Чтение онлайн

– Не думай о нас плохо, Тарл Кабот, - сказал Миск, - потому что и для низших существ, работающих на нас, это тоже праздник; даже те, кто работает на пастбищах и на грибных плантациях, освобождаются от работы.

– Цари-жрецы великодушны, - заметил я.

– А люди на равнинах делают это для своих животных?
– спросил Миск.

– Нет, - ответил я.
– Но люди не животные.

– Может быть, люди цари-жрецы?
– спросил Сарм.

– Нет.

– Значит, они животные, - сказал Сарм.

Я извлек меч и посмотрел на Сарма. Движение было очень стремительным и, вероятно, удивило его.

Во всяком случае Сарм с невероятной скоростью отпрыгнул на своих согнутых стеблеобразных конечностях.

Теперь он стоял в сорока футах от меня.

– Если нельзя говорить с той, что вы называете Матерью, - сказал я, поговорю с тобой.

И сделал шаг к Сарму.

Сарм опять отпрыгнул, его антенны возбужденно извивались.

Мы смотрели друг на друга.

Я заметил, что концы его передних лап повернулись, выступили два изогнутых костных лезвия.

Мы внимательно следили друг за другом.

Сзади послышался механический голос переводчика Миска:

– Она Мать, а мы все в рою ее дети.

Я улыбнулся.

Сарм увидел, что я больше не приближаюсь, его возбуждение улеглось, хотя настороженность осталась.

Впервые я заметил, как дышат цари-жрецы: дыхательные движения возбужденного Сарма стали заметнее. Происходят мышечные сокращения живота, в результате чего воздух всасывается в систему через четыре маленьких отверстия по обе стороны живота; через эти же отверстия происходит и выдох. Обычно дыхательный цикл, если только не стоять совсем близко и внимательно не прислушиваться, совсем не заметен, но теперь с расстояния в несколько футов я отчетливо слышал звук втягиваемого воздуха сквозь восемь маленьких мускулистых ртов в животе Сарма; почти тут же через эти отверстия он выдохнул воздух.

Но вот сокращения мышц живота Сарма стали незаметны, и звуков дыхания я больше не слышал. Концы его передних лап больше не поворачивались, в результате роговые лезвия исчезли, снова стали видны четыре маленьких хватательных крючка. Концы их касались друг друга. Антенны Сарма застыли.

Он рассматривал меня.

И не двигался.

Я так и не смог привыкнуть к этой невероятной, полной неподвижности царей-жрецов.

Он отдаленно напоминал лезвие золотого ножа.

Неожиданно антенны Сарма нацелились на Миска.

– Ты должен был анестезировать его, - сказал Сарм.

– Может быть, - согласился Миск.

Почему-то меня это обидело. Мне показалось, что Миск предал меня, что я вел себя не как разумное существо, и Сарм именно этого и ожидал.

– Прости, - сказал я Сарму, убирая меч в ножны.

– Видишь, - сказал Миск.

– Он опасен, - заявил Сарм.

Я рассмеялся.

– Что это?
– спросил Сарм, поднимая антенны.

– Он трясет своими антеннами и сворачивает их, - ответил Миск.

Получив эту информацию, Сарм не затрясся и не стал сворачивать свои антенны; снова выскочили лезвия и скрылись, антенны его раздраженно дернулись. Я понял, что нельзя трясти антеннами и сворачивать их перед царем-жрецом.

– Поднимайся на диск, Тарл Кабот из Ко-ро-ба, - сказал Миск, указывая передней конечностью на плоский овальный диск, на котором на платформу прилетел Сарм.

Я колебался.

– Он боится, - сказал Сарм.

– Ему нечего бояться, - ответил Миск.

– Я не боюсь, - заявил я.

– Тогда поднимайся на диск, - сказал Миск.

Я послушался, и два царя-жреца осторожно присоединились ко мне, став по обе стороны и чуть сзади. Не успели они встать, как диск гладко и тихо начал спускаться по длинной рампе к дну каньона.

Диск двигался с большой скоростью, и я с некоторым трудом удерживался на ногах, склонившись под давлением воздуха. К моему раздражению, оба царя-жреца стояли неподвижно, слегка наклонившись вперед, высоко подняв передние конечности, прижав антенны к голове.

12. ДВА МУЛА

Овальный диск замедлил движение и остановился в центре мраморного круга в полпасанга диаметром на дне огромного ярко освещенного многоцветного искусственного каньона.

Я оказался на площади, окруженной фантастическими сооружениями роя царей-жрецов. Площадь была заполнена не только царями-жрецами, но и многочисленными существами самого разнообразного вида. Среди них были мужчины и женщины, босоногие, с выбритыми головами, одетые в короткие пурпурные накидки, в которых отражался свет площади. Одежда как будто из пластика.

Я посторонился, мимо на маленьком диске пролетело плоское существо, похожее на слизня; оно цеплялось за диск многочисленными лапами.

– Нам нужно спешить, - сказал Сарм.

– Я вижу здесь людей, - обратился я к Миску.
– Это рабы?

– Да, - ответил Миск.

– Но у них нет ошейников, - заметил я.

– Нам не нужно обозначать различие между рабами и свободными в рое, сказал Миск, - потому что в рое все люди рабы.

– Почему они выбриты и так одеты?

– Так гигиеничней, - сказал Миск.

– Нам пора уходить с площади, - сказал Сарм.

Позже я узнал, что он опасался испачкаться в таком грязном месте. Ведь тут ходят люди.

– А почему рабы одеты в пурпур?
– спросил я Миска.
– Это цвет одежды убаров.

– Потому что быть рабом царей-жрецов - огромная честь, - ответил Миск.

– Вы и меня собираетесь побрить и переодеть?

Рука моя снова потянулась к мечу.

– Может быть, и нет, - сказал Сарм.
– Возможно, тебя придется немедленно уничтожить. Нужно просмотреть записи запахов.

– Он не будет уничтожен, - заявил Миск, - и не будет выбрит и одет как раб.

– Почему?
– спросил Сарм.

– Таково желание Матери.

– А какое она к этому имеет отношение?

– Большое, - сказал Миск.

Сарм, по-видимому, удивился. Он остановился. Его антенны нервно задергались.

– Его привели в туннели с какой-то целью?

– Я пришел по своей воле, - вмешался я.

– Не будь глупцом, - сказал мне Миск.

– С какой целью его привели в туннели?
– спросил Сарм.