Чтение онлайн

— Я не могу уйти, Камии. Я говорил тебе — ты нужна мне. — Он запускает руки мне в волосы и притягивает к себе. Я наклоняюсь к нему без промедления. И только теперь, когда мы крепко обнимаемся, я понимаю, как сильно мне не хватало его тела. — Позволь мне быть в тебе. — Его губы опускаются на мои, а я ничего не успеваю сказать.

Я не могу этому противостоять. Его рот обрушивается на мой, и я принимаю поцелуй Престона, тем самым давая разрешение взять меня, как ему захочется. Слышу его низкий рык, Престон углубляет наш поцелуй: он понял. Я даже не успеваю ничего осознать, как моя спина оказывается прижатой к Престону, а юбка поднята до талии. Его пальцы четко нашли мою точку желания. От этого все мое благоразумие растворилось. А когда пальцы начали кружить вокруг клитора, все напряжение этих нескольких дней улетучилось, будто его унесло ветром.

От теплого шепота мужчины я чувствую тепло внутри себя:

— Ты делаешь мой мир лучше. С тех пор как я встретил тебя, моя боль прошла. И сейчас происходит то же самое.

Я согласна с ним на сто процентов. С момента смерти Бекки вся жизнь пошла кувырком. А когда Престон коснулся меня, я снова могу дышать.

Его палец теребит мой вход, прежде чем проникнуть внутрь. Он входит не до конца один раз, два, а на третий раз добавляется еще один, чтобы растянуть меня сильнее.

— Уже влажная для меня? Я возьму тебя сейчас. Можешь быть тихой? Твой ассистент прямо за этой стеной.

Я могу только кивать. Не могу произнести ни слова. Я хочу сказать да, но не могу. Мысль, что кто-то будет находиться за стеной, пока меня будут трахать, возбуждает еще сильнее.

Я чувствую, как Престон улыбается:

— Тебе это нравится, да? Плохая девочка.

Я киваю, а он жестко входит в меня. Глубоко. Удерживает за бедра и не шевелится.

— Теперь я буду двигаться в тебе. Я хочу довести тебя до полуобморочного состояния. Ты захочешь кричать мое имя, но будет нельзя.

Кусаю губу, снова кивая, даю ему немое согласие на все и знаю, что буду наслаждаться каждой секундой.

Его тело врезается в меня и отступает, я прижата к стене, а мысли сосредоточены на том, чтобы не проронить ни звука. Престон берет мои руки, кладет на стену и накрывает их своими ладонями, тем самым полностью контролируя мои движения. Его член во мне, но Престон не дает мне шевелиться и это сводит с ума.

Я стараюсь подмахивать ягодицами, чтобы было хоть какое-нибудь движение, но он снова шепчет мне на ухо:

— Нет, нельзя. Тебе нельзя двигаться. И тебе это нравится, правда? Нравится, что мой член глубоко в тебе, и стоит мне только продвинуться на дюйм, ты кончишь?

От этих слов из меня вырывается низкий рык. Тогда Престон перехватывает обе мои руки одной, а другой накрывает мой рот.

— Ты должна вести себя тихо. Я дам тебе то, что нужно. Что ты хочешь. Всегда. Запомни.

И он дал. Он действительно продвинулся буквально на дюйм, и я взорвалась. Моя киска жестко и крепко держала его член в своих тисках. Рука Престона зажимает сильнее мой рот, так как я не могу себя сдерживать. Через секунду он присоединяется ко мне.

— Я нужен тебе так же, как и ты мне. Не отталкивай меня больше. Пожалуйста.

Глава 17

Камии

GPS направляет меня в Окленд. Я еду искать Тревора по адресу, который дал Престон. В Окленде живут как и очень хорошие соседи, так и очень плохие. К несчастью для меня, Тревор выбрал место жительства с плохими соседями.

Когда я искала его дом, я подготавливала себя к худшему. Дом был заброшен. На крыльцо было опасно даже наступать. Некоторые ступени полностью сгнили, не говоря уже об облезлой краске на других. Слава богу, поблизости нет никого.

Когда я сказала Престону, что собираюсь ехать искать Тревора, он попросил меня взять с собой парочку помощников юриста. Причем мужчин. Но я не согласилась. Я была лучшей, так как именно я провела все расследование. В этом деле есть маленькие несостыковки и на чей-то взгляд они могут показаться незначительными. Но благодаря именно этим деталям, я собираюсь доказать невиновность Престона.

Когда я подошла к двери, то заметила, что дверной звонок не просто отсутствует, а буквально вырван из стены, и теперь свисал с нее проводами. Поэтому мне пришлось открыть дверь-сетку, висевшую на одной петле, и стучать по ней.

В комнате послышался шорох, но никто мне не ответил. Я стучу еще раз громче, чтобы было понятно, что никуда я не уйду без разговора.

Через минуту дверь открывает высокая женщина с длинными темными волосами и кристально голубыми глазами. Ее появление застало меня врасплох. Не потому что она красива, или потому что в ее глазах пустота, а потому, что она не вписывалась в обстановку.

Здесь что-то не так.

Я прищуриваюсь, представляя, какая маска бы ей подошла. Ее волосы и рост определенно принадлежат женщине, которая приставала к Престону в клубе. Боже, почему я ее тщательнее не рассмотрела?

— Что Вам нужно? — девушка буквально выплевывает эти слова с таким выражением, будто предлагает трахнуться. Ладно, возможно здесь все как раз таки в порядке. Ее поведение уж точно подходит к этой местности.

Я не стала с ней заискивать и ответила в том же тоне:

— Я здесь не из-за вас. Мне нужен Тревор.

— О да, как же вам повезло, — говорит она с усмешкой.

— Где он?

— В тюрьме, — отвечает она абсолютно равнодушно.

— А вы кто тогда?

— Слушай сюда, сучка. Я не знаю, кто ты такая или зачем сюда пришла, но так как ты даже не знаешь, что он в тюрьме, то это вообще не твое сучье дело, кто я. А теперь выметайся на хрен с моего крыльца, пока я не вытащила ружье.

Я молча развернулась и пошла к машине. Поскольку я давно уже занимаюсь такими делами, то сразу понимаю, когда битва проиграна. С этой сукой я не собираюсь больше связываться.

Во время поездки домой я звоню своей помощнице:

— Энджи, поищи в судебных записях Тревора Пирсона. Он в тюрьме. Мне нужно знать, когда и за что его посадили.

Она мне сразу же отвечает:

— Принято, — слышно, как Энджи начинает печатать на клавиатуре. — Здесь сказано, что он арестован за незаконное вторжение в Сан-Франциско и на данный момент ожидает суда.

— Когда арестован?

— Дата преступления 3 сентября.

Бекку убили десятого сентября. Черт.

— Ладно. Спасибо.

Нажимаю на отбой и звоню Престону.

— Тревор здесь ни при чем, — говорю я, когда он отвечает на звонок.

— Понятно. И тебе привет, — смеется он.

— Извини. Торопилась поделиться новостью. Когда Бекку убили, Тревор уже сидел в тюрьме.

— Блядь. Неудивительно. И за что?

— Незаконное проникновение в дом. Теперь он ждет суда.