Чёрный пёс
Шрифт:
– Это нужно уточнить у Тони, - ответил брат.
– Мы договаривались, что я отдежурю часть суток. Правда, он не сказал, какую именно.
– Уточним, - кивнул я и отправил под стол тазик с алмазными отходами, трансфигурацией превратив его в закрытый короб с ручкой.
Что делать с этим мусором, я в душе не представлял. Да, он тоже мог быть использован маггловскими ювелирами, однако настолько ровные и крупные обрезки драгоценных камней поневоле вызовут неудобные вопросы. Ведь обычные люди алмазы не режут, а стачивают на шлифовальном круге. А тут четыре с гаком кило отходов, которые не могут быть получены технологическим способом – есть, чему удивиться!
Одаренным ювелирам показывать эти отходы опасно, во избежание очевидных догадок. Ведь если огранщик настолько не заморачивался с сохранением исходного материала, то выходит, у него этих алмазов до хрена и больше? Так стоит ли покупать предлагаемые Малфоем бриллианты сейчас, если можно дождаться, когда цены закономерно обвалятся? В общем, пока мусору лучше пусть полежать здесь. В следующий визит на заводик попробую использовать его в качестве затравки – вдруг получится что-нибудь приличное.
Перед уходом, я окинул взглядом библиотеку и остался доволен увиденным. Сейчас обитель знаний не напоминала склад. И пусть железные стеллажи с коробами плохо вписывались в интерьер, теперь сюда не стыдно было приглашать гостей… В переносном, разумеется, смысле! Водить в семейное книгохранилище Пожирателей я не собирался. Из всех магов по достоинству оценить коллекцию Блэков сможет только Руквуд, с которым я не собирался просто так делиться ценнейшей информацией, с риском для жизни добытой моими предками. Обменяться знаниями – всегда пожалуйста, а на халяву скопировать раритетные тома – хренушки!
Из этих же соображений я попросил брата не рассказывать всем подряд про хранившиеся в библиотеке полезные ингредиенты и методику быстрого производства алмазов. Все это принадлежит нашей семье, незачем вводить других в искушение. Тем более подарок в виде рога единорога все Пожиратели уже получили, а через недельку обзаведутся артефактной защитой моего авторства. Регулус понятливо покивал и пообещал не трепать языком, а его Бука согласно пискнула, со своей стороны гарантируя молчание.
Выйдя в коридор, мы обнаружили расположившуюся на тумбочке стайку пикси. Мелкие проказники объелись и сейчас мирно спали в своих гнездышках. Тихонько, чтобы не потревожить пушистиков, я собрал оставленный волшебными стрекозами мусор, обменялся с мамой парой слов и отправился с Регулусом к Долохову. Русский маг обнаружился у наблюдательного окна. Ну да, глазеть на прохожих все же легче, чем с грязью бороться! После вопроса брата насчет времени его дежурства, Тони воспользовался «темпусом» и заявил, что оно начинается прямо сейчас, а продлится до полуночи, когда Рега должен сменить наказанный за косяк Барти, которому предстоит одному куковать в особняке до самого утра.
Я мог бы заметить, что в список дежурных можно включить Винки, от которой будет всяко больше пользы, но подумал и решил не совать свой нос в епархию Долохова. Также у меня возник логичный вопрос – а каким образом дежурный осуществляет связь с начальником караула? Но он отпал сам собой, когда Тони вручил брату знакомый амулет-кубик, а сам тут же нацепил на запястье браслет с жалящим заклинанием. Действительно, если опробованная в Азкабане система доказала свою эффективность, зачем искать ей замену? Впрочем, озаботиться магическими средствами коммуникации нам не помешает.
Дождавшись, когда к нам присоединятся Джагсон и Трэверс, занимавшиеся удалением паутины с коридоров второго этажа, я вызвал Кричера, судя по эмоциям, успевшего выспаться. Домовик оперативно переправил всех нас в гостиную маггловской базы, где меня встретила теплыми крепкими объятиями радостная Трикси.
.
.
ВАЖНАЯ ИНФОРМАЦИЯ: Автор отправляется в очередную командировку, поэтому новых глав не будет примерно неделю.
Глава 44. Кавалер
Подарив Трикси нежный поцелуй, я окинул взглядом гостиную и удивился. Обстановка в ней напоминала творческий бардак в какой-нибудь художественной студии. Повсюду валялись изрисованные листы бумаги, стояла парочка мольбертов с ватманами, измазанными акварельными красками, на столе лежали коробки с мелками, банки с гуашью, кучки разноцветных карандашей, фломастеров и даже гелевых ручек. Сидевшая за столом Нимфадора, увлеченно прикусив губу, что-то вырисовывала на очередном листке, а обосновавшийся на диване Тоддервик неспешно выстукивал какой-то текст на новенькой печатной машинке, периодически замирая, чтобы отыскать нужную литеру.
– Ну и бардак! – заявил оценивший картину Долохов, озвучив мою мысль.
– Мы старались, - скромно отозвался Уильям.
Оценив мое вытянувшееся лицо, сообразительная Беллатрикс охотно пояснила, что племяшка с кавалером очень ответственно отнеслись к моему поручению, скупив едва ли не треть ассортимента местного магазина канцелярских товаров. А по возвращении решили все приобретения методично опробовать на практике. Ну и, как это частенько бывает, немного увлеклись. Причем сама Трикси, вспомнив, что в юности занималась рисованием, приняла активное участие в создании бардака. И изображенный на мольберте гримм – дело ее рук.
Подойдя к упомянутому рисунку поближе, я без труда опознал на нем огромного черного пса с оскаленной пастью. И хотя линии были нечеткими, перспектива напрочь отсутствовала, а из фона было только невнятное серое нечто и желтый блин, по всей видимости, изображающий луну, я похвалил любимую за старания. Для нехудожника – очень даже неплохо. А для человека, пару десятков лет не державшего в руках кисти с красками, – и вовсе замечательно!
Мои слова спровоцировали появление у кузины небольшой волны радости и удовлетворения, а также чувство легкой зависти, донесшееся от племяшки. Наградив свою невесту очередным поцелуем, я пошел полюбопытствовать художествами юной метаморфини. Четкие линии, яркие цвета, гипертрофия черт у объектов – в общем, на серьезные рисунки ее работы были похожи мало. Скорее, на комиксы. Однако для детей ее творчество подходило намного лучше, нежели мой портрет, нарисованный невестой. Именно эту мысль я довел до сведения Нимфадоры, не забыв наградить комплиментами. После чего сделал «страшные глаза» Тоддервику. Понятливый Перевертыш тут же отложил печатную машинку, подошел к столу и принялся нахваливать рисунок мультяшного котенка, вызвав счастливую улыбку на лице своей пассии.
– Ты к свиданию готова? – поинтересовался я у Беллатрикс.
– Что, уже? – засуетилась кузина.
– Я могу переодеться?
– Конечно.
Проводив взглядом соблазнительную корму отправившейся наверх красавицы, я обратился к Долохову:
– Идем со мной, дело есть!
Вместе с Тони мы зашли в пространственный карман, где обнаружили все ту же неразлучную парочку ученых-экспериментаторов. Джакомо уже успел установить вторую плиту с огромным котлом и сейчас увлеченно мешал густое варево, поглядывая на пузатый хронометр, а сидевший за столом Август с помощью перьевой ручки каллиграфическим почерком выводил строчку за строчкой на снежно белом листе. Судя по лежавшему перед ним трофею из дома Гонтов, библиотеку Блэков в скором времени ожидает очередное пополнение.
Не став тянуть интригу, я достал из сумки тело Шеклбота. Указал на негра ошеломленному Долохову и заявил:
– Вот тебе работенка! Задача предельно проста – напоить рябиновым отваром, заимперить и допросить, выжав максимум полезной информации по текущим раскладам в Аврорате. Время не ограничено.
Антонин тоже был человеком понятливым, лишних вопросов задавать не стал и сразу потянулся за пузырьком с лечебным зельем. Ну а я прогулялся до стоявшего у стены сундука и передислоцировал в него из своей безразмерной сумки троицу рядовых авроров, доведя количество узников портативной тюрьмы до четырех. Подвергать их допросу смысла не было, так что пусть полежат в надежном месте, пока мне не понадобятся подопытные. Вытащив из сумки приведенную в порядок палатку, чтобы уменьшить нагрузку на артефакт, я оставил ее рядом с сундуком и подошел к Руквуду, перед которым принялся выгружать прочие трофеи - хреновину Уизли с циферблатами и стрелками, его же карманный хронометр и стандартные аврорские амулеты.