Чтение онлайн

— «Почему я подозреваю, что это задание — чистой воды развод»? — пронеслось в голове у Норы.

Обен, Эллана.

Сидя втроем в своем тесном, но довольно уютном домике три девушки спорили. Спор получался каким-то смешным, потому что разговаривали они только шепотом, в результате получалось вроде шипения трех змей. Двое, брюнетка Нора и рыжая бестия Миранда, альпинистка со стажем, пытались убедить свою вялую подругу Лилию, чемпионку по стрельбе из исторического оружия присоединиться к ним.

— Нет, нет и нет! И не уговаривайте! Я нарушать приказы не буду, — смазывая пусковой механизм своего арбалета, отвечала Ли, — Нам поручили этот важный объект, значит, мы за него отвечаем! Нечего устраивать авантюры. Мне командующий кажется серьезным человеком, у него каждый человек на счету, он не стал бы разбрасываться отрядом с такими умениями, как у нас. Поручил, значит это действительно важно для армии.

— Ну что мы ее уговариваем, ты что, не видишь, Эль, она по уши влюблена в красавчика командующего, — заявила пламенная Ми, — Что он не прикажет, все прекрасно! Только я посмотрела бы, как отреагирует ее отец, Роджер, узнав, что его младшая по уши втрескалась в бывшего раба!

— Мой отец не сноб! И он сам титул получил совсем недавно, после референдума, так что посмотрит нормально! Да, Гелл красив, и, возможно, займет высокий пост, когда династия будет восстановлена! Молодому королю нужны будут верные люди. Так что оставьте ваши подколы. Да, красавчик, да нравится, да, я сама некрасива, но он, надеюсь, оценит и мое чувство, и выгоду брака со мной, так что своего красавчика я получу!

— Лысого! Лысого красавчика! — брякнула раздраженная планами Лилии Нора.

— Почему лысого?

— А как ты думаешь, зачем человек постоянно таскает на голове эту дурацкую бандану? Почти круглосуточно, разве что не спит в ней? Только потому, что она скрывает дефект внешности! Посмотрите на его волосы, что торчат из-под этого, с позволения сказать головного убора! Они тусклые, какие-то неживые. У него явно проблема с волосами. Или такие редкие, что почти не прикрывают череп, или их там совсем нет! Я-то разбираюсь, у моей мамы три модных дома, о косметике для волос я знаю очень много. Решено, после этой компании преподнесу командующему лосьон от облысения! Хочешь, Ли, отдам тебе, что бы это был твой подарок?

— Отстань, Эль, надоело. Творите, что хотите, я промолчу, пока будет возможно. Это обещать я могу.

— Ладно, Ми, сегодня Ли нас прикроет от парней, сходим на разведку, узнаем, что творится в лагере, потому что у меня стойкая уверенность, что от нас скрывают настоящую операцию. Телохранители-то говорили о подземельях. Пойдем, послушаем, что говорит народ. Потому что у меня стойкое ощущение, что сюда собрали всех детей более-менее значимых родителей, а потом, по просьбе пап и мам запихнули охранять генератор. Давай, Ми признавайся, кто твой отец?

— А твой? Мой — Адемир, я с Паванны!

— Эльриан. Так что неизвестно, кто хуже, он, или твоя бабка!

— Так, интересно, значит у нас три принцессы? — удивилась тихая Ли, — Одна послушная и две авантюристки! Ладно, шпионьте! Пока вы не затеете уж совсем авантюру, я вас прикрою.

Девушки взяли лошадей, мирно пасущихся в загоне, оседлали, и тихо поехали по горной тропе вниз, к лагерю. Первое светило Обена, Белла, уже села, ее брат, Каллен, наполовину опустился за горизонт. Было еще светло. Девушки договорились, что им потребовалось отдать белье прачкам, потому что стирать без автомата они не умели. И еще, им захотелось конфет, которые продавались в лавке дядюшки Бридо, которая работала допоздна. Привязали лошадей и пошли сначала к прачкам, что бы избавиться от свертков с бельем. Там застали общий сбор и целую драму. Здоровые тетки утешали рыдающую девушку. Которой, видимо, любовник дал отставку.

— Ну почему, почему он мне не подходит! — Заламывала руки полноватая девица с толстой русой косой, — все против меня. Он говорит, что он мне не пара! Но я же все рассказала отцу, он тоже не против, несмотря на его происхождение! Подумаешь, бывший раб! Да у нас в лагере большая часть таких. И все нормальные люди. И брат туда же, он же с ним дружит, поговорил бы, объяснил! Нет, тоже туда же, не пара!

— Ты, Майя дура, надо было забеременеть, тогда бы он никуда не делся! Перестала бы пить таблетки, и вот, папаша, идите под венец, узаконьте дитя!

Да, я уже думала, а как? Я-то перестану, а он сам предохраняется! Не доверяет мне, что ли? И ведь не повредишь, таскает с собой, из кармана вынул, надел, потом снял и снова в карман! Я хотела даже стащить, с содержимым, и себе влить, нет, не подберешься!

— Так забеременей от другого, тайно, а скажи, что от него, кто там разберет!

— Меня брат предупредил, что бы не думала, что все равно, через 15лет станет ясно, что ребенок не его, не скроешь! Примета у него имеется. Я, думаю, все потому, что я девушкой не была, если бы он сам меня женщиной сделал, по-другому бы относился! Ладно, уже ничего не исправишь. Приданое обещает дать, когда Каруса свергнут, и то ладно. Найду себе мужа.

Девица высморкалась, вытерла глаза и пошла к женскому бараку. Женщины посмотрели ей в след.

— Я всегда говорила, Гелл не из простой семьи. Видно же, и воспитание, и речь, и знания. Видимо, семья пострадала от Готтринов, а теперь надежда появилась положение семьи вернуть. Конечно, зачем ему Майя, тем более, не он ее соблазнил, она сама с пути сбилась, правда себя блюла, больше одного любовника не имела, но все равно, ему пожившей досталась! — вынесла вердикт самая старшая из женщин.

— И даже рожавшей! Дядя из их деревни, говорил, ребенок у родителей воспитывается! Так что пусть не плачет. С приданым, да еще рожает легко, такую любой возьмет.

Женщины стали расходиться. С удовольствием прослушав сплетни о красавчике, мечте своей подруги, они отловили старшую прачку, вручили белье, деньги и пошли в лавку за конфетами. Около лавки всегда толпились малыши, надеясь, что скучающие по семье и детям дяди угостят конфеткой. Здесь и услышали, что последний отряд из лагеря уходит сегодня ночью, а командир опять весь вечер, допоздна, совещаться будет. Купили шоколаду для себя, леденцов для детей, и потихоньку пошла к коновязи, но не доходя до нее незаметно свернули к штабному бараку. Пристроились в бурьяне под окно штабного закутка и напрягли слух. В «кабинете» спорили.

— Гелл, извини, но это авантюра. Где гарантия, что в подземелье ничего не изменилось за пятнадцать лет? Что бункер не перенесли на новое место? И темницу тоже.

— Вы посудите сами, первые годы Криттону не до дворца было, он власть утверждал. Утвердил и помер. Карусу дело только до своих удовольствий, даже, если Криттон начал что-то строить, то он наверняка строительство свернул, там дел на десятилетие, а ему деньги нужны, любимчикам раздавать, да новых рабов покупать, у него долго не живут! Так что все на месте осталось! Отец дворец как свои пять пальцев знал, много мне показать успел, я на память не жалуюсь, сколько раз представлял в мечтах эти коридоры, как крадусь с кинжалом, вхожу в спальню к Карусу и вонзаю нож в сердце!