Чтение онлайн

Суркову и тоже между делом попросит — ты ж там помоги

Антонине Сергеевне. Она — химик, а ты химик и

металлург, чуешь, какая мощь получается!

Толстостенные детали простой конфигурации

получались удовлетворительно. Но требовалось, главным

образом, мелкое фасонное литье.

«В каких пропорциях вводить в жидкий чугун

модификатор? — думала Тоня.— Какую держать температуру?»

Записав результаты двенадцатой плавки, Тоня велела

готовить новую.

«Тринадцатая! — вну'тренне ужасалась она.—

Тринадцатая плавка, а мне еще неясно главное: пропорция

модификатора».

Тоня словно бы ощущала на себе ожидающие взгляды

не только директора и Чардынцева, а всего огромного

коллектива завода. И теперь, когда плавки одна за другой

кончались неудачно, ей казалось, что она подведет, не

сдержит данного Чардынцеву слова.

Вечером литейный цех пустел (пока еще работали в

одну смену), все уходили домой, а Тоня поднималась к

себе в лабораторию.

Она снова и снова просматривала данные всех плавок,

искала закономерности в изменении структуры и цвета

чугуна, читала «по аналогии» литературу о плавке стали:

о мелком фасонном литье из чугуна литературы не было.

В один из таких вечеров в лабораторию пришел

Чардынцев. Тоня испуганно метнулась навстречу, но глаза

заискрились радостью.

— Трудно вам. Вижу. Трудно,— сказал он, пожимая

ей руку.— Но ведь и интересно, Антонина Сергеевна, а?

Чертовски интересно! Я, например, когда нахожусь в

отпуску или на какой-нибудь легкой работе, невыносимо

скучаю по трудностям. Вы в себе не замечали такой

блажи?

390

— Замечала,— слабо улыбнулась Тоня.— Но очень

мучительно бьгаает, когда трудности...— она хотела

сказать — непреодолимы, но, поиграв пальцами, нашла

нужное слово:— кажутся непреодолимыми.

— В этом-то вся острота,— засмеялся Чардынцев.—

Слабый человек бьет отбой после первых неудач, а

сильный грузит их на спину и, не сгибаясь, идет дальше. По

теории вероятности, на десять неудач одна удача

приходится.

— Ну, тогда моя практика опрокидывает теорию. Из

двенадцати моих плавок все неудачны,— горько

усмехнулась Тоня.

— А вы не согнулись под тяжестью этих неудач?

— Н-нет,— тихо ответила Тоня, смело встретившись

с ним глазами.

— Ну тогда грузите еще. На втором десятке могут

прийти две удачи сразу.

Тоня засмеялась. На сердце стало легко и празднично.

Он взглянул на часы.

— Собирайтесь, Антонина Сергеевна. Двенадцатый

час! Я вас провожу. А впрочем, может быть, есть другой

провожатый...

— Никого нет,—быстро ответила Тоня, и поспешность,

с какою она это промолвила, вызвала у Чардынцева

улыбку.

Глава пятая

Павлин, неожиданно для всей молодежи второго

механического цеха, был назначен управляющим делами

завода. Он стал ходить в новом сером, с серебристой

елочкой, костюме, завел невероятно длинные бакенбарды.

— Все дела, прежде чем попасть к директору,

проходят через мои руки,— бахвалился он, забежав как-то в

цех. Никифоров, пряча улыбку, проговорил:

— Выходит, ты, по существу, тот же директор.

— Да... только по мелким делам! — с озорством в

голосе добавила Наташа.

Все расхохотались, окружив смутившегося и не

знающего что ответить Павлина.

С тех пор и пошла за ним эта кличка — «директор по

мелким делам».

Клава Петряева после работы, успев быстро умыться

и переодеться то в еветлоголубое платье, то в кремовую

39]

с горошком блузку и синюю юбку, теперь каждый день

поджидала Павлина у заводских ворот.

Он нарочно задерживался подольше либо,

подкараулив выезжавшую с завода машину, нырял в нее и, высоко

подняв воротник,— «уходил от преследования», как он

выражался, объясняясь со своей совестью.

Клава, отчаявшись ждать, звонила по телефону, но

дежурный секретарь директора отвечал, что «Павлин Евти-

хеевич давно уехал домой».

Утром она приходила в цех с красными опухшими

веками.

— Что с тобой? — встревоженно спрашивала

Наташа.— Повздорила с Павлином?

Клава низко опускала голову. Молчала.

— Пройдет. Милые бранятся — только тешатся,—

успокаивала ее Наташа.

Подавленность Клавы заметил и Яша Зайцев.

— С Клавой надо разобраться,— сказал он Наташе.—

Ты видала, с какими глазами она приходит в последнее

время на работу?

— Знаю. Поцарапалась с Павлином. К свадьбе

заживет.

— А если свадьбы не будет? Так с незажившей раной

Клаве и ходить? Надо, Наташа, поговорить с ней.

— Говорила...

— Этого мало. Надо выяснить ее отношения с

Павлином и... наладить их.

— Навалимся организованно? — улыбнувшись,

спросила Наташа.

— Не шути... Вопрос очень серьезный. Очень!

Он пытался нахмуриться, собрать свои светлые,

широко раскинутые брови, но ничего не получалось, и Наташе

стало еще веселей.

— Да, и еще одно... Как твое мнение, Наташа, если

мы созовем открытое комсомольское собрание с таким

вопросом — об учебе молодежи. Интересно?

— Очень!

Наташа упрекнула себя в том, что, учась в институте,

думала по существу только о себе, считая этот вопрос

сугубо личным.

— Только надо это собрание подготовить. Выясни,

какое образование у .твоих девчат..;

392

— Знаю и так. У Зои — десятилетка, у Гульнур —