Чтение онлайн

Покинув школу, они решили сразу пойти в магазин, о котором им рассказала учитель Но. На следующей неделе начнется учеба, и было бы неплохо обзавестись формой уже сейчас.

– Скоро обед; может, позвоним отцу и поедим вместе? – спросила Сонгён, садясь в машину. Она подумала, что это возможность охладить атмосферу, накалившуюся из-за вопроса выбора школы. Хаён не ответила. Раз не сказала, что не хочет, значит, все нормально. Время никогда не утекает бесследно. Именно в такие моменты и проверяется, насколько люди привязаны друг к другу.

Муж не ответил на звонок. Сонгён повесила трубку, услышав сообщение о том, что соединение невозможно. Она не стала звонить повторно, подумав, что он на осмотре. Завела машину и вбила в навигатор адрес магазина школьной формы. Это было недалеко, примерно в километре от школы. Пока Хаён примеряла в магазине форму, подбирая свой размер, Сонгён позвонил муж.

– Да, что-то случилось?

– Ты был на осмотре?.. Мы вместе с Хаён ездили в школу, ее распределили в класс. А потом я подумала, почему бы не поесть вместе? Уже собирались ехать в больницу…

– Что поделать? Только что пришел пациент, он прямо за дверью. Видимо, не получится вместе пообедать.

– Вот как? Понятно… Тогда увидимся дома.

Сонгён дала отбой, и тут из раздевалки вышла Хаён. Белая блуза и синяя клетчатая юбка выглядели круто. Сонгён подумала, что даже если это форма всего на один семестр, лучше, чтобы она сидела на теле идеально.

– Подошло? Двигаться удобно?

– Остановлюсь на этом. Вы говорили с отцом?

– Да, но что поделать… У отца, видимо, прием.

– Все нормально, поедим вдвоем, – беспечно ответила Хаён, разглядывая себя со всех сторон в зеркале.

– Ну да… Где хочешь поесть?

Девочка на мгновение задумалась, а затем снова перевела взгляд на Сонгён. Кажется, она придумала, куда хотела бы пойти.

– В ресторанчике с жареной рыбой. – Затем словно что-то вспомнила. – Но мы можем пойти и в другое место, если вы нехорошо себя чувствуете…

– Нет, всё в порядке. Мне тоже там нравится.

Когда они с Хаён невольно подслушали разговор учителей, Сонгён вспомнилась мать Юри. Независимо от того, насколько человек занят, беспокойство о том, что ребенок сбежал из дома, всегда будет владеть им…

– Я пойду вот так, – заявила Хаён. Казалось, сначала она беспокоилась из-за запаха рыбы и пятен от еды, но, наконец приняв решение, взяла одежду, оставленную в гардеробной, и положила ее в шоппер.

В рыбном ресторанчике было тише, чем в прошлый раз, когда Сонгён приходила сюда, – возможно, потому что еще рано, а может быть, потому что погода была настолько жаркой, что плавился асфальт. Но благодаря этому Сонгён и Хаён смогли легко найти свободное место и присесть.

Когда мать Юри увидела, как Хаён входит внутрь, она на мгновение застыла, а после вернулась на кухню и захватила для них бутылку с водой и чашки. Естественно, взгляды Сонгён и Хаён обратились к матери Юри.

– Два сета с жареной рыбой, пожалуйста.

Приняв заказ, женщина отправилась на кухню готовить, а Сонгён и Хаён молча наблюдали за ее работой.

Сонгён вспомнила слова учителя, услышанные в школе. Несмотря на то что сбежавшей из дома дочери, возможно, придется идти на второй год из-за пропусков, мать ребенка работает в ресторане и общается с клиентами так, будто всё в порядке… Говорят, что каждая несчастливая семья несчастлива по-своему, но по одному лишь виду женщины сложно было что-то прочитать. Почему Юри сбежала из дома?

Сонгён, выкладывавшая приборы перед Хаён, была озадачена, заметив, что девочка пристально наблюдает за хозяйкой. «Что, она тоже заинтересовалась Юри? И поэтому выбрала рыбный ресторанчик?»

Мать Юри, накрывавшая на стол, ушла, вернулась и вручила Хаён фартук.

– Кажется, это новая форма… Прикройся и ешь.

– Спасибо.

Мать Юри как ни в чем не бывало взяла тряпку и прибрала угловой стол, за которым закончили обедать.

Хаён посмотрела на Сонгён, как будто ей вдруг пришла мысль в голову, и спросила:

– Эту форму мне придется носить максимум месяца два. То же и с зимней формой. Я могла бы носить и ту, которая хранится в школе; так зачем?..

Это был неожиданный вопрос. И даже странный. Но как только зашла речь о поношенной школьной форме, Сонгён почувствовала неприязнь к учителю Но. Возможно, это защитная реакция на раны, полученные ею в детстве…

В ответ на вопрос Хаён Сонгён вспомнила случай из своего детства. Ее воспоминания о маме не всегда были хорошими. Существовало множество таких, которые не очистились даже с течением времени. Если б ее мать была жива, Сонгён периодически напоминала бы ей об этой истории…

– Я росла единственным ребенком. Малыши быстро растут, поэтому, даже если постоянно закупаться новой одеждой, она вскоре становится им мала. Меня заставляли донашивать одежду за двоюродной сестрой или соседской девочкой, а когда я вырастала, передавали ее дальше. Когда я была маленькой, то считала, что все так и должно быть. Дети из других семей тоже донашивали чужие вещи. Но когда мне исполнилось семь лет, все всплыло наружу – тогда я пришла в дом родственников в ханбоке, который мама заставила меня надеть в честь Лунного Нового года. Одежда, которую я носила, раньше принадлежала моей двоюродной сестре…

Несмотря на то что одежда была настолько мала, что кузина больше не могла ее носить, она разозлилась и велела Сонгён немедленно снять ее, потому что та принадлежала кузине. Для Сонгён это было сродни катастрофе, и она разрыдалась. Двоюродная сестра, расстроенная тем, что ее отругали, достала ножницы и разрезала ханбок прямо на Сонгён. У той – ее еще случайно ранили ножницами – случился припадок, и ее отвезли в больницу. Из-за этого она сказала матери, что никогда больше не наденет одежду с чужого плеча, и уж лучше покупать одежду немного большего размера, чтобы та прослужила дольше…

– Забавно. Пока говорила, поняла, что я тоже была довольно упертым ребенком.

– Вы хотели бы снова увидеться с мамой?

– Бывает иногда… А ты, Хаён?

– Нет, ни разу.

Возможно, из-за того, что разговор приобрел мрачные тона, жареная рыба показалась не такой вкусной, как ожидала Сонгён.

По дороге домой она вспоминала слова Хаён, произнесенные в ресторане. Ее ответ о том, что она никогда не хотела вновь увидеться с матерью, дал ей представление о том, через что той пришлось пройти. Однако между собственным предположением и реальным опытом Хаён существовала большая разница. Сонгён беспокоило, насколько глубокой была тьма у девочки.