Чтение онлайн

Приходится констатировать, что этот назойливый бред, граничащий с областью литературной фантастики, находит союзников в мире науки, и ближайшим соратником ученика школы Велеса является доктор филологических наук Юрий Бегунов. Российская наука не обладает иммунитетом от тех наваждений, которые пропагандируют националистические авторы. Достаточно указать на столь известное учебное заведение, как исторический факультет Санкт–Петербургского университета, деканом которого до апреля 2001 года был доктор исторических наук убежденный поклонник Иосифа Виссарионовича Сталина Игорь Яковлевич Фроянов, который пропагандирует идею многовекового «закулисного» заговора против России, организованного евреями и масонами. Помимо всех прочих доказательств, этот профессиональный ученый ссылался в качестве обоснования реальности заговора на речь, приписываемую руководителю ЦРУ Аллену Даллесу (этот очень популярный в националистических кругах апокриф представляет собой отрывок из романа советского писателя Анатолия Иванова «Вечный зов», где такую речь произносит некий штандартенфюрер СС) [397] . Увлекшись антисемитскими фантазиями, Фроянов, который является специалистом по истории Киевской Руси, все–таки удержался от принятия языческих откровений, однако поклонником «Влесовой книги» стал другой выпускник истфака — Бегунов, который выбрал карьеру филолога. Существенное отличие в судьбах этих людей состоит, пожалуй, только в том, что, если Фроянов около десяти лет властвовал на историческом факультете, то Бегунову не удалось достичь подобной позиции в рамках Института русской литературы (Пушкинский дом), откуда он был изгнан по инициативе Дмитрия Сергеевича Лихачева. Впрочем, это не остановило бурной деятельности Бегунова — в частности, как сообщает Асов, при условии предоставления ему 100 тысяч рублей Бегунов берется найти и опубликовать некий богумильский архив X века.

Бегунов, борец за признание подлинности «Протоколов сионских мудрецов», разоблачающих еврейский заговор, не может стать членом Российской Академии Наук, однако он гордо именует себя академиком, уповая на членство в «Международной Славянской академии наук, образования, искусств и культуры». Вместе с Асовым «академик» Бегунов подготовил несколько научных сборников, доказывающих подлинность открытий Миролюбова, и сборники эти прошли Ученый совет при Международном славянском университете им. Г. Р. Державина в Москве. Речь идет уже не о самозванной Славянской Академии, но об учебном заведении, имеющем государственную аккредитацию.

Следы «языческой» экспансии обнаруживаются иногда в самых неожиданных ситуациях. Например, профессор Санкт–Петербургского университета, доктор филологических наук Владимир Викторович Колесов удостоил благожелательной рецензии сочинение А. А. Куликова [398] , который реконструирует древнеславянскую мифологию, опираясь на «Влесову книгу» и старую фальсификацию Александра Ивановича Сулакадзева — «Гимн Бояна», чья подложность была установлена еще современниками Гаврилы Романовича Державина. Если верить Колесову, с помощью этих фальсификаций Куликову удалось «выразить не свою лично, не только свою, но соборную интуицию своего народа и выразительно представить ее в тексте», и благодаря подобным изысканиям можно «…спасти наших предков. Хотя бы в нашей памяти» [399] .

Еще более успешны неоязыческие инициативы в провинциальных центрах. Особо яркий пример — новгородский профессор, доктор наук Петр Золин, который сотрудничает с постигшим тайну бессмертия Виктором Кандыбой и совмещает в своих работах самые немыслимые ведические фантазии с самыми радикальными антисемитскими мифами [400] . Заведующий кафедрой журналистики Тверского университета профессор и доктор филологических наук Владимир Юдин сотрудничает с издаваемым Виктором Корчагиным неоязыческим журналом «Русич».

Для полноты картины следует упомянуть, что в последнее время поклонники «Влесовой книги» обнаружились и в исламских образовательных центрах. Доктор философских и кандидат политических наук Вячеслав Али Полосин — бывший православный священник, ставший после своего обращения в ислам в 1999 году руководителем департамента государственно–исламских отношений Совета муфтиев России — в размещенной на сайте Islam.ru программной публикации «Есть ли у России будущее без Ислама? Манифест российского Единобожия» цитирует «Влесову книгу» и с исключительным сочувствием упоминает о благородном ведическом монотеизме, который должен был уступить в свое время еврейскому христианству, смутившему русский народ чувством внутренней раздвоенности и мазохистским комплексом вины [401] . Судя по тому, что Полосин является преподавателем курса «Сравнительное религиоведение» в Московском исламском колледже, подобные идеи должны получить широкое распространение в исламских кругах.

