Чтение онлайн

Это было великолепное судно. Его темные деревянные борта были отполированы до блеска и светились красновато-коричневым сиянием. Корму корабля украшала прекрасная резьба, изображавшая сцены с прыгающими дельфинами, океанскими нимфами, резвящимися среди волн, изящными раковинами. Все было покрыто великолепной позолотой. Палубу изготовили из светлого дуба. Четыре голубых паруса - квадратный главный парус, два треугольных паруса над ним, называемые "латинскими", и маленький квадратный парус на носу, который назывался "артемон" - сшиты из самой лучшей парусины.

У корабля было два руля, по одному с каждой стороны кормы. Рулевые матросы стояли на небольшой приподнятой палубе, а под ней находилось что-то вроде каюты, куда можно было спуститься отдохнуть после вахты.

На главной палубе находилась каюта хозяина, состоявшая из двух комнат. Большая передняя комната была просторной и светлой и предназначалась для трапез. Позади главной каюты, под рулевой палубой, находилась меньшая комната - спальня.

Под палубами располагались огромный грузовой трюм и кубрики для команды. Все рабы семейства Александров также разметились в трюме.

Торговый корабль был быстроходным, крепким и надежным, но его легко могли захватить более быстроходные биремы или триремы - римские военные корабли, которые ходили не только под парусами, но и на веслах. Капитан заявил властям, что корабль берет курс на Кипр. Выйдя в море, Марк прикажет изменить курс. Чем меньше людей посвящено в их тайну, тем лучше.

Маленькая Мавия пришла в восторг от корабля и сразу же заявила об этом всем.

– Как он называется, мама?
– спросила она у Зенобии, которая обратилась за помощью к Марку.

– "Морская нимфа", дочь моя, - ответил Марк.

– Но ведь я не твоя дочь, не так ли?
– наивно спросила Мавия.

Марк поднял девочку на руки, посмотрел в ее синие глаза, так похожие на его собственные, мягко коснулся каштановых волос и просто ответил:

– Ты - действительно мой ребенок, и я люблю тебя! Мавия обняла его за шею и поцеловала в щеку.

– Мне всегда хотелось иметь отца. Я счастлива, что ты - мой папа!

Вот так просто все произошло. С этого момента Мавия, царевна Пальмиры, исчезла в тумане времени. Осталась только Мавия - дочь Марка Александра Бритайна. Пройдет время, Мавия вырастет и никогда не вспомнит, что когда-то она не считала его своим отцом.

В глазах Зенобии блестели слезы.

– Спасибо тебе!
– сказала она мужу, и Марк понял ее.

– Это был подходящий момент, - сказал он. Они взошли на борт "Морской нимфы", где их тепло приветствовал капитан Павел. Чармиан повела Мавию осматривать корабль, пока все остальные занялись размещением. Зенобия и Марк заговорили с капитаном.

– Следующий прилив начнется в два часа пополудни, господин, - сказал капитан.
– Тогда, с вашего позволения, мы сможем отчалить.

– Есть у нас причины задержаться, любовь моя?
– спросил Марк.

– Нет, - ответила она.
– Я желаю отплыть сегодня же.

– Тогда да будет так!

И Марк бросил взгляд на капитана, который кивнул в знак согласия.

– Все припасы уже на борту, пресной воды достаточно, господин. Если вы, моя госпожа, нуждаетесь в чем-то еще, то поступите мудро, если купите все это сейчас. Я могу послать одного из своих людей сопровождать вас по портовым лавкам.

– Да нет, мне ничего не надо, - ответила Зенобия.
– Но все же я позову моих служанок, и мы посетим магазины, как вы предлагаете. Вашим сопровождающим я буду очень рада.

Зенобия разыскала Дагиан и Адрию, и женщины отправились по магазинам в компании двух мускулистых матросов. Когда они вернулись на "Морскую нимфу", Зенобия увидела на палубе знакомую фигуру. Адрия поспешно ушла с немногочисленными покупками, а Дагиан и Зенобия подошли к Марку и его гостю.

– Гай Цицерон, как приятно видеть вас!
– сердечно произнесла Дагиан.

Трибун низко поклонился и ответил:

– А мне, как всегда, приятно видеть вас, госпожа Дагиан.

Как здоровье?

– Хорошо. А как Клодия и ваши дети?

– Они процветают.

Установилось короткое неловкое молчание. Потом Дагиан произнесла:

– Пойдем, Зенобия, позаботимся о Мавии. Марк взглянул на свою жену.

– Нет! Ты иди, мама. Я хотел бы, чтобы Зенобия осталась здесь, с нами, на несколько минут. Займи чем-нибудь Мавию! Дагиан удалилась, а Зенобия взглянула на мужчин.

– Ну, - спросила она, - что случилось? Могу точно сказать - хорошего мало.

– У меня с собой приказ, согласно которому вы должны вернуться в Рим, ваше величество.

– Никогда!

Мужчин поразили решимость и сила духа, прозвучавшие в коротком ответе. Пытаясь успокоить ее, Марк взял ее за руку, но она сердито выдернула.

– Я лучше умру, но не вернусь в Рим, Гай Цицерон. Я устала от войн, устала от политики! Теперь мое единственное желание - прожить жизнь в мире. Если это невозможно, то возьмите меч и убейте меня, но в Рим я не вернусь!

Она взглянула на мужа.

– Ты уже сказал ему?

Марк отрицательно покачал головой.

– Так скажи же!
– приказала она.

– А что вы собираетесь мне сообщить? Гай Цицерон казался смущенным.

– Мы с Зенобией поженились два месяца назад, Гай. У нас есть свидетели моя мать и две служанки Зенобии.

– Клянусь богами, вы собираетесь покинуть Италию!
– тихим голосом произнес трибун.

– Да, собираемся.

– Я не могу разрешить тебе это, Марк, Необходимо проинформировать сенат о твоей женитьбе на царице Зенобии. Они, разумеется, аннулируют брак, потому что, имея мужа, царица снова станет опасной для Рима. Сожалею, но не могу позволить вам уехать.

Он казался искренне опечаленным.

– Вы обязаны мне очень многим - жизнью своей!
– зарычала на него Зенобия.

Она снова стала царицей, подтянулась, выпрямилась во весь рост и посмотрела Гаю Цицерону прямо в глаза. Весь ее облик стал царственно гордым. Он вспомнил тот день, когда впервые увидел ее стоящей в царском облачении на стене Пальмиры, бросая вызов могучей Римской империи.

– Я предупредила о неминуемом падении Аврелиана, чтобы вашей жене не пришлось оплакивать вашу смерть, чтобы ваши дети, как рожденные, так и нерожденные, не потеряли отца. Гай Цицерон, я подарила вам жизнь! А теперь подарите жизнь мне!