нечем, к сожалению.
— Вы встречаетесь?
— Сережа…
— Встречаетесь? По глазам вижу, что да, — смеется он.
— Встречаемся… вернее, встречались один раз после того… ну…
— Я понял, — перебивает он, — ты решила дать ему шанс?
— Нет! — вырывается резко, — никаких шансов.
Он ехидно улыбается.
— Зачем тогда встречаетесь?
— Мы просто любовники, встречаемся, чтобы снять напряжение.
— Ну да…
Покачав головой, принимается за долму. Ест с аппетитом, прихватывая с тарелки овощи, запивает водой, а у меня кусок в горло не лезет.
Я что, действительно на что-то надеюсь?
Нет. Я знаю, что разбитое вдребезги уже не склеишь, мертвое — не воскресишь. Или я намеренно обманываю себя?
— Я думаю, в вашем случае точка еще не поставлена.
Подавленно молчу, берусь за вилку и делаю вид, что ем.
— Вы не сможете друг друга отпустить. Вы не готовы… ты не готова, а Лебедев твой и подавно, — продолжает транслировать Сережа.
— Ты в семейного психолога переквалифицировался? — интересуюсь едко, — наши отношения не более чем удовлетворение физиологических потребностей! Я взрослая тетя, и иногда мне хочется…
— Трахаться! — подняв вилку вверх, договаривает Волков.
— Да, трахаться, — шиплю, подавшись к нему, — представь себе!
— Ладно, — тихо смеется он, — не заводись… просто я знаю, о чем говорю. Мы с Викой тоже пока решили… удовлетворять физиологические потребности друг друга, но уже оба понимаем, что это шаг к воссоединению. А ты пока нет.
— Я не смогу простить, — качаю головой решительно.
— Тебе нужно время.
— Время здесь не при чем.
— Тебе нужно время, чтобы разобраться с тем, что ты чувствуешь.
Тут мне ответить нечего. Я и правда пока не понимаю, что творится в моей душе. Какая-то мешанина из обиды, трепета, волнения и азарта.
Глава 58
Включаю телефон, когда, попрощавшись с Сережей у ресторана, сажусь в свою машину. Сообщений и пропущенных звонков от Лебедева нет. Это настолько неожиданно, что несколько секунд я молча таращусь в лобовое стекло.
Потом захожу в директ и сама пишу ему.
«Не вздумай приехать. Это будет нарушением условий»
Прочитано.
Прибавляю печку, включаю дворники, чтобы очистить стекло, жду, грею холодные ладони дыханием.
Телефон пиликает, а на экране всплывает уведомление и сообщении.
«Снег усиливается. Будь аккуратна на дороге»
Закусив нижнюю губу, не могу сдержать улыбки. Послушный мальчик.
Домой, несмотря на сумбур в голове, приезжаю в приподнятом настроении. Глядя на себя в зеркало, смываю макияж и принимаю горячий душ. Потом, просушив волосы феном, собираю их в гульку и наношу на лицо питательную маску. Сажусь с ней на кровати по-турецки и собираюсь выбрать кино на вечер.
Лежащий на тумбочке телефон вновь оживает.
«Как прошел ужин, Маша?»
«Отлично. Мне очень понравилось» — печатаю и отправляю, запоздало понимая, что он спровоцировал меня на общение.
Ответа нет почти полчаса. Я успеваю смыть маску и заварить себе чай. Выбираю легкую комедию и беру в руки телефон в тот момент, когда на него падает очередное послание.
«Ты причиняешь боль, Маша»
«Не думала, что ты умеешь ее испытывать»
«Умею»
Испугавшись, что наш виртуальный разговор свернет на болезненные для нас обоих темы, быстро отключаю гаджет.