Как указывается, в «Программе» Асова, пропаганда «Влесовой книги» является только прелюдией, перспективной же целью следует считать «начало Русского Возрождения, укрепление народной демократической, укоренённой в древней вечевой власти в России», то есть захват власти в стране. Многие неоязычники надеялись в этой связи на президента Путина, к которому обращались с призывом о сотрудничестве и проповедник «Всеясветной Грамоты» Ананий Абрамов, и поклонник «прамамочки» Анастасии Владимир Мегре. Ответа не последовало, однако это не означает, что влияние неоязыческих идеологов на российскую власть полностью отсутствует. Так, Алексей Митрофанов, депутат от ЛДПР, являющийся председателем Комитета по геополитике российской Думы, заявил в одном из своих парламентских выступлений летом 1997 года, что он консультируется с «группой ведущих астрологов и специалистов по тонким восприятиям», которые открывают ему тайную метафизическую природу политических событий [402] . Благодаря этим специалистам Митрофанов узнал, в частности, что политическое расширение НАТО на Восток потревожило дух Сталина в Потсдаме и привело к различным природным катаклизмам, включая дожди, наводнения и пр.

Особо яркий пример — экспансия приверженцев «Концепции Общественной Безопасности России», часто обозначаемой заимствованным из русского фольклора термином «Мертвая вода». Учение это было создано группой энтузиастов, объединившихся в 1991 году в особую структуру «Внутренний Предиктор СССР», которая в конце 1997 года инициировала политическое движение «К Богодержавию», а перед выборами 2003 года — «Концептуальную партию «Единение»». Руководителем «Концептуальной партии» стал отставной генерал Константин Петров, а его заместителем — бывший первый секретарь Ленинградского горкома КПСС Виктор Ефимов, оказавшийся после завершения своей коммунистической карьеры председателем Совета директоров ОАО «Петербургский мельничный комбинат», а также ведущим программы «Прозрение» на телеканале Ленинградской области «ЛОТ». Впрочем, решающую роль в формировании идеологии «Мертвой воды» сыграли интеллектуалы, объединившиеся вокруг преподавателя ЛГУ Евгения Кузнецова. Общими усилиями они сумели придать проповедуемой доктрине исключительную замысловатость и внешнюю респектабельность, произведшие большое впечатление на ряд представителей российской политической элиты — от депутатов российской Думы до функционеров спецслужб. Эта версия неоязыческой доктрины сформировалась на путях развития и националистического переосмысления сталинистской идеологии, оторвавшейся от марксистского основания и вобравшей в себя религиозную мистику, фантастические измышления о сакральной природе русского языка, заимствования из опыта Гитлера, ссылки на мудрость Корана и концептуальный аппарат современной теории управления, дополненный экономическим учением, предполагающую полный разрыв с Западом, отмену кредитно–денежного обращения и построение системы энерговалюты.

Однако в основе этой причудливой доктрины лежит общая для всего националистического движения теория мирового жидо–масонского заговора с той лишь особенностью, что идеологи «Мертвой воды» обнаруживают подлинный источник заговора в стороне от собственно масонов и евреев, утверждая, что во время «Синайского турпохода» последние были «зомбированы» Моисеем, превратившись в обреченных на выполнение некоей тайной программы «биороботов». Моисей в этой версии предстает как выразитель воли стремящегося к мировому господству Надиудейского Предиктора, организованного египетскими жрецами, которые унаследовали порочные традиции Атлантиды. Подтверждения своего понимания мировой истории сторонники «Предиктора» обнаруживают повсеместно — от изображения пирамиды на американском долларе до содержания поэмы Пушкина «Руслан и Людмила». Поэма эта прочитывается заново исходя из того, что Пушкин, являвшийся будто бы наследником языческих жрецов, зашифровал предсказание о грядущей судьбе России таким образом, что:

— кудесник Финн означает «святорусское (ведическое) жречество, находящееся в подполье»;

— Руслан — «славянский центр, формирующий стратегию и тактику самобытного развития народов России (Внутренний Предиктор)»;

— Людмила — «Люд Милый — славянские народы»;

— Черномор — «Международный центр управления сознанием народов мира (Глобальный Предиктор)»;

— Голова — «Правительство России под пятой Черномора от Владимира до наших дней»;

— Наина — «Раввинат и высшие структуры масонства, через которые Черномор осуществляет управление народами»;

— Фарлаф — «Низшие слои масонства»;

— Конь Руслана — «толпа, не вызревшая до народа» и т. п. [403]

Комментируя финал поэмы, где описывается раскаяние Фарлафа, признавшегося в своем злодеянии против Руслана и получившего от него прощение, анонимный автор «Предиктора» объясняет мысль Пушкина следующим образом:

«Чтобы подняться на уровень осознания причин многовекового мрачного злодейства чинимого народам России, биоробот–фарлаф, должен преодолеть в себе программу, заложенную со времен «синайского турпохода», самой древней, самой богатой и самой культурной мафией. Но и простить мрачное злодейство Фарлафа может только тот, кто осознал подлинную роль «богоизбранного народа» в глобальном историческом процессе. Правом простить обладает лишь тот, кто неуязвим. Поэтому Пушкин оставляет открытым вопрос об отношении к Фарлафу со стороны Люда Милого и Владимира; им еще предстоит подняться до уровня понимания Руслана» [404] .