Чёрный мотылёк
Шрифт:
Я увидел мост и её.
Она стояла за перилами и смотрела вверх, как будто ждала, какого-то знака с небес. Но кроме снега и дождя ничего не было видно.
Внизу шумела река, холодный, но лёгкий ветерок развевал её красивые, белоснежные волосы, прямо как в моём сне.
– Кристи, – тихо, уже выдохшись от пробежки, произнёс я.
– Есть вещи, которые не могут существовать вместе, – она стояла ко мне спиной, но её голос был настолько милым, что в него было невозможно не влюбиться. Она обернулась, перехватила руками перила и продолжила, – такие вещи как, правда и счастье.
– О чём ты Кристи? О чём ты говоришь? – меня охватывал ужас.
– Очень важно не ошибиться. Сделай правильный выбор… отпусти меня.
И её руки отцепились от перил. Она очень медленно начала падать.
Музыка, которая играла всё это время, музыка, которую я не замечал, исчезла, и вернулись все суетливые шумы этого мира. Голова снова начала кружиться, я только видел промелькнувшее передо мной небо и внезапно почувствовал холодный асфальт у себя под головой.
Все начало темнеть.
Всё начало исчезать в этой темноте.
Приглушённые голоса людей, машин, звук сирены, я закрыл глаза и проснулся.
Я сидел обездвиженный на кровати ещё около пяти минут, пока до меня не дошло, что это был всего лишь сон.
Как же сложно прощупать границы между сном и реальностью.
Я встал и посмотрел на часы. 5:29 утра и на улице уже начинало рассветать. Вся майка была мокрой и пропитанной потом. Я её снял и направился в душ.
Почему этот сон такой реальный.
Кристи.
Слишком знакомое имя, слишком знакомое лицо той девушки. Интересно кто она? Сегодня я спрошу об этом у друзей, они хоть что-то должны знать.
Когда я вернулся из душа я начал осматривать свои вещи. На столе лежал ноутбук, рядом аккуратно лежали наручные часы, портмоне, мобильный телефон, пачка сигарет и зажигалка. Всё это лежало слишком аккуратно. В столе была лишь одна полка, и я открыл её. Там стояла туалетная вода, блокнот и ручка.
Всё.
Почему это всё?
Почему у меня больше нет никаких вещей?
Алекс, не знаю, кем ты был, но ты меня пугаешь.
Я взял блокнот, и начал его пролистывать и даже не удивился, что блокнот был абсолютно пустым. Только заметил, что кое-где были выдраны страницы. Тогда я включил ноутбук и… на нём стоял пароль. Что же ты скрываешь Алекс? Человеку, которому нечего скрывать, незачем ставить пароли, и вырывать листки из блокнота.
Затем я услышал шум на кухне и вышел. За столом сидела мама и пила кофе. Заметив меня, она улыбнулась и произнесла:
– Доброе утро сынок.
– Доброе утро, – я налил себе кофе и сел на стул возле неё. – Я так понимаю, ты на работу?
– Да, сегодня последний рабочий день. Ты не забыл, что тебе нужно сегодня в девять к психологу. Доктор сказал, что это поможет восстановить твою память.
Ненавижу психологов и всех людей, работающих в этой сфере. Люди прячутся от своих проблем за горсткой таблеток. Они ставят страшные диагнозы просто запутавшимися в себе подросткам и людям, которым не хватает простого человеческого тепла, ради того, чтобы те в свою очередь покупали дорогие медикаменты.
– Да, я помню об этом.
Но мне ведь нужно вспомнить хоть что-нибудь. Когда я лежал в больнице, ко мне заходил психотерапевт, и оказалось я помню всё, чему учили в школе, я помнил, как называются предметы, я без проблем мог посчитать в столбик, но я не помнил ничего из своей жизни. Просто не единого момента. Врач сказал, что это может быть психосоматическое, из-за какой-то психологической травмы мой мозг блокирует воспоминания.
– Я приду с работы в семь.
– Мам…
– Что Алекс?
– Меня нашли на улице без вещей. Почему я ушёл, не взявши с собой ни телефона, ни бумажника?
– Мы поссорились, и ты ушёл из дома.
Она привстала и обняла меня. Затем шепнула мне на ухо:
– Не переживай. Я люблю тебя, – затем она встала и посмотрела в сторону настенных часов. – Ладно, я опаздываю.
– Хорошего дня.
– Хорошего.
И она ушла. Я допил кофе и прилёг на диван, стоящий на кухне. Мои мысли не покидала та девушка из сна. Её белоснежные волосы и бледная кожа. В больнице, мне приснился сон с той же девушкой. Это не могло быть просто совпадением. Я уверен, что она из моих воспоминаний и если это так, то я обязательно её должен найти. Её слова до сих пор звучали в моей голове «есть вещи, которые не могут существовать вместе, такие вещи как правда и счастье. Очень важно не ошибиться. Сделай правильный выбор… отпусти меня».
Я посмотрел на часы. Было восемь. Я ведь просто прилёг, и, оказалось, пролежал два часа. Быстро собравшись я вышел на улицу. Нужно было не опоздать к психологу, но идти туда совсем не хотелось. Остановка находилась рядом с моим домом, а автобус шёл прямо до поликлиники.
Я не люблю общественный транспорт, хотя разве есть люди, которые испытывают удовольствие в нём?
В автобусе рядом со мной сидел какой-то мужчина. Он был одет в грязную, рабочую спецодежду и от него пахло, несло алкоголем. Где-то позади меня не умолкал детский, а мать ребёнка спокойно разговаривала по телефону. На очередной остановке зашли две полные женщины. Одна из них подошла к молодому парню, на вид лет пятнадцати и произнесла следующие слова с очень грубой интонацией:
– Парень, тебя не учили девушкам места уступать?
Действительно, одним место они не отделаются.
Бедный парень посмотрел на неё снизу-вверх, в одно мгновение его щёки покраснели, он извинился и уступил место. Должна ли девушка просить уступить ей место?
Убеждаю кого-то в правильности этичных соображений, мы сами поступаем не этично.
Эта поездка будет очень долгой.
Когда я вышел из автобуса, то засунул руки в карман своей куртки.
Что это?
В кармане моей куртке был ключ. Вчера, когда консьержка приняла меня за некого Чарли, она отдала мне этот ключ с номерком «216». На обратном пути, мы с той девушкой просто выбежали на улицу, проигнорировав консьержку. С тех пор, ключи оставались в моей куртке. С ними нужно было что-то делать. Но не сейчас. Впереди предстоит неприятный разговор с психологом.
Я зашёл в поликлинику, взял в регистратуре талон и отправляюсь на третий этаж. Возле кабинета никого не было, и я зашёл, предварительно постучав в дверь со словами: