Чтение онлайн

Что, черт возьми, происходит?

Прежде чем я успеваю подумать об этом, я подхожу ближе и опускаюсь на бревно рядом с ним, глядя вдаль. Мгновение спустя его слова наполняют воздух вокруг нас.

— Мой отец — член Совета. Мне трудно доверять людям. Вот почему я держусь парней и не терплю никого другого, потому что их намерения всегда неясны. — Я пытаюсь представить, на что это похоже. Если бы королевство не пало и все знали, кто я, какими были бы мои друзья? Были бы у меня они? Или по-прежнему были бы только мы с Норой?

Я фыркаю при этой мысли. Если бы это зависело от моей сестры, она заставила бы меня быть настолько общительной, что у меня бы из глаз потекла кровь. Но где-то глубоко внутри я знаю, что мое отношение к чужакам осталось бы таким же. Проблема в том, что последние шестнадцать лет я сама была чужаком, счастливо занимая это место, а теперь все меняется.

Это пришло с академией. Думаю, я понимала на что шла, но признать этот факт сейчас, когда я в центре всего этого, — совсем другое дело. Я действительно жила совсем другой жизнь, чем та, что была мне предначертана по праву рождения, и вернуть ее обратно будет не так просто, так как это изменит каждую частичку моей сущности.

В моей голове бурлят мысли и чувства, точно так же, как это было в душе, но, к счастью, на этот раз слезы не подступают к моим глазам. Теперь я испытываю жгучее желание выплеснуть их из себя. Я не могу поговорить об этом с Норой, не тогда, когда я пытаюсь оградить ее от всего.

Может быть, с Флорой?

— Все в порядке, Адрианна. Я понимаю. Я прекрасно понимаю, что обещал трахнуть тебя и уйти, но я здесь, как щенок, отчаянно требующий твоего внимания. Я даже не могу объяснить это. — Он проводит рукой по лицу, но я остаюсь сидеть, разинув рот.

— Как ты меня назвал?

Его брови хмурятся. — Адрианна?

— Почему?

Он нервно сглатывает, прежде чем провести языком по нижней губе. — Потому что Рейден сказал, что ты из… Потому что ты та, кто ты есть, и к тебе следует обращаться соответственно.

Я хмуро смотрю на него долю секунды, прежде чем рассмеяться, по-настоящему рассмеяться. Я прикрываю рот рукой, безуспешно пытаясь успокоиться. Я не знаю, что со мной, но, когда я поворачиваюсь, чтобы посмотреть на него, и вижу замешательство в его глазах, мне удается немного успокоиться.

— Прости, я просто…… пожалуйста, зови меня просто Адди, потому что это настолько излишне, что меня передергивает.

— Но…

— Твой член был внутри меня до того, как ты о чем-то узнал, Броуди, и ты буквально только что сам сказал о том, что люди относятся к тебе по-другому из-за твоего права по рождению. Ты собираешься так же поступить со мной? — Теперь моя очередь бросать на него укоризненный взгляд, и он качает головой.

— Нет, именно это я и пытаюсь сказать…

— Но твои действия не совсем соответствуют твоим словам.

На нас опускается тишина, а по его лицу пробегает чувство вины. Он прав, это странно. Парень, сидящий рядом со мной, — не тот человек, который привел меня в закусочную на земле Кеннеров две недели назад. Технически, если бы я хотела обвинить кого-то, я могла бы указать на него, но это было бы похоже на оправдание.

Он ничего от меня не заслуживает, и все же я чувствую желание сказать что-нибудь, что угодно, о прошлой ночи.

Глядя вдаль, я провожу руками по бедрам и вздыхаю. — Худшая часть прошлой ночи — это тот факт, что моя история преследует меня самым публичным образом, и я не знаю, как к этому относиться.

Он прочищает горло рядом со мной. — Твоя мама или тот, кто на тебя напал?

— И то, и другое, — признаю я с очередным тяжелым вздохом.

По крайней мере, она выглядела хорошо. Парень по имени Далтон, конечно, тащил ее, как домашнее животное, но я уверена, что она могла бы выглядеть и хуже. Во всяком случае, я так считаю. Я не видела ее так долго, потому что она бросила нас — как говорилось в историях, — так что я не могу быть уверена.

Но бросила ли она нас? Зная то, что я знаю сейчас, может ли это тоже быть ложью?

— Мне что, теперь просто пойти и спасти ее? — Выпаливаю я, прежде чем успеваю передумать, и на мои плечи ложится новый груз, который я не уверена, что смогу сбросить.

— Это то, что ты хочешь сделать?

Я поворачиваюсь, моргая, глядя на него, поскольку чувствую вопрос глубоко в своих костях. Во мне бушует адреналин, и неуверенность воюет внутри меня, когда я позволяю ситуации поглотить меня.

— Я не знаю. Мне потребовались все силы, чтобы встать на тот путь, по которому я сейчас иду. Я всю жизнь ненавидела ее, и, как бы это ни было удивительно, это не изменится в одночасье. — Правда слетает с моих губ, а не обжигает язык, как ожидалось.

— Тогда делай то, что правильно для тебя, — отвечает он, пожимая плечами, как будто это действительно так просто.

Но как же мой отец… Нора? У меня сжимается в груди при мысли о том, что она связана с нашей матерью.

— Дело не только во мне. Это касается моего отца, моей семьи, моего народа, всего королевства, — тараторю я, избегая упоминать имя Норы, но, похоже, его привлекает этот факт, и его взгляд останавливается на моем.

— Что Кеннер сделал с твоей сестрой?

— Это не имеет значения, — говорю я резче, чем необходимо, и качаю головой.

— С ней все в порядке?

— Лучше всех, — честно отвечаю я.

— Ты член королевской семьи. Принцесса Адрианна Рейган из Королевства Фладборн. Ты можешь делать все, что захочешь. Ты можешь заставить его заплатить, ты можешь спасти свою мать, ты можешь поступать так, как считаешь нужным, и никто не собирается оспаривать это.

Моя грудь сжимается, когда титул срывается с его губ, но его вера в то, что он думает, что я могу просто делать все, что мне заблагорассудится, почти смехотворна.

— Да, но Адди звучит не хуже. Мой титул не делает меня той, кто я есть, и он никогда не даст мне того, чего я хочу.

Он одаривает меня полуулыбкой. — Я могу согласиться с этим, но в тебе есть гораздо больше, чем кажется на первый взгляд, Кинжал.

Я сдерживаю желание ухмыльнуться, услышав его прозвище для меня. Я сижу здесь, позволяя ему снова проникать мне под кожу, хотя я поклялась держать дистанцию между нами.

Мой разум — это хаос, мои мысли не фокусируются так, как мне бы хотелось, а желание убежать и спрятаться от всего этого ужасающе сильно, хотя я поклялась себе, что уничтожу все, что встанет на моем пути.