Чтение онлайн

– Не будем играть в прятки, я все знаю: я заглянула вчера в твою сумку.

– Ну и что ты там обнаружила?
– спросил он строго, схватив ее за плечи.

– Я нашла там книгу о первых поселенцах штата Южная Каролина и карту Кловера. Там отмечено поместье Уиндэмов. Теперь мне ясно, что ты покушаешься на их фамильные драгоценности. Ты - гангстер и собираешься ограбить поместье!
– выпалила Ханна.

– Гангстер? Ограбить?
– Мэтью громко расхохотался, чего она никак не ожидала. Он так искренно смеялся, что на его глазах выступили слезы.

Наконец он успокоился, но во взгляде его все еще горели веселые огоньки.

– Скажи, дорогая, ты с кем-нибудь поделилась своими подозрениями или решила сама разобраться в этой детективной истории?
– спросил он, едва сдерживаясь, чтобы снова не расхохотаться.

– Нет, я никому ничего не рассказала. Но если я не права, скажи: зачем ты обвел красными чернилами на карте поместье Уиндэмов и выписал имя Александры из книги?

– А ты не просмотрела папки с документами?

– Я не успела, потому что вы с Кейт вернулись в номер.

Мэтью вздохнул с облегчением, так как еще не был готов открыть тайну своего происхождения.

– Наверное, я могла бы узнать о твоем приезде в Кловер из этих папок? Только не пытайся меня уверить, что ты изучаешь местных насекомых!

– Ты права, это я приврал. Но я и в самом деле писатель.

Ханна глядела на него с недоверием.

– Правда, сущая правда. Среди книг в той сумке есть и мои произведения. Я издаю их под псевдонимом Гален Иден. Это имена моих родителей. Отца звали Гален, а мать - Иден.

– Но почему же все-таки тебя интересуют Уиндэмы?

– Возможно, кто-нибудь из этой знаменитой семьи станет прототипом моей будущей книги. Предположим, что один из носителей сей благородной фамилии имеет преступные наклонности, а семья вынуждена прикрывать его или даже сама втянута в неблаговидные действия.

– Трудно себе представить, чтобы кто-либо из этого семейства стал преступником, - с торжествующей улыбкой заметила Ханна.

– Слава Богу, никому из Уиндэмов даже не придет в голову, что они вдохновили меня на создание такой книги.

– А зачем ты хотел посетить их поместье и посмотреть, как они живут? спросила Ханна.

– Дело в том, что я должен описывать обстановку, взаимоотношения между людьми. Для этого нужно увидеть все своими глазами.

– А что ты скажешь Александре Уиндэм, когда попросишь ее разрешения нанести визит?

– Сам еще не знаю, - откровенно признался Мэтью.
– Может быть, ты мне посоветуешь?

– Попробуй сказать, что ты пишешь историческое произведение.
– Тут Ханна радостно хлопнула в ладоши.
– У меня идея! Я познакомлю тебя с бабушкой. Ей будет интересно встретиться с писателем, и она попросит для тебя у Александры разрешение посетить поместье. Бабушка дружила с родителями Александры, и та ей не сможет отказать.

– Прекрасный план!
– воскликнул Мэтью, взяв Ханну за руки.
– Спасибо тебе, дорогая.
– Он уже опять хотел заключить ее в объятия, как вдруг она вырвала у него руки и ухватилась за чашечку с кофе, словно утопающий - за соломинку. Что с тобой?
– удивился Мэтью.

– Я так мало о тебе знаю...
– пробормотала она, не глядя на него.

– Ты хочешь знать, женат я или холост? Ответ отрицательный: я холост и никогда не был женат.

– Меня совершенно не интересует твое семейное положение, - покраснела Ханна.

– Ты не принадлежишь к тому типу девушек, которые связываются с женатыми мужчинами, - заметил Мэтью.

– Я вообще не принадлежу к тому типу девушек, которые "связываются", гордо ответила Ханна.

– Да, я знаю, связей у тебя не было, зато было по крайней мере три обручения.

– Кто это тебе рассказал?

– Твой друг Син, вчера в баре у Фицджералдов. Расскажи-ка мне лучше сама о своих бывших женихах.

Ханна пожала плечами.

– Все они были НЕ ТЕ, и я сама была тоже НЕ ТА. Поэтому никакой трагедии не произошло. Ни одно сердце не было разбито. Я ведь не из числа тех жестоких красавиц, которые стряхивают влюбленных женихов, словно собака - блох. А вот ты!.. Расскажи мне, зачем тебе пистолет?

– Это оружие, милая, принадлежало моему отцу, участнику мировой войны. Мы с ним часто ходили в тир - упражняться в стрельбе. А я слышал, что в Кловере тоже есть тир, и собираюсь иногда туда заходить, чтобы не разучиться стрелять.

– Я не люблю оружие, - сухо сказала Ханна.
– Но почему ты скрываешь, что ты писатель?

– Видишь ли, люди сразу начинают предлагать мне описать историю своей жизни или историю жизни родственников и знакомых. А некоторые просят прочесть их сочинения. Поэтому я буду тебе очень благодарен, если ты никому не скажешь, чем я занимаюсь.

– Раз ты просишь, не скажу, - согласилась Ханна, положив руку на его крепкую ладонь.

Они посмотрели друг другу в глаза, и Ханна с радостью поняла, что сейчас он ее поцелует. Мэтью перевел взгляд на ее грудь, обтянутую легкой тканью сиреневого цвета. Прикосновение его рук привело ее в трепет, и она невольно прошептала его имя...

Но в это мгновение дверь открылась и две пары туристов вошли в лавку. Ханна и Мэтью поспешно отскочили друг от друга.

– Льет как из ведра!
– воскликнула одна из женщин.
– Какое счастье, что мы успели сюда заскочить, пока не промокли до нитки!

Однако Мэтью не разделял ее восторга. Впервые за долгие годы он встретил девушку, которая пробудила в нем нечто большее, чем просто физическое влечение.

Он наблюдал, как Ханна вступила в разговор с возможными покупателями, выясняя их вкусы и желания. Она общалась в основном с дамами, а их мужья бросали на нее исподтишка восхищенные взгляды. Недаром же Блейн Спенсер утверждал, что все парни в городе вздыхают по Ханне Фарли. Неужели и Мэтью Грейнджер пополнил ряды воздыхателей? Это обстоятельство встревожило его.

Но она и сама к нему неравнодушна! Впрочем, ее привязанности не слишком продолжительны, о чем свидетельствуют три расторгнутых помолвки. Не смешно ли, что он, тридцатидвухлетний опытный мужчина, известный писатель, толчется в какой-то антикварной лавке, ломая себе голову над тем, как к нему относится провинциальная кокетка?

Он пытался одернуть себя, но окончательно растерялся, когда увидел, что обе пары, обремененные покупками, подошли вместе с Ханной к кассе и выложили кругленькую сумму, продолжая восхищаться приобретенными сокровищами.