Чёрный сектор
Шрифт:
Эмор не выдержал медленной пытки словами. Он вышел вперёд и загородил Бо.
— Господин капитан, это была железная версия. Её стаэр придумал, Вячер, а он разбирается. Он сказал, что «шум», который парализовал нашу боевую группу у Сцелуса, не мог полностью наводиться извне. Это же космос, помехи, сверхвысокие скорости. Вячер сказал, что поражающий эффект «шума» возможен, только если в шлюпку заранее встроен приёмник. Они стали спорить с Келли, а мы пошли и…
— Нашли? — уточнил капитан.
— Вот. — Эмор вытащил из-за спины руку, перепачканную в красноватом геле. Разжал ладонь и показал маленький кубик. — Бо говорит, что он имеет сложную структуру. Это какой-то прибор.
— Или часть навигатора? — уточнил капитан. Он сразу понял аргументы Келли. — Техника новая, поставлять нам такие шлюпки начали лет пять назад. Кто знает, что у них там в мозгах? Вы уверены, что не просто сломали шлюпку, а нашли устройство, которое обеспечивало атаку врага?
Эмор тихонько вздохнул. Кубик и в самом деле мог оказаться чем угодно.
— Я уверен! — сказал Бо выбираясь из-за его спины. — И вообще — без меня они бы ничего не нашли! И не полезли бы без меня! Я могу исследовать эту штуку, не вскрывая. Но мне нужно хотя бы пять часов на анализ.
— Да не шуми ты, — сказал кэп и взял «кубик» с ладони Эмора. Он оказался неожиданно тяжёлым. — А вы нормально не могли доложить, керпи?
— Мы и доложили, — сообщил Рэмка.
Всё это время он наблюдал за капитаном, пытаясь понять, какая будет реакция. В огонь он не лез, как Эмор, играл гибче.
— Капитану Келли доложили, — Эмор укоризненно покосился на зампотеха. — А он пошёл ругаться с Вячером. Нет бы проверить?
— Каждую бредовую гипотезу? — взорвался зампотех. — И каждый раз шлюпки ломать? Да чтоб вас приподняло и не опустило, изверги!
В ярости Келли был исключительно понятен и красноречив. Всё его косноязычие словно бы засыпало на время бури.
Кэп обернулся к нему, посмотрел тяжело и плотно, как он умел. И в ангаре сразу стало давяще тихо.
— Да бред это, — буркнул Келли, сразу теряя накал. — Я… это… и Вячеру так сказал. А он заладил, что мы сами себя этим «шумом»… Ну… потравили…
— В общем, все виноваты, — подвёл итог капитан. — Это же ты решил, что они шлюпку раскурочить не смогут?
— Я думал, что у них это… совесть есть, — набычился зампотех.
— Совесть — орган совещательный, — напомнил капитан. — Доложить надо было. Разобрались бы без кровавых соплей, — он кивнул на полосы подсыхающего геля.
— Я всё исправлю, господин капитан, — быстро сказал Бо. — Я просто не успел. Я восстановлю. Мы думали показать сначала, где эта штука стояла.
Млич толкнул капитана в бок и показал глазами на Бо: обрати, мол, внимание.
Кэп пожал плечами. Он не верил, что такое вообще можно исправить, но сказал строго:
— Если сумеешь восстановить — обойдёмся без карцера.
Бо по-уставному кивнул.
— Все хороши, конспираторы! — Рявкнул кэп и кивнул навигатору. — Пошли, Млич! Нам надо до старта вот это вот всё обсудить. А подготовку к старту я объявлю через… сорок минут. — Он обернулся к виновникам: — Бардак в ангаре надо убрать немедленно, а поведение ваше будем обсуждать через трое суток. И пеняйте на себя, если не почините шлюпку.
— Видал, чего Бо творит? — спросил Млич, когда они с капитаном вошли в лифт. — Как он кинулся своих защищать?
— У нас когда начались проблемы с Бо? — задумчиво спросил капитан, разглядывая странный кубик. — Когда на «Персефоне» появился Рэмка и вынес бедной машине мозг?
— Не-е-ет, — протянул Млич. — Когда «погиб» Неджел! Один из самых старичков, душа и хребет команды.
Кэп покивал задумчиво. Бо мог не лезть в историю со спасением Неджела. Ему же не приказали войти в спасательную команду.
До этого хатт чётко исполнял приказы, маскировался под человека и прикидывался пилотом. И вдруг…
Почему он решил раскрыться, чтобы спасти Неджела? Ведь Бо не был уверен, как отреагируют парни, когда узнают, что он — машина.
— Ты думаешь, на Бо оказало влияние некое коллективное бессознательное? — спросил кэп. — Парень привык к людям, сжился с командой и кораблём? Не захотел никого терять?
— Похоже на то, — кивнул Млич. — Он был готов рисковать собой ради друзей. Пространство сознания — это же коллективное явление? Вот Бо и осознал себя через парней.
— Так или иначе, экипаж хатта принял. — Капитан подбросил кубик и поймал его. — А я вот думаю, насколько большой скандал будет, если мы выйдем у Асконы не через двенадцать часов, как договаривались, а через шесть?
— И ты ещё Эмора ругаешь? — восхитился Млич.
— Ивэн, я серьёзно, — нахмурился кэп.
— Да ничего не будет, — пожал плