Чтение онлайн

– И даже петь немного могу. Только не хочу я петь в переходе.

– Зря. С жильем у тебя, конечно, проблемы?

– Угадал.

– Будешь жить со мной.

В каком-нибудь гадюшнике, наверное.

– Комната у меня своя в коммуналке. Родной дед у меня там жил, полгода как почил в бозе. Меня наследником сделал. Комната, мебля кой-какая. И соседи. У-у, злющие падлы!

Комната в коммуналке. Это совсем не худо. На первое время сойдет. А там Максим и жилье себе подешевле подыщет.

– Разберемся с твоими соседями, – подмигнул ему Максим.

– Ты их ментами, ментами напугай! – осклабился Арсений.

Арсений жил в Перове, не так уж и далеко от центра Москвы. В его комнате Максим оказался в первом часу ночи. Ему пришлось потрудиться. Приятель нажрался как свинья, пришлось тащить его на себе. Донес. Открыл дверь его ключом. И тут же столкнулся нос к носу с какой-то женщиной. Огромная, как гора, и вширь, и в рост, слоновьи ноги, лицо красное. Стоит руки в боки. Глаза грозно сверкают. Сейчас выдаст! Но она промолчала. Посмотрела, что Арсений совсем никакой, сплюнула на грязный пол и направилась в свою комнату. На Максима едва взглянула.

Как Максим и ожидал, в комнате у его приятеля был полный разгром. Мебель старая, вся в пыли. Обои на стенах ободраны, местами просто газеты наклеены, пол грязный, по углам бутылки и окурки. На стене висит гитара. Воздух затхлый. Сто лет комнату не проветривали. Обитель холостяка и алкоголика, да еще и порядочного засранца. Ну ничего, будем жить.

Арсения он свалил на продавленную тахту. Сам снял со шкафа раскладушку, установил, бросил на нее какое-то одеяло и лег в одежде. Ему не привыкать.

Утром он проснулся от грозных окриков. Открыл глаза и увидел на пороге комнаты ту самую слоноподобную бабищу. Руки в бока, ноги на ширине плеч, рот под углом сорок пять градусов. И ругань.

– Долго ты еще издеваться над нами будешь, алкаш вонючий? Когда все это кончится, скотина ты безрогая?

И все в том же духе в течение нескольких минут. А весь сыр-бор из-за того, что Арсений тремя днями раньше не смыл за собой в сортире. Серьезная проблема, что ни говори.

Арсений лежал на спине, руки сложены на груди, глаза закрыты. На соседку ноль внимания. Как будто он ее не слышит.

– Козел ты, вот кто!

Бабища положила на него заключительное клеймо и исчезла.

– Сука! – процедил Арсений, когда дверь с грохотом закрылась.

И все, ни слова больше. Даже глаз не открыл.

– Стерва, это точно, – согласился Максим.

Арсений открыл один глаз, внимательно посмотрел на него. Узнает или нет, вспомнит ли?

– А-а, это ты!

Вспомнил, узнал.

– Если жить негде, живи у меня.

Глаз закрылся.

– Есть хочу. За продуктами пойду схожу.

Максим поднялся с раскладушки.

– Делай что хочешь. Только меня не тронь. Ваще не тронь. Как будто помер я. Мне из запоя выходить надо…

Арсений пролежал пластом два дня подряд. Ни единого слова не произнес. Только пить время от времени просил. Ничего не ел. Сон, голод и абсолютный покой – это, по его убеждению, было наилучшим средством для выхода из запоя.

На третий день он встал рано утром, помылся, побрился, сменил белье, достал откуда-то чистую рубаху и брюки. Приоделся, стал похож на человека.

– Поесть бы, – жалобно посмотрел он на Максима.

Через полчаса на столе появились хлеб, консервы, колбаса, чайник с кипятком.

После завтрака Арсений завел разговор о своей работе в подземном переходе. Хотел сманить с собой Максима, но того ничуть не прельщала перспектива просить подаяния под самопальную музыку. Нищенством и папертью попахивало. Однако сыграл на гитаре. Арсению понравилось. Еще и спел. Его новый друг не пришел в восторг.

На следующий день Максим слушал, как поет Арсений. В подземном переходе на своем законном месте. Голос у него сильный, легко вытягивает верхние ноты. Еще бы отшлифовать его как следует, придать лоск, был бы высший класс. Только Максим его недолго слушал. В переходе он наткнулся на объявление о работе. Фирме требовался охранник. Зарплата высокая. Как раз то, что ему необходимо. Он отправился по указанному адресу.

Офис фирмы «Мегаполисфарм» размещался в старинном отреставрированном здании в центре столицы. Два этажа, пластиковые оконные рамы, до блеска надраенные стекла, мрамор и позолота у входа, даже швейцар в униформе на ступеньках. Он еще только подходил, а уже почувствовал запах больших денег. Наверное, зря он сунулся сюда. Фирма солидная. Вряд ли его возьмут на место без рекомендации. А вдруг?..

Он видел, как напротив парадного входа остановился роскошный «Линкольн». Швейцар только его и ждал. Он пулей метнулся к машине, распахнул дверцу. Из машины выбрался невысокого роста, плотно сбитый мужчина в малиновом пиджаке и очках в золотой оправе. Вслед за ним показалась симпатичная ухоженная женщина лет тридцати пяти. В дорогом строгого покроя костюме она выглядела великолепно. Выходя из машины, на швейцара даже не взглянула. Она вообще ни на кого не смотрела. Как будто ни впереди, ни по обе стороны от нее никого не было. Она взяла мужчину под руку и вместе с ним стала подниматься по ступенькам в здание офиса.

И тут она заметила Максима. Зима в ее глазах на какой-то миг уступила место весне. Она задержала на нем взгляд, для этого ей пришлось даже полуобернуться на ходу. Обернулся и ее спутник. Он посмотрел сначала на женщину – с удивлением, затем на Максима – с интересом. Все это длилось несколько мгновений. Потом оба скрылись в дверях. Следом за ними исчез и швейцар. Максим немного постоял и стал подниматься по ступенькам.

На входе его остановил здоровенный парень в черных брюках и белой рубахе с галстуком.

– Вы куда? – не очень вежливо спросил он.

– Да вот, по объявлению.

– По какому объявлению?

– Вам охранник требуется?

– Охранник? – окинул его пренебрежительным взглядом здоровяк. – Вообще-то охранник нам нужен, но ты нам не подойдешь.

– А ты что, здесь самый главный? – усмехнулся Максим.

– А ты что, здесь самый умный? – в тон ему ответил парень.

– Был бы умным, в охранники не подался.

– Не-е, ну ты грубишь. Слушай, шел бы ты отсюда, пока цел, а?

Максима этот грубиян не испугал. Но ему расхотелось работать охранником в одной с ним упряжке. Он повернулся к здоровяку спиной и неторопливым шагом двинулся в обратную сторону.

Только далеко не ушел. Его нагнал тот самый охранник.

– Эй, постой! – окликнул он.

– Чего тебе? – разворачиваясь к нему лицом, спросил Максим.

Он приготовился дать отпор, если понадобится. Но выражение лица у здоровяка было вполне миролюбивым.

– Тебя это, зовут.

– Кто?

– Да сам босс.

– Меня?

– Ну да. Пошли, у него есть для тебя работа.

Максим пожал плечами и пошел за охранником. Вместе с ним он вошел в здание офиса, ступая по мягкой ковровой дорожке, поднялся по мраморной лестнице на второй этаж. Его провели в какую-то комнату, усадили в кресло и велели ждать. Чтобы не скучал, выложили перед ним на столик стопку журналов с глянцевыми обложками.

Пришли за ним не раньше чем через час.

– С вами хочет поговорить Станислав Борисович, – сухо улыбнулась ему яркой внешности девица с ногами от темечка. – Пойдемте, он вас ждет.

Девица оказалась секретаршей генерального директора фирмы. Эффектно покачивая бедрами, она провела его через приемную и впустила в просторный кабинет. Мужчина в малиновом пиджаке сидел, развалившись, в глубоком кресле и о чем-то разговаривал по телефону. Это и был Станислав Борисович. Едва глянув на Максима, он жестом пригласил его занять свободное место напротив себя.

Максим ждал недолго. Телефонная трубка была водружена на место, и мужчина в золотых очках переключил на него все свое внимание.

– Вы, я так понял, насчет работы? – спросил он, с интересом разглядывая его.

– Да, хотел бы у вас охранником устроиться.

– А у вас есть опыт подобной работы?

– Нет. Но у меня отличные рекомендации.

– Да? От кого?

– От командования части, где я служил. У меня хорошие характеристики.

– И где же вы служили?

– Армейский спецназ.

– Это можно проверить. Машину водить умеете?

– Да, и неплохо.

В последнее время ему пришлось достаточно много провести времени за рулем «Нивы», их с Толиком машины. Водителем-асом он, конечно, не стал, но ездил умело.

– Опыт работы есть?

– Нет, водителем я никогда не работал. И даже права у меня с категорией «С».

– Ну, права – это ерунда. Главное, они есть, а категорию можно любую открыть, если, конечно, захотеть.

Мужчина вроде как задумался.

– В общем, я могу взять вас водителем-телохранителем. Ваш оклад будет составлять тысячу долларов в месяц. Идет?

Максима такая зарплата вполне устраивала.

– Да, я хотел бы получить у вас работу.

– Ну, тогда небольшая проверочка, и считайте, что вы в штате моей домашней прислуги.

– Домашней прислуги? – удивился Максим.

– А что тут такого? Будете личным водителем моей супруги. Она уже давно хочет иметь личного шофера.

Максим знал, как реагируют на него женщины. Он притягивает их к себе, как свет мотыльков. И если не все, то многие готовы лететь к нему, мечтая оказаться в его постели. Станислав Борисович вряд ли был настолько слеп, чтобы не понимать, насколько он опасен для женщин. Однако он не только не гонит его от своей жены, а, напротив, пригласил к себе, чтобы предложить место ее личного водителя. Странно все это.

Облако дыма рассеялось – перед ней появился красавец с длинными черными волосами. Он был совершенно голый. Дарье Алексеевне стало стыдно. Она попыталась отвести от него взгляд, но какая-то сила не позволяла ей сделать это. Красавец приближался к ней. Он улыбался, его синие, бездонной глубины глаза завораживали, наполняли каждую клеточку ее тела непреодолимым желанием. Когда он вплотную подступил к ней и принялся раздевать ее, она даже не шелохнулась. Одежда лежала на земле. Она стояла перед ним нагая. Щеки горели от стыда, душу переполняло возмущение, но она ничего не могла с собой поделать. Красавец улыбнулся еще ярче и прижался к ней всем телом. От одного только прикосновения она испытала невероятной силы оргазм. Тело ее напряглось, задрожало, кровь в жилах превратилась в огонь, из груди вырвался тягучий стон, и она… проснулась.

Дарья Алексеевна села на кровати, огляделась. Просторная, богато отделанная спальня. Пустая и неуютная. Черноволосого красавца нет и в помине. Она тяжело и в то же время облегченно вздохнула.

Ее муж импотенцией не страдал, но к жене его не тянуло. Да и ей, если честно, не был он интересен. По обоюдному согласию они спали в разных комнатах. Она женщина, ей нужен мужчина; только никто так не думал, кроме нее самой. Для всех она была женщина-лед. Кроме мужа, она не подпускала к себе и близко ни одного мужчину. Никогда не изменяла ему и не собиралась изменять впредь. У нее строгие моральные принципы, и она будет следовать им, как бы ни сопротивлялась им оголодавшая плоть.

Дарья Алексеевна закончила фармацевтический институт, некоторое время проработала в аптеке, после чего головокружительная карьера забросила ее в министерство. Там она быстро обросла нужными связями. Ее муж Станислав к этому времени основал свой небольшой кооператив, начал развивать дело. У них появились деньги. В начале девяностых Дарья Алексеевна помогла мужу пробиться на мировой рынок лекарств. Он начал завозить в Россию импортные препараты. Товар сбывался легко и быстро. Росли обороты. Лекарства завозили все большими партиями. Но дело Станислава рухнуло бы, откажи ему Дарья в своей поддержке. Слишком многое было завязано на ней.

В последнее время Станислав обрел самостоятельность. Теперь у него свои постоянные иностранные поставщики, отлажены связи внутри страны. Сейчас он как бы на старте – мощный рывок вперед, и он займет ведущие позиции в отечественной фармацевтике. Все бы ничего, но чем дальше он уходит от нее в бизнесе, тем меньше сила их взаимного притяжения. Они уже больше не нуждаются друг в друге. Любви нет – она это понимала. У них не было детей, и это еще больше отдаляло их друг от друга. Станислав мог запросто обойтись без нее.

Утром она проснулась, как всегда, в семь. Позанималась на тренажерах, привела себя в порядок и вышла к столу. Станислав сидел за столом и читал газету. На нее он не обратил никакого внимания. И лишь когда подали горячее, он соизволил взглянуть на жену.

– Ты сегодня со мной или как?

– Нет, у меня свои дела, – сухо ответила она.

– Ну как знаешь, – с явным облегчением вздохнул Станислав.

Его раздражало, когда она лезла в его дела. Когда-то дела были общими, но тех времен уже не вернешь. Сейчас у каждого свое. И вообще они стали чужими людьми.

– Дорогая, помнишь, у нас как-то был разговор о твоем личном водителе?

Этот разговор она помнила. В отличие от многих владельцев автотранспорта Дарья Алексеевна не любила сама ездить за рулем, но муж как-то не очень стремился к тому, чтобы нанять ей персонального водителя. И теперь вот сам завел разговор об этом.

– Да, помню.

– Я нашел тебе водителя. Классный парень.

Глаза Станислава лукаво блеснули. И скоро Дарья Алексеевна поняла почему. За рулем своего «Мерседеса» она обнаружила того самого парня, который снился ей сегодня во сне.

Его же она видела недавно у входа в офис мужа. Кажется, она тогда не удержалась и неосторожно задержала на нем свой взор. Даже Станислав заметил. И, помнится, взглянул на этого парня. Он понравился ей так, что она даже потеряла контроль над собой, – и муж это заметил. Поэтому парень теперь у нее в услужении. Неужели Станислав хочет совратить ее? Совратить при помощи синеглазого красавца. Он и она станут любовниками, и люди Станислава заснимут постельные сцены на пленку. Тогда при разводе муж может диктовать свои условия.

Станислав даже не заикался о разводе, но мысль об этом незримо витала над ним, и Дарья Алексеевна ее улавливала. Вот почему так быстро у нее в голове выстроилась логическая цепочка намерений мужа.

Муж сам бросает ее в объятия другого мужчины. Как это гнусно! И как глупо с его стороны. Неужели он считает ее полной дурой? Если так, то он в этом раскается.

Прежде чем сесть за руль машины, на которой ездила жена босса, Максим два дня потренировался на другом «Мерседесе». Машина мощная, скоростная, приемистость высокая не в пример «Ниве». Но он быстро обуздал ее. И свободно, без напряжения мог ездить на ней по самым оживленным московским улицам. Жена босса осталась довольна.

Дарья Алексеевна произвела на Максима приятное впечатление. Эта была та самая женщина, которую он видел, когда стоял у входа в офис «Мегаполисфарм». Как и тогда, она нет-нет да и кидала на него горячие взгляды. Но вовсе не для того, чтобы разжечь в нем ответный огонь. Было видно, что она женщина строгих правил. Если она даже хочет его, то никогда не пойдет на поводу у своих желаний. И это хорошо. Максиму вовсе ни к чему быть секс-мальчиком для богатой дамы.

Его рабочий день нельзя было назвать напряженным. Утром он привозил Дарью Алексеевну на работу в министерство и целыми днями отдыхал на стоянке. Иногда отвозил ее в офис к мужу. На два-три часа, не больше. Потом или в министерство, или прямым ходом домой. Полмесяца проработал у нее, и ни разу она не возвращалась домой позже шести вечера. На ночь, на презентацию или в театр она никогда не выезжала без мужа, и в этих случаях пользовалась его лимузином. Суббота и воскресенье у Максима выходные – красота. И за все это он будет иметь штуку баксов в месяц. Совсем неплохо. Одно неудобство – к «господскому» дому, роскошному особняку на Рублевском шоссе, утром и обратно вечером приходилось добираться своим ходом. Но Максим не унывал. Работа у него хорошая. Через год он запросто купит себе машину. Может, даже раньше, если будет снимать не квартиру, а комнату с хозяйкой. В этом случае он сможет откладывать побольше денег.

Пока он жил с Арсением, но уже давно подумывал о собственном жилье. Наверное, пришла пора заняться его поисками.

– Станислав Борисович, к вам Проходко, – сообщила секретарша Людочка.

– Пусть войдет.

В кабинет вошел невысокого роста худощавый мужчина с лисьим взглядом. Улыбка подхалима, взгляд подлизы. Всем своим видом он как бы давал понять, что боготворит своего шефа.

– Цветы передал? – пренебрежительно глядя на него, спросил Станислав Борисович.

– Обижаете, Станислав Борисович! Все в лучшем виде.

– А она?

– Вернула обратно, – Проходко скорчил трагическую мину.

– Завтра повторишь. Все, иди.

И завтра, и послезавтра он будет продолжать осаду неприступной крепости по имени Вика. Эта девушка с ликом ангела и фигурой богини целиком и полностью захватила его воображение. Уже почти три месяца он постоянно думает о ней, из-за нее у него плохо со сном, пропал аппетит, и на жену совсем нет настроения.

Кстати о жене, о Даше. Из-за нее он не может обладать Викой, этим земным чудом.

Вика училась в стоматологическом институте, в этом году закончила третий курс. Их пути пересеклись чисто случайно. И он как мальчишка втюрился в нее. Цветы посылал ей каждый день, назначал свидания. И все без толку. Нет, нет, нет.

«Я не святая, – сказала она ему как-то раз. – В моей жизни были мужчины. Но у меня есть правило – никаких отношений с женатыми мужчинами».

Тонкий намек на толстые обстоятельства. Разводись с женой, тогда я, возможно, буду твоей. Возможно. Может, она вовсе и не это имела в виду. Но мысль развестись с Дарьей крепко засела у него в мозгу. Ради Вики он готов на все.

Когда-то они с Дарьей составляли прекрасную пару. Но реки текут – все меняется. Любовь ушла, осталась привычка. И еще совместный бизнес. Дарья, можно сказать, поставила его на ноги. Теперь он может обходиться без нее. Это, конечно, не повод бросать ее. Но в его жизни появилась Вика. Дарья уже не существует.

Станислав Борисович считал себя богатым человеком. Со временем он станет во сто крат богаче. Однако он не хотел терять то, что имел уже сейчас. А при разводе с Дарьей терял ровно половину, если не больше. Ведь его состояние нажито совместно с ней. При определенных обстоятельствах Дарья не будет упорствовать и согласится получить лишь четверть его собственности, а то и меньше. Для этого нужно всего лишь скомпрометировать ее. Нужно, чтобы у нее был любовник. Вся беда в том, что она лед-женщина, ее не интересуют мужчины. Может, она и не прочь перепихнуться на стороне, но никогда на это не пойдет. Безупречная репутация прежде всего. Вот по этой репутации и будет нанесен удар, если он заснимет ее в постели с любовником и обнародует компромат. Этого, конечно же, не случится, если она примет его условия при разводе. Банальный шантаж, и никаких проблем.

Он уже нашел человека, который в состоянии совратить Дарью. Это ее личный водитель. Не укрылась от его внимания та искра, которая проскочила между ними, когда она впервые увидела его. Он сработал четко и быстро. Максим Катанов теперь при ней. Дарья тащится от него. Недалек тот час, когда между ними проскочит не только искра. Он нанял двух суперпрофессионалов, которые пасут их, и когда это случится, они зафиксируют все на пленку. Эти ребята могут все.

Вика прекрасно понимала свою маму. Они живут с ней вдвоем в трехкомнатной квартире. Отец умер в прошлом году от инсульта. Она учится, получает копеечную стипендию. Мама доцент МГУ, зарплата у нее не велика. А в квартире пустует комната. Почему бы ее не сдать? Вот мама и дала объявление. Теперь ждет, кто на него откликнется. Просит она сто долларов в месяц. Вполне приемлемая цена по столичным меркам. К их семейному бюджету это будет значительный довесок.

Но понимать маму – это одно, а вот терпеть постороннего человека в доме – совсем другое. Пользоваться бог весть с кем одним санузлом, постоянно сталкиваться в коридоре, на кухне, изображать на лице дежурную улыбку. Не нравится ей все это, но против мамы не пойдешь. Она у нее кремень, сказала как отрезала.

Они сидели на кухне, пили чай. Вечер, каникулы. Самое время отдыхать где-нибудь на море с друзьями или закатиться на какую-нибудь тусовку. Но она сидит дома. Так нужно.

– Вика, только честно, как ты относишься к Станиславу Борисовичу? – ни с того ни с сего спросила вдруг мама.

Об этом дяденьке она как раз сейчас и думала. Типичный новый русский. Малиновый пиджак, часы «Ролекс», сотовый телефон, только вместо «Мерседеса» – «Линкольн». И внешность не отталкивающая. Он увидел ее из окна своего лимузина, с тех пор намертво прилип к ней. В любви объяснялся, цветы дарил охапками, весь мир готов был бросить к ее ногам. Все хорошо, только один у него недостаток. Женат. Таким он ей не нужен.

У нее в жизни были мужчины, с двумя она спала. И комплексами по этому поводу не мучилась. Это вовсе не значит, что ее устраивала перспектива стать любовницей и содержанкой «нувориша». Да, в этом случае у нее будут деньги, квартира, машина. Станислав Борисович ничего для нее не пожалеет – она была в этом уверена. Только тогда она перестанет уважать себя, сама себе станет противна. А вот выйти замуж за богатого – это она не прочь. И похоже, Станислав Борисович готов развестись с женой и связать себя браком с ней. Значит, надо поддерживать огонь в его влюбленном сердце. Нельзя расслабляться, сдавать свои позиции. Ее сила в недоступности. При этом нужно избегать встреч с другими мужчинами. Перебарщивать нельзя – так подсказывало ей женское чутье.

Вика играла со Станиславом Борисовичем. Фактически она разбивала чужую семью, но угрызений совести не чувствовала. Почему она, собственно, должна упускать свой шанс?

– Мама, ну какая тебе разница? – вяло отозвалась она.

– Как какая? Ты сводишь его с ума, мучаешь его.

– Сама в этом виновата.

– Я?!

– Зачем ты меня родила такой красивой?

Вике неприятен был этот разговор, и она свела его к шутке.

– Ну вот, во всем я виновата! – всплеснула руками мама.

В это время в дверь позвонили.

– О, это, наверное, по объявлению.

Мама вмиг забыла о Станиславе Борисовиче и пошла открывать дверь.

– Извините, я, наверное, должен был предварительно связаться с вами по телефону, – услышала Вика из кухни приятный мужской голос. – Но мне неоткуда было позвонить.

– Да какая разница? Проходите, смотрите.

Потенциальный квартирант и мама прошли в комнату. Вика вышла в коридор. Ей почему-то интересно было узнать, что будет дальше.

– Комната отличная, – говорил мужчина.

– Это обойдется вам в сто долларов в месяц.

– Меня это устраивает.

– У вас есть московская прописка?

– Нет.

– Надеюсь, вы не имеете планов прописаться на нашу с дочерью жилплощадь?

Мама начинает ставить условия. Но разве можно иначе?

– Нет, конечно.

– И еще – никаких друзей и женщин.

– Даже пить не буду.

– Тогда считайте, что мы договорились.

Через минуту уже состоявшийся квартирант уходил, чтобы завтра приехать с вещами. Вике любопытно было взглянуть на него. И она взглянула.

Синеглазый красавец с длинными черными волосами обладал мощным сексуальным биополем. Она только глянула на него, и тут же попала в плен его обаяния. Опрятный, ухоженный, идеально выбритый. Взгляд мягкий, на губах застенчивая улыбка. Но в нем чувствовался сильный, волевой характер. Одним словом, настоящий мужчина.

С таким квартирантом она не прочь встречаться в коридоре, в кухне. А еще лучше в его комнате. Она поймала себя на этой мысли и не почувствовала никакого стыда. Побыть наедине с этим красавцем – такое желание вдруг показалось ей вполне естественным. А что естественно, то не безобразно.