Чтение онлайн

Спокойное, слившееся с прицелом, лицо снайпера…

«…Спокойно, Ваня!
– Проговорил он сам себе мысленно.
– Он уже на прицеле!.. Теперь только не торопись!.. Успокой дыхание… Нервы… Эмоции выбросить подальше!.. Надо сделать только один хороший выстрел!..»

Палец капитана слегка отпустил спусковой крючок «мосинки», и замер на какое-то время…

Сиротин облизал пересохшие губы и скомандовал сам себе:

«…Ну, что? Успокоился, капитан?.. Тогда… За дело!..» …Его палец снова надавил на спусковой крючок винтовки…

–  Б-бах!

Выстрел был похож на разряд грома над головой, и пронесся эхом по лесу:

–  Ах! Ах! Ах! Ах!..

Сорвались с мест и улетели с деревьев перепуганные птицы…

А Сиротин…

Он был похож на окаменевшую статую… Даже не шелохнувшись после выстрела, он продолжал наблюдать за той, с таким трудом найденной целью, по которой стрелял…

Сначала в кроне высокой сосны ничего не произошло… Словно он выстрелил в пустоту…

Но через полминуту…

Густая крона высокой сосны на той стороне поля, метрах в пятистах, зашевелилась, и…

Ломая ветки, с треском, с высоты 10-12 метров на землю упало человеческое тело…

Сиротин приподнял голову и посмотрел на место падения человека:

«…Достал! Я тебя достал, Симо!..»

У подножия сосны был виден бесформенный предмет, похожий на человека, и он неподвижен…

«…А теперь я посмотрю тебе в глаза, «Белая смерть»!..»

Сиротин медленно встал во весь рост и сделал два шага по направлению к своему поверженному врагу…

И в этот момент…

–  Б-бах!

Выстрел был не громкий из-за расстояния, и даже небыл похож на выстрел, а скорее на новогоднюю хлопушку…

Но через секунду…

Правое колено Сиротина разорвалось кровавыми брызгами…

Капитан в недоумении посмотрел на изуродованную пулей ногу и еще ничего не успел сообразить, когда… Эхо донесло до его слуха звук второго далекого выстрела…

Вторая пуля разорвала гимнастерку капитана прямо над сердцем, а удар пули швырнул Сиротина на землю…

…На той стороне поля, в полукилометре, из-под куста, в пяти метрах от сосны, с которой упал человек, выполз и встал во весь рост финский снайпер в лесном, бесформенном камуфляже «кикимора», длинные лоскуты разноцветной ткани которого, гроздьями свисали до самых пят, и сбросил со своей головы капюшон…

Нет…

Он даже не улыбнулся, как фермер, выполнивший, наконец, свою работу… Он направился к подножию сосны, деловито поднял чучело человека, упавшее сверху, так же деловито забросил за спину винтовку, и… Подхватив чучело одной рукой под мышку, сматывая на ходу длинную веревку, человек в камуфляже скрылся в глубине леса…

…Сиротина тогда вынесли разведчики…

Того взвода, который был придан приказом начштаба лично ему… Через восемь часов, «пропахав», в поисках капитана, всю нейтральную полосу…

Сиротин, был ранен настолько серьезно, что в последствии не один хирург удивлялся его живучести - с такими ранениями нормальный человек живет, обычно, не более получаса и… Обязательно(!) умирает либо то болевого шока, либо от потери крови…

Но…

Удивлялись живучести и упрямости капитана не только военные эскулапы, колдовавшие над ним после…

Еще больше удивлялись разведчики, которые и нашли-то капитана по следам крови на траве…

Он прополз тогда почти километр(!!!), выбираясь к передовым позициям полка…

Правда… Сам он этого не помнил…

Видимо тянул к своим уже просто на животном инстинкте или чувстве «Надо!»…

Может быть, тот финн и записал тогда на свой счет еще одного русского снайпера, будучи уверенным в своих выстрелах, да только…

Капитан сумел выжить…

…Сиротин продолжал стоять с окаменевшим лицом посреди кабинета, а Алдонина… Она, видимо поняв капитана, дала ему еще несколько минут, а потом проговорила тихо:

–  Вы слышите меня, Иван Филиппович?

И капитан отряхнулся от нахлынувших воспоминаний:

–  Виноват, задумался, товарищ полковник!.. А награды… Носить не считаю возможным!.. Дело не в самих наградах… У немцев есть поговорка - «Победитель - всегда прав, проигравший - никогда!..»… Финский снайпер меня тогда победил… И он - прав. А я - проигравший…

Алдонина внимательно смотрела на Сиротина, а тот продолжал говорить, словно в забытьи:

–  Я даже не ему проиграл… Я себе тогда проиграл… Понимаете?!. Поэтому, не имею морального права…

И тут Алдонина не выдержала этой «самоэкзекуции» и, что было сил шарахнула ладонью по столу:

–  Ну, хватит!!! Так далеко же вы там можете зайти в своем самоедстве, товарищ капитан!
– Гаркнула она металлическим голосом.
– Война есть война!.. И не всегда бывают только победы!

Полковник вышла из-за стола, решительным шагом подошла к капитану и схватила его двумя руками за ремни портупеи и намного притянула к себе:

–  В общем, так, Иван Филиппович!.. Нечего тебе делать в своей строевой части! Через два-три месяца выпуск наших первых курсантов. И я очень не хочу, чтобы получилось по нашей поговорке «Первый блин комом» - они, все же, живые, настоящие, а не из теста! И оттого, как мы их здесь научим, будет зависеть, как они там, на фронте, будут выживать!
– Она взглянула в голубые глаза Сиротина так глубоко, что, казалось, влезла в самые сокровенные тайники его души.
– И опыт твой… Уж извини, что опять на «Ты», Иван Филиппович - мне так проще… Опыт твой и боевая практика просто бесценны! Стрелять их старшина Морозова научит - это ее еще довоенная профессия, как тренера… А вот тактикой снайперского боя займешься ты, лично! Сизова, конечно, тоже к нам не с бала приехала, и свое дело она знает прекрасно! И даже не одного снайпера еще там, на фронте обучила! Но!.. Одна голова, как говориться, хорошо, а две - много лучше!.. А ты, капитан, уж как никто другой, сможешь рассказать этим девочкам, что и к чему… Надо успеть, хоть что-нибудь, передать девчонкам! Хоть что-нибудь!.. Им же скоро в бой, Ваня… Помоги им!.. Добро?

–  Добро, товарищ полковник!
– Улыбнулся капитан.
– Спасибо вам… За доверие…

Алдонина уже взяла свои эмоции в руки, и, взглянув на Сиротина, произнесла «казенным» голосом:

–  С сегодняшнего дня переводитесь на должность старшего преподавателя «Школы», товарищ капитан!.. А теперь давай-ка ко мне эту Сизову!

–  Есть, товарищ полковник!
– Лихо козырнул Сиротин, и заковылял к двери кабинета…

А потом случился большой «начальственный разнос»… …Вот уже почти десять минут Алдонина раздраженно ходила по кабинету, а у ее стола на вытяжку стояла Мила…

–  И закончим этот пустой разговор, лейтенант Сизова!.. Раз и навсегда закончим!
– Почти кричала на Милу Алдонина.
– Думаете вы одна такая?! А с этим мне, что прикажете делать?

Алдонина подошла к столу, вынула из ящика стопку листов бумаги, потрясла ею в сердцах, и швырнула на стол:

–  Это, между прочим, тоже рапорты! И все на фронт! И курсанты пишут и офицеры… С ума все посходили!!! А, учить и учиться, кто будет? Армия, как воздух, ждет снайперов, а не мишени для немецких стрелков!