Чтение онлайн

Тогда и пришло время идей высокого прессинга и стремительной доставки мяча к воротам вместо борьбы со сжатыми зубами и установкой «главное – не пропустить». Только Рангник первым об этом говорил, а сделали все Юрген Клинсманн и его помощник Йоахим Лёв. Последний стал тренером сборной через пять лет после того, как расстался со Станиславом Черчесовым в «Тироле».

После революции в немецком футболе, устроенной в 2006-м, новый стиль оказался готов примерить на себя каждый клуб, каждый центр подготовки игроков. «Самый высокий шанс забить – в течение десяти секунд после перехвата мяча, – твердил Рангник в своих статьях. – При этом при потере самые опасные для тебя – восемь секунд». Собственно, вот почему средние команды, где игроки не слишком быстро работают с мячом и не обладают умением делать точную передачу в одно-два касания, так часто сводят свои матчи к клинчам, где, кажется, нет места игровой мысли.

Почти два года в России не могли понять, в какой футбол собирается играть сборная при Черчесове, хотя присмотреться стоило бы к тому же матчу с Мексикой на Кубке конфедераций. Даже с тремя центральными защитниками сборная атаковала очень высоко. По-мужски красивой получилась голевая атака. Настойчивый, выкорчевывающий деревья прессинг, когда латиноамериканцы уже согласны были выбивать куда подальше. Присевший на корточки соперник даже не успел перейти на длинные передачи. Уже тогда было вложено немало труда, чтобы игроки начали учиться гнаться за самими собой. Летом 2017-го они только начали расширять потолок возможностей. Впрочем, через год, к началу чемпионата мира, состав сборной был совсем другой.

– Вывести из равновесия на публике Черчесова можно, но удар он держит нормально. Выбрал он линию поведения с прессой так, что огрызается? Возможно, сам к этому пришел. В любом случае результат сборной на чемпионате мира – это результат Черчесова. Его не выбили из колеи ни травмы Джикии и Васина, ни плохие результаты в контрольных играх, – говорит Борис Рапопорт.

Призывы немедленно расстаться с Черчесовым за день до чемпионата мира, как это сделала Испания, когда Хулен Лопетеги вдруг договорился на следующий сезон с «Реалом», стали образчиком того самого народного гнева, который не знает берегов. В принципе потребность выплескивать эмоции – это своеобразная паника организма. А футбол умеет ее провоцировать, как мало что другое. Точно так же, впрочем, он способен смеяться над убежденностью как дилетантов, так и специалистов по прошествии совсем небольшого времени. Не щадит никого. Испания не просто уехала домой раньше России – именно Россия закончила ее выступления на чемпионате! При этом Йоахим Лёв, которого называли чуть ли не лучшим тренером мира с тех пор, как Германия победила на турнире в Бразилии, буквально через две недели превратился на родине в «человека с глубокими заблуждениями, которому требуется срочный отдых». Футбол также быстро стирает память: о ЧМ-2014 забыли стремительно, а до этого – «крах» бундестим, когда та не смогла пройти в финал чемпионата Европы, проиграв Италии 1:2 якобы из-за ошибок Лёва с выбором состава. Футбол способен объединять не только в хорошем смысле – признаки паники организма всегда одинаковы. Все полтора года, что сборная России готовилась к домашнему турниру, обстановка вокруг нее напоминала то, что ждало команду Германии после Евро-2012, когда местные бульварные издания притягивали за уши все, что имело и не имело отношения к проблеме. Включая подсчеты, сколько игроков при исполнении национального гимна «смеют» не петь его в голос. Ирония судьбы: гимн Испании, которая выиграла Евро-2012 и считалась фаворитом в матче 1/8 финала ЧМ-2018 с Россией, вовсе не имеет слов.

Как в середине восьмидесятых болельщики в СССР с трудом могли понять, что за вратарь такой – Станислав Черчесов, так и мы в начале лета 2018-го не признавали свою сборную. Страх быть оплеванными довел до того, что все боялись Саудовскую Аравию, вступая в безнадежные дискуссии об ее уровне. Одни говорили, что это команда, «сделавшая в последнее время стремительный прогресс», другие требовали прекратить и отправляли саудитов «во двор». Сам я провел шесть часов за рулем для того, чтобы увидеть первого соперника по группе вживую – команда Хуана Антонио Пицци играла важный контрольный матч с Италией в Санкт-Галлене, относительно недалеко от Нойштифта, где сборная готовилась к турниру. Итогом экскурсии по бесчисленным тоннелям стало то, что я остался между полярными мнениями. Саудовская Аравия старалась, Италия лишь привыкала к тому, что теперь у нее новый тренер – Роберто Манчини. Саудовская Аравия караулила шанс, наступая на горло навязанной «принцами» песне об обязательном красивом футболе, Италия лениво подбирала шансы, которые соперник ей дарил. При этом подопечные Пицци знали, что делать с мячом при отборе, на который были постоянно нацелены. И все же сделать однозначный вывод – не умеют они или притворяются – было сложно. Что усиливало неизвестность. Своей сборной не знаем. Соперника не раскусить. Страшно.

Для того, чтобы все же познакомиться со своей командой, оставались контрольная игра с Австрией в Инсбруке и домашняя с Турцией. Но по их итогам неоднозначность только усилилась, Саудовская Аравия стала еще опаснее, негатив было уже не остановить. Хотя за два года до этого с чехами и даже в 2008-м, когда кое-как победили сербов в Бургхаузене, мы точно так же не понимали ничего. Исключением был 2012-й, когда казалось, что у нас суперсборная, после того, как та лихо сработала на публику, победив в Цюрихе Италию. Но, видимо, кто-то что-то не рассчитал, и команда встала к концу группового турнира, который начала разгромом Чехии 4:1. А может, и не рассчитывал никто и ничего вовсе.

После матча с Австрией (0:1), в котором сборная России создала ровно один голевой момент, у меня был только один вопрос к Черчесову: почему вы каждый день не рассказываете нам о нагрузках, как это было два года назад, когда каждый игрок выходил в микст-зону с этим словом на лбу? Но тренер сам высказался на эту тему:

– Да, свежести нам тоже не хватило, но алиби для себя не ищем.

При этом Черчесов выглядел недовольным, даже каким-то чересчур естественным. Да, все, кто в здравом уме, считались с тем, что матч с австрийцами станет скорее обозначением намерений, но неточностей было слишком уж много. И если прессинг и переход в атаку («пресинг унд умшальтшпиль» – те самые немецкие слова, с которыми каждое утро просыпался играющий тренер «Виктории» (Бакнагг) Ральф Рангник) фрагментарно получались, то продолжения в последней трети мы практически не видели. Без четкости взаимодействия в средней линии и доставки мяча нападающим создавалось ощущение, что сборная России собирается забивать мяч в ворота катящимся вагоном, без помощи ног.

Как назло, на матч зашел еще и Жозе Моуринью. Да-да, судя по тому, как скромно он сидел на своем рядочке, согнувшись почти буквой «г», складывалось ощущение, что он именно «зашел». Пошел слух, что он просматривает Головина и Смолова. Но если Александр и Федор и знали о присутствии Моуринью, то сделать с этим ничего не могли – нагрузки действительно были слишком ощутимыми, чтобы раскрыться перед наблюдателем хотя бы на восемьдесят процентов. И Моуринью сам наверняка понимал, что такое национальная сборная за две недели до начала большого турнира. Поэтому и смотрел готовящегося к отпуску нападающего Арнаутовича.

Пока кто-то переживал за то, что у Головина и Смолова в мыслях – будущие контракты, стоило напрячься по другому поводу: связка Головин – Зобнин – Кузяев до встречи с Австрией существовала только на бумаге. И настораживало то, что времени для того, чтобы ей обрести материальную оболочку, оставалось очень мало. Притом, что Зобнин прилично выдержал встречу, даже сумев «на зубах» прибавить в конце.

Зобнин – футбольный «ребенок» Черчесова. И живое подтверждение того, что Бесков в Станиславе Саламовиче остался навсегда. Молодому хавбеку с широким диапазоном действий, но не очень выраженными чисто игровыми качествами, Черчесов доверял в «Динамо» и был намерен верить в него и в сборной. После той самой травмы Романа в Венгрии тренер, разумеется, прятал эмоции держась нейтрально. Но можно предположить, как много элементов выстраивания игры сборной он связывал с Зобниным. И как был разочарован.

– Были у него непростые периоды, когда он выходил на поле и его сразу меняли. Но если видишь определенные способности, нужно вовремя, как говорил Константин Бесков, найти им применение. Дашь шанс слишком рано – может сломаться. Слишком поздно – тоже плохо. В случае с Зобниным, наверное, было лучше чуть позже, чем на секунду раньше, – говорил Черчесов за пять дней до несчастливого матча в Будапеште.

Тренер, скорее всего, говорил о нестабильном пасе Романа. Сложно признать игрока за большие объемы работы, если в глаза бросаются всем видимые ошибки. То самое терпение, которое необходимо при работе с футболистами подобного плана, должно было помочь выйти на первый план именно достоинствам, не позволив сломать Роману психику критикой недостатков. За весь чемпионат мира сборная России пробегала в среднем сто одиннадцать километров за игру – это третий результат турнира. Выздоровление Зобнина зимой 2018-го стало во многом залогом этой цифры.

Сборная без конца сбрасывала кожу, едва на этом не очень гибком теле начинал проступать хоть какой-то орнамент. Если внимательно изучить, как менялся ее состав в последние два года, можно сделать вывод, что первый ушел на отбор кандидатур, второй – на отработку того, что получилось, но в итоге решающим должен был стать последний, австрийский, сбор.

– Не было отбора! – спорил Черчесов. – Кто был здоров, тех и вызывали. И я постоянно это вынужден говорить. Мне говорят: «Вы проверяли кандидатов». Но если нет восьми человек, на которых мы изначально рассчитывали, как это можно назвать проверкой?

– Но костяк сформировался действительно поздно…

– То есть, скажем, Полоза в сборной нет, потому что я этого хочу? В реалиях чемпионата мира мы не можем жить тем, что было. Кто себя проявляет здесь и сейчас, тот и попадает в команду. Это в клубе у тебя тридцать футболистов под контрактом, никуда не денутся.

– Вы могли предвидеть эти сложности два года назад?

– Нет. Очень много неожиданностей. И мой предшественник, когда мы общались два года назад, предупреждал: «Все неприятности начинаются вместе с травмами». Наигрываешь одного, а потом в один момент должен звать другого игрока…