Чтение онлайн

— Самое просто объяснение — что он его боится, — высказала свою точку зрения Шелехова.

— Своего хозяина? — в голосе Нарышкина я почувствовал недоверие. — Гнобли считаются одними из самых преданных зверей, насколько я понял.

— Хозяева бывают разные, Алексей, — ответила Мария. — Вот и подумай, как нужно было обращаться с огнеперым гноблем, если он удрал.

— По большому счету, нам все равно, — высказал свою точку зрения Костя. — Зверь он и есть зверь. Тем более, что он опасен и без контроля.

— Нам направо, — сказал Градовский, когда тоннель начал разветвляться. — Еще метров тридцать, и вы его увидите.

— Костя, нам туда, — указал я Собакину в нужный тоннель. — И с этого момента осторожнее, мы уже практически пришли.

— Макс, иногда ты меня просто поражаешь, — усмехнулся граф. — Так и хочется спросить — откуда ты все это знаешь, но ты ведь все равно не скажешь.

— Не скажу, — подтвердил я, затем вытащил свои энергетические мечи и начал накидывать на всех защитные ауры.

— Ребята, тихо! — шикнула на нас Шелехова и замерла на месте. — По-моему, я его чувствую.

Мы замерли как истуканы и прислушались. Судя по умным лицам моих друзей, каждый был занят тем, что пытался тоже почувствовать огнеперого гнобля. Не знаю, как дела были у остальных, но лично у меня не было вообще никаких ощущений. С таким же успехом я мог попытаться понять, о чем размышляет внедорожник Нарышкина.

В полной тишине прошло несколько минут.

— Ты уверена, что чувствуешь его? — с сомнением в голосе спросил Лешка.

— Абсолютно, — прошептала Мария. — У меня же особый Дар, не забыл? Кстати, он нас, по-моему, еще не слышит. Во всяком случае, я пока не слышу ответа от него, хотя послала ментальный импульс.

— Ментальный импульс, значит… — задумчиво сказал Нарышкин и посмотрел на меня. — Слышал, Макс? Ты так умеешь?

— Не-а, — покачал я головой.

— Надо же, — тихо хохотнул княжич. — Оказывается в этом мире все-таки есть вещи, которые ты делать не умеешь.

— Господа, может быть, вы заткнетесь? — недовольно зашипел на нас граф.

Все дружно замолчали и уставились на Костю.

— Темников, пойдем со мной на разведку, — сказал он. — Если Шелехова говорит, что гнобль ей не отвечает на этот ее импульс, то я думаю, может быть, он спит?

Я сделал вид, что раздумываю над словами Кости, глядя в тоннельный проем, хотя на самом деле смотрел на Петра Карловича, который летел перед нами.

— У меня есть подозрение, что ваш друг прав, — сказал призрак, в ответ на мой вопросительный взгляд. — Эта птичка, которая огнеперый гнобль, вообще не двигается. Обняла себя крыльями и сидит. Я вот думаю, может быть, она уже сдохла и присохла к потолку?

Вот это, конечно, вряд ли. Однако то, что гнобль не двигался, вполне могло означать, что Собакин прав, и тварь все-таки спит. Если так, то можно попробовать окутать гнобля Трупной Слизью, а потом уже решать, что с ним делать дальше. Насколько я понял, кроме острых и крепких перьев, ему угрожать нам особо нечем.

— Только не убивайте его, если что, — попросила нас Мария.

В этот момент Костя показал ей раскрытую ладонь, над которой вдруг появился шарик из воды. Красиво получилось. Впрочем, неудивительно, если учесть, что граф специализировался на стихии воды и это был его семейный Дар.

— Не переживай, Шелехова, я просто посажу его внутрь и все, — успокоил он ее. — Пару волшебных бульков, и я тебе его выдам на тарелочке с голубой каемочкой.

Медленно, чтобы не разбудить огнеперого гнобля, мы с Костей пошли вперед. Было волнительно, что и говорить. Хотя слова Градовского о том, что магический зверь спит, все же немного успокаивали. Осталось только проверить — так это на самом деле или нет.

— Костя, потуши Светящийся Огонек на всякий случай, — попросил я графа, который и так уменьшил исходящий от шара свет практически до минимума. — Не хватало, чтобы он проснулся от света.

— А как, по-твоему, я буду ориентироваться? На ощупь? — спросил он.

— Никак не будешь. Подожди меня здесь. Я сам посмотрю, что там и как, — сказал я. — Мне свет не нужен, я особенное заклинание знаю.

Собакин на мгновение задумался, а затем кивнул.

— Хорошо, — прошептал он и потушил Светящийся Огонек. — Верно мыслишь. От света гнобль точно может проснуться. Только ты осторожнее там и, если что, беги назад.

— Само собой прибегу, — усмехнулся я. — В этом можешь не сомневаться.

Все-таки хорошая штука ночное зрение. Очень полезная вещь. Вот бы еще и ауры вообще не светились, было совсем хорошо. Правда света от них немного совсем, но я же не знаю, как эти огнеперые гнобли на него реагируют? Может быть, им даже такой малости достаточно, чтобы проснуться.

Когда до выхода из тоннеля оставался последний шаг, я остановился, затем медленно заглянул внутрь пещеры и посмотрел наверх, где по словам Градовского должен был висеть гнобль.

Пещера была не очень высокой, так что висящего под сводами гнобля я увидел практически сразу. Он висел вниз головой, прицепившись когтями к камням. В этом смысле гнобль был действительно похож на летучую мышь. Правда очень большую и странную.

Сверху вниз свисала большая голова с клювом, которая болталась на длинной шее. Распахнутые в разные стороны крылья, которые были покрыты теми самыми острыми и блестящими перьями. Вспомнив о том, что они пробивают сталь, я ощутил себя немного неуютно.

На всякий случай я спрятался за большущим валуном, чтобы подумать, как быть. Просто применить Трупную Слизь не получится — птичка грохнется вниз и может умереть от удара. Хотя пещерный зал и не самый высокий из тех, что мне доводилось видеть, высота все равно была приличная.

В принципе, можно попытаться подхватить его в воздухе. Интересно, мне хватит силенок для того, чтобы удержать его? Много не нужно. Всего каких-то пару секунд, чтобы успеть телепортироваться с ним вниз.

Я прикидывал свои шансы на успех и в этот момент гнобль открыл один глаз. Затем второй. Всего мгновение ему потребовалось на то, чтобы оценить обстановку и метнуть в меня пером.

О том, чтобы провернуть мою задумку, не могло быть и речи. Единственное, что я успел сделать — это отпрыгнуть назад, чтобы в меня не попало перо, которое блеснуло в темноте.