Чтение онлайн

– Понятия не имею, о чем вы говорите.

Детектив отошел от Морриса. Сердце его бешено колотилось. На следующее утро он позвонил Бобу Лонгу. Тот не слишком удивился, услышав новость. Он чувствовал: дело разваливается, что-то пошло не так. Жучок, установленный в офисе гаража, тоже оказался пустышкой. С его помощью удалось записать лишь небрежное одобрительное замечание Уайти Балджера о доблестных полицейских, исправно патрулирующих автомагистрали. Что это было – рассчитанная издевка или случайность?

Лонг все еще сомневался, но чем больше он думал о случившемся, тем сильнее утверждался в своих подозрениях. Он со своей группой несколько месяцев вел тайное наблюдение за гаражом и видел, как Балджер с Флемми запугивают задолжавших им содержателей игорных домов и обмениваются шуточками с влиятельными мафиози. И вдруг, на следующий день после того как микрофон в гараже удалось наконец наладить, Балджер начинает возносить хвалы дорожному патрулю, а главное, меняет сложившийся распорядок. Ведет все деловые переговоры не у себя в кабинете, а на заднем сиденье черного «шевроле», припаркованного на площадке перед гаражом.

Вначале Лонг решил, что Балджер с Флемми заметили полицейских в ночлежке напротив и насторожились. Но услышав об эпизоде с Моррисом, он понял, что дело не только в провалившейся слежке, все намного хуже. Лонг не верил, что гангстеры изменили своим привычкам случайно. Здесь попахивало предательством, изменой. Звонок от полицейского детектива подтвердил пугающую правду, о которой распаленный гневом Лонг уже догадывался. Ему не давали покоя два вопроса.

Как Джон Моррис мог прознать о полицейских жучках, установленных в гараже?

И откуда узнали о них Балджер с Флемми?

В понедельник 4 августа 1980 года разразилась война. Высокопоставленный офицер полиции, подполковник Джон О’Донован, позвонив главе бостонского отделения ФБР, пожаловался на утечку информации. Полиции и бюро уже случалось сталкиваться, соперничая за звание непримиримых борцов с преступностью в Массачусетсе, но обвинение такого рода означало, что и без того натянутые отношения и взаимная неприязнь перешли в открытую вражду.

Столкнувшись с ожесточенным конфликтом, руководство правоохранительных органов поступило так, как привыкло поступать в подобных случаях: провело собрание. Встреча состоялась в бостонском отеле «Рамада инн» четыре дня спустя после фортеля Морриса на вечеринке. Присутствовал весь цвет представителей бостонского правопорядка: О’Донован и Лонг от полиции штата, сотрудники окружной прокуратуры, чиновники бостонской полиции, представитель ФБР и Джеремайя Т. О’Салливан.

О’Донован изложил жалобу полиции штата. Окинув взглядом зал, он решился на маленький блеф: заявил, будто жучок действовал «чрезвычайно эффективно», пока операцию не сорвали. «Полиции известно, что Балджер и Флемми осведомители ФБР», – добавил он. Разумеется, полиция не располагала никакими доказательствами конфиденциального сотрудничества гангстеров с бюро, но у О’Донована имелись на сей счет стойкие подозрения, и неспроста. Пару лет назад он зашел в «Маршалл моторс», чтобы потолковать с Балджером об одном головорезе из банды «Уинтер-Хилл». Этот молодчик, подручный Уайти, угрожал полицейскому. Вооружившись двумя пистолетами, подполковник явился в гараж, чтобы убедить Балджера, что наезжать на копа – скверная идея. Уайти поспешил успокоить О’Донована, дескать, бандитские угрозы – пустая болтовня, не более, – чего только не скажешь в запале. Гангстер и полицейский душевно побеседовали о том о сем, коснулись работы полиции, а затем и ФБР. Подполковник заметил, что старая гвардия бостонского отделения бюро нравилась ему куда больше, чем прыткие новички вроде Джона Морриса, которым недостает опыта и знания «местного колорита». Он ясно дал понять, что невысоко ставит Морриса, как и остальных молодых выскочек.

Примерно две недели спустя О’Доновану позвонил разъяренный Джон Моррис. Он желал знать, какого черта подполковник поносит ФБР, болтая с Уайти Балджером. О’Донован поначалу опешил, но потом рассудил, что здесь возможны два варианта. Либо федералы установили прослушку в «Маршалл моторс», либо Балджер – осведомитель бюро.

Опрометчивый звонок Морриса лишь укрепил недоверие полицейского к фэбээровцу. О’Донован видел в агенте ловкого интригана, который прикидывается дружелюбным, а на деле ведет собственную грязную игру. Был случай, когда полиция штата дала Моррису наводку на одного из фигурантов списка из десяти наиболее опасных преступников, объявленных в розыск [27] . В тот же день Моррис и несколько других агентов захватили террориста-подрывника. Не было ни совместного ареста, ни общей пресс-конференции. О’Донована и его людей оттеснили на задний план, их имена даже не упоминались.

Ни одна из этих историй не могла служить доказательством двойной игры ФБР. Однако всякий опытный полицейский на месте О’Донована насторожился бы, заподозрив неладное. Естественно, в отеле «Рамада» подполковник не упоминал о прошлых эпизодах. Умолчал он и о том, что, несмотря на досадное фиаско в гараже на Ланкастер-стрит, полиция планировала чуть позднее, в августе, вновь атаковать Балджера и Флемми. О’Донован с сержантом Лонгом говорили исключительно о неудавшейся операции, утверждая, что прослушку раскрыли стараниями федералов. Прямые обвинения в преступлении на «круглом столе» не звучали, однако между строк отчетливо читалось: агенты ФБР виновны в препятствовании отправлению правосудия.

Но федералы и бровью не повели. Они поднаторели в подобных играх. Представитель бюро, агент по имени Уэлдон Л. Кеннеди, один из помощников главы бостонского отделения, вежливо выслушал О’Донована. Когда тот высказался, Кеннеди отвечал скупо.

«Мы свяжемся с вами» – вот и все, что он сказал.

Однако после собрания шестеренки ФБР бешено завертелись. Вначале бюро настаивало, что Моррис догадался о жучке, сложив два и два: его информаторы из мафии Норт-Энда заметили в округе «новые лица», вдобавок до него дошел слух, что местным патрульным приказали держаться подальше от Ланкастер-стрит. Агенту-профессионалу не составило труда сделать единственно возможное заключение: там проводится какое-то расследование. Моррис даже уверял, будто высказал свою догадку, желая помочь: заговорил на вечеринке с бостонским детективом из лучших побуждений, пытаясь предупредить полицейских.

Но О’Донован и его люди видели в утверждениях Морриса, в лучшем случае, желание выкрутиться. В первые недели после совещания в «Рамада инн» они дали понять, что объяснения ФБР их не удовлетворили. Тогда бюро перешло от обороны к наступлению, еще сильнее обострив яростный спор. Федералы заявили, будто узнали от своих осведомителей, что утечка информации произошла с подачи полиции; в провале операции по прослушке виноваты сами детективы. С этой новой любопытной версией выступил не кто иной, как агент Джон Коннолли.

Детективы полиции штата продолжали обсуждать неудавшуюся операцию, ломая голову, что же пошло не так, подробно разбирая каждый свой шаг. Они не собирались так легко сдаваться. Им слишком много удалось узнать о Балджере и Флемми, чтобы останавливаться на полпути.

Они выждали несколько недель, дав гангстерам почувствовать себя вольготно и развернуться в полную мощь. Затем начали осторожно присматриваться к Уайти и Стиви, кружа поблизости, прежде чем взять след. Подступиться к дьявольски хитрому, изворотливому Балджеру было непросто, а фиаско с гаражом только усложнило задачу. За рулем черного «шевроле» Уайти уходил от слежки, применяя всякий раз какой-нибудь новый ловкий прием из своего обширного арсенала. Приближаясь к светофору, на котором загорелся желтый сигнал, он прибавлял газу и проскакивал перекресток, а порой просто проезжал на красный свет. Он мог ехать в одну сторону, потом неожиданно развернуться – и унестись в противоположном направлении. Иногда Балджер двигался против потока по улице с односторонним движением, а в Саути таких улиц хватало с избытком. В Южном Бостоне он знал каждый закоулок и нередко кружил по району, прежде чем выбрать нужное направление.

Но довольно скоро полицейские его выследили. Накануне Дня труда Лонг, Фрейлик и О’Мэлли установили, что Балджер с Флемми обосновались в новом месте, возле ряда таксофонов у ресторана «Хауард Джонсон» [28] , прямо за Юго-восточной автострадой.

Новая схема работала так. Ники Фемиа заезжал на автомобильную стоянку у ресторана, делал круг, затем парковал машину. Неспешным прогулочным шагом он доходил до таксофонов, настороженно озирался по сторонам, бросал в автомат пару монеток и делал звонок. Несколько минут спустя к стоянке подкатывал черный «шевроле» с Балджером и Флемми. Они выходили из автомобиля, оглядывались, потом каждый выбирал себе отдельную будку и начинал звонить. Ведя переговоры, они вертели головами – проверяли стоянку и внимательно присматривались к каждой проезжавшей машине. Покинув будки, оба уезжали. Полицейским удалось проследить за ними до Саути и до Норт-Энда, где гангстеры встречались с теми же воротилами преступного мира, что прежде наведывались в гараж на Ланкастер-стрит.