Чтение онлайн

Саракш, Многорыбье,

рейд острова Казхука

Островная империя

05 часов 50 минут, 4-го дня 3-ей недели Бирюзового месяца, 9590 года от Озарения

– Здесь жарко и влажно.
– говорил Даццаху Хо, переодеваясь, -Поэтому новички постоянно норовят снять рубашки. Не рекомендую. Не советую даже расстегивать воротник или выправлять штанины из ботинок.

– Насекомые?

– Совершенно верно. Не везде, конечно, но в большинстве местностей надоедают безмерно. Причём ползучие досаждают больше летающих. Фу, кажется, облачился. Вы тоже? Чудесно. Чемоданы с вещами оставим на хранение на десантном корабле, который должен встречать "Спрута", а по возвращении заберем. С собой же в ранцах возьмем исключительно самое необходимое. Блокнот, наверняка, захватите?

Всеслав кивнул.

– Тогда вот вам подарок.
– Инспектор протянул коробочку карандашей с надписью: "Навигаторские".
– У штурмана попросил. Помнится, вы сокрушались, что не раздобыли грифелей второй и третьей мягкости. А здесь даже четвертая и пятая степени имеются.

– Спасибо!
– обрадовался Всеслав.

– Только вот что, Да... Когда будете рисовать, имейте в виду: на пейзажи никаких ограничений не будет, а вот сюжетные наброски и портреты... Ну, в общем, на месте сориентируетесь и поймете, чего лучше не запечатлевать. Не то, чтобы существовали какие-то запреты, скорее, это будет расценено, как вопиющая бестактность. Готовы? Ранец - за спиной? Пробковый шлем не забудьте. Идем.

"Спрут" стоял на якоре приблизительно в полумиле от слабо всхолмленного, местами скалистого, берега.

Корабль десанта на почти идеально гладкой морской поверхности выглядел обманчиво неуклюже. Рядом виднелись хищные очертания малой дизельной субмарины.

– Эгей, пассажиры!
– окликнул матрос, копошившийся на спущенном с корабля катере.
– Жду!

По шаткому трапу Даццаху Хо и Лунин с чемоданами в руках и прорезиненными ранцами за спиной спустились вниз. Катер, взвыв двигателем, понесся к полосе прибоя.

– Для "Спрута" это стандартное боевое дежурство.
– пояснял инспектор.
– Крейсер совершает, подобно другим кораблям противоракетной обороны, челночные рейсы от самого северного острова Архипелагов до Казхука - самого южного. Вот мы и воспользовались им в качестве попутного, так сказать, средства передвижения. Сейчас он развернется и отправится обратно к Зацахскому Взморью.

Десантное судно теперь напоминало зевающего кашалота. Подобно исполинской нижней челюсти стала опускаться, превращаясь в трап, его носовая часть. Всеслав увидел, как по ней покатились в воду транспортеры и легкие плавающие танки. Он насчитал шестнадцать машин, цепочкой направившихся к берегу.

– Это и есть экспедиция, в состав которой мы войдем.
– сообщил Даццаху.
– В общем-то, предстоит самый заурядный рейд на небольшую глубину с целью ревизии и проверки.

Катер мягко въехал носом в песок. Инспектор и Лунин, даже не замочив ног, спрыгнули на берег. Матрос небрежно отсалютовал и повернул рычаг управления в положение "Полный назад". В это же время первый танк морской пехоты, сыто урча, выполз на желтую полосу пляжа и развернулся в трех сотнях футов от них. Распахнулся люк и оттуда с кошачьей ловкостью выскочил офицер в тропической камуфляжной форме.

– Пойду представляться и отрекомендовываться.
– озабоченно сказал инспектор.
– А вам, Да, приказ: сидеть на вещах и никуда -ни на шаг!
– не отлучаться до моего возвращения.

– Понятно.

Даццаху Хо быстро зашагал к офицеру, но Всеслав не успел рассмотреть, как они встретились. Двенадцать транспортеров и четыре танка один за другим выбрались из воды и заняли все пространство пляжа, закрыв обзор.

Морские пехотинцы, шумя, выбирались из транспортеров, что-то вытаскивали наружу, осматривали машины, строились и снова расходились.

Всеслав улегся на теплый песок, откинувшись на чемодан, и, казалось, совершенно не интересовался тем, что происходит неподалеку. На самом же деле он не упускал ничего из происходящего. Еще в лагере Лунин сделал важное наблюдение, а сейчас оно еще раз подтверждалось. "Океанские змеи", конечно, были обмундированы и вооружены совсем иначе, нежели гвардейцы бывшей Страны Неизвестных Отцов. Очень отличалась строевая выправка. В манере поведения явственно прослеживались национальные особенности. Тем не менее, все второстепенные различия моментально блекли и тускнели, едва замечалось поразительное сходство в главном! И те, и другие являлись совершенными мастерами боевых действий, профессионалами атак и окружений, специалистами обороны и прорыва, экспертами маневра и засады. При всем том и к гвардейцам, и к имперским десантникам решительно не подходило расхожее и забитое выражение "механизм войны". В них не было ничего от киберов, запрограммированных на бессознательное выполнение воли хозяина. И те и другие были убежденными в своей правоте, ревностно выполняющими работу, которую искренне считали своим предначертанием и призванием.

Всеслав попытался мысленно переодеть морпехов, бродивших возле техники, в черные гвардейские комбинезоны. Получилось легко. Попробовал представить гвардейцев, выстроившихся на палубе субмарины. Вышло без труда.

Да, от морпехов, как, впрочем, и от гвардейцев, исходило тяжелое ощущение угрожающей, недоброй силы. Но в "океанских змеях" не чувствовалось ничего исключительного, монструозного. Не были островитяне сплошь и поголовно извращенными, трусливыми, гнусными гиенами и шакалами, получающими наслаждение от пыток, мучительств и убийств. Скорее, большинство морпехов производило впечатление великолепно тренированных собак - сторожевых, бойцовых, охотничьих. Со своими радостями и огорчениями, амбициями и сомнениями, привязанностями и антипатиями. Беспощадных, храбрых, гордых своей службой, искренне и беззаветно преданных стае и хозяину, без раздумий готовых во благо стаи и во славу хозяина как отнимать жизни у других, так и отдать собственную жизнь.

Лунин с досадой тряхнул головой, вспомнив отчеты Максима Каммерера двенадцатилетней давности. Именно на основе отчетов Белого Ферзя в КОМКОНе-2 возобладало до сих пор бытующее мнение об уникальном характере социума Островной Империи, социума, основой существования которого была тотально-маниакальная, агрессивная жестокость в особо изуверских формах. Именно на основе отчетов Белого Ферзя в КОМКОНе-2 была принята и начала осуществляться программа "умиротворения" Империи, по мнению Всеслава закончившаяся для землян полным провалом и ничего, кроме дополнительных бед не принесшая саракшианцам.

– Спим?
– с укоризной спросил Даццаху, который, садясь, умудрился придавить единственную колючку, уныло торчащую из песка. Он зашипел, вытащил ее из штанов, отбросил.

– Какое там... А все-таки долго вы, чтимый Даццаху Хо, представлялись.

– Ну, пока то, да сё...
– неопределенно ответил инспектор.
– Узнал, кстати, какие гражданские специалисты принимают участие в экспедиции кроме нас. Мастер-провизор какого-то аптечного ведомства приехал за сбором целебных трав, ювелира интересуют, само собой, камни и металлы, есть также два торговых... как их, все время забываю... экспедитора. Возможно, с охраной во главе с яхт-лейтенантом найдем не так уж много общих тем для бесед, а штатские могут составить неплохую компанию.

Сейчас вы отнесете наши чемоданы на танк номер шесть, который вернется на корабль. Потом получите у боцмана под расписку снаряжение и личное оружие: пистолет, нож, фляжку с котелком. Я, как видите, свое уже обрел в полной мере, буду обвешиваться.

– Это обязательно?

– Всенепременно. С полученным добром, к слову, обращайтесь крайне трепетно, не дай бог потеряете, потом неприятностей не оберемся. Даже голодный царь кальмаров милосерднее боцмана, у которого хотя бы по мелочам не сходится вещевая ведомость.