Черные георгины
Шрифт:
– О боже. – Глаза у Эбигейл заблестели. – Уж не ревность ли я вижу в твоих прекрасных глазах?
Глаза у них были одинаковые.
– Не думаю. – Лорел нахмурилась. – Я хочу, чтобы он был счастлив, а он говорит, что хочет побыть один, так с какой бы стати мне беспокоиться за него?
– Может, он просто не хочет быть с тобой, – протянула Эбигейл. – Это ведь логичный вывод, не так ли?
Очевидно, так.
Глава 14
С кофейником в руке и папками под мышкой Гек направился к кабинету Лорел, но остановился возле затемненной компьютерной комнаты.
– Привет, с понедельником. Я не знал, что тебе нравится, поэтому приготовил фирменное. Овсяно-медовый латте. – Он передал чашку Нестеру; сопровождавший хозяина Эней прошмыгнул между тем в конференц-зал.
Нестер ухмыльнулся и взял кофе; на мониторе позади него запускалась какая-то программа.
– Спасибо, приятель. Мне нравится любой латте, кроме мятного. – Он поежился. – Хуже некуда. Кто только его пьет?
Да практически все.
– Как прошел концерт?
Нестер сделал глоток.
– Превосходно.
– Хорошо. – Гек прошел по коридору в конференц-зал, где Лорел снова сидела на стеклянном столе, разглядывая фотографии на стене. В качестве подозреваемых она добавила мэра, обоих его детей и соседского мальчишку. Был там и еще один мужчина – с густыми рыжими волосами и зелеными глазами. – Моррис Лэмбер? – Фотографию, похоже, распечатали из справочника какого-то колледжа.
– Да, – подтвердила она неожиданно резким тоном.
Он протянул ей чай-латте.
– Хочу объяснить насчет субботнего вечера. – Хотя он вовсе не был обязан что-то ей объяснять.
– Ты не обязан ничего мне объяснять. – Не отрывая взгляда от фотографий, она взяла латте. – Это неправильно, да?
Он посмотрел на доску.
– Здесь все неправильно.
– У нас почти ничего нет. – Лорел вздохнула. Сегодня она надела черные брюки и свитер поверх белой рубашки и выглядела профессионально и элегантно. Вот только сережки у нее были в форме голубых бабочек.
– Красивые серьги. – Почему он вообще обратил на это внимание? Гек сделал глоток своего тройного капучино.
Она не улыбнулась.
– Спасибо. Мне их подарила мама. Предполагается, что они дают свет и защиту.
Так оно и было.
– Я встретился с Рейчел, потому что у нее была информация по этому делу. Ее источник сообщил, что у Шэрон Лэмбер был роман – вполне возможно, с ее зятем. Нашим старым добрым мэром.
Лорел отпила чаю.
– Меня удивляет, что ты снова доверяешь Рейчел после того, как она использовала трагедию с утонувшим ребенком и твой срыв для продвижения своей карьеры.
Сказала, как по яйцам пнула.
– Я ей не доверяю, но я буду использовать ее для получения информации.
Лорел подняла голову; ее удивительные глаза были прикрыты.
– Тогда как она получила информацию для своего подкаста?
– Мне нужно было что-то ей дать, – сказал он, начиная злиться. – Дело в этом? Я имею в виду, ты ревнуешь меня к моей бывшей? – Уже произнося эти слова, он знал, что совершает колоссальную ошибку, но злость еще бушевала в нем.
Лорел моргнула.
– Ревную? Нет. Но я думаю, что ты проявляешь неосмотрительность, предлагая что-либо голодному репортеру, и, возможно, твои эмоции взяли верх над рассудком.
Раздражение переросло в гнев.
– Хватит. Я не нуждаюсь в твоем мнении ни о моей личной жизни, ни о профессиональном поведении. Давай вернемся к делу.
– Очень хорошо. – Лорел открыла папку с файлами, лежащую рядом с ней, чтобы показать заявления в полицию, поданные Шарлин Рокс.
– Итак, доктор Рокс сообщила о нескольких звонках с неотслеживаемых телефонов. Неизвестный звонил и вешал трубку. Кто-то оставлял угрозы, написанные на снегу на ее машине. Кроме того, она уверяла, что неизвестный проник в ее квартиру и забрал пару трусиков.
Гек изо всех сил старался сосредоточиться на деле и не продолжать стычку, которая, похоже, все-таки надвигалась.
– Если и Шарлин, и Шэрон полагали, что кто-то проник к ним домой и забрал нижнее белье, это означает, что он не скрывал своих намерений.
– Нет. Он хотел напугать их. Для него это часть острых ощущений. – Она закрыла файл. – Звонил доктор Ортега. Сказал, что причиной смерти Шэрон Лэмбер стала травма, нанесенная тупым предметом. Обнаружены и признаки сексуального насилия, но не спермы. Та же картина, что и в случае с Шарлин Рокс. Время смерти Шэрон Лэмбер – примерно две недели назад, скорее всего, в субботу или воскресенье, но это тоже не наверняка. Отчасти ему помог тот факт, что тело было заморожено.
Гек посмотрел на лица на доске. Лица тех, кого он не смог спасти.
– Сначала Шэрон, потом Шарлин, но нашли мы их в обратном порядке. Шэрон и Шарлин, обе с докторскими степенями. И имена звучат похоже?
– Да, но если учесть Эбигейл, то это сходство нарушается. – Лорел мягко постучала пальцами по столу. – Хотя нам следует рассматривать дело с учетом и Эбигейл, и других обстоятельств. Просто для того, чтобы ничего не упустить.
Уж не упрек ли послышался ему в ее тоне? Не намек ли на то, что это он что-то упустил? Гек решил не обращать внимания и снова постарался сосредоточиться. Если кто-то и мог сломать их расследование – сколь бы невероятным это ни выглядело, – то только Эбигейл Кейн.
– Согласен.
В конференц-зал вошел Нестер с бумагами в руке.
– В доступе к досье несовершеннолетнего Томми Биринга нам отказано. Судья сказал, что у нас нет достаточно веских оснований.
– Оснований у нас нет, но попробовать стоило, – пробормотала Лорел. – Когда мы получим выписки с мобильных телефонов?
– Техники сказали, что на это потребуется время. Еще по нескольким запросам ответа пока нет. – Нестер выскользнул из комнаты.
Гек повернулся к Лорел.
– Как насчет того, чтобы побеседовать с Моррисом Лэмбером о его умершей жене? Монти может связаться с ним и договориться о встрече. – Он перевел взгляд на доску, чувствуя, что должен поскорее выбраться из тесного пространства. – Ты действительно думаешь, что это потенциальные подозреваемые?
– Потенциальным подозреваемым является каждый. – Лорел поднялась и взяла с ближайшего стула зеленое шерстяное пальто. – Я бы хотела, чтобы ты занялся Эбигейл. – Ее высокие скулы тронул легкий румянец.
Он даже остановился, удивленный такой просьбой.
– Почему это?
Ее взгляд скользнул к дверному проему.
– Думаю, Эбигейл в опасности, и если ты попросишь ее отправиться в безопасное место, она может согласиться, чтобы попытаться произвести на тебя впечатление. Или, возможно, манипулировать тобой. В любом случае она была бы в безопасности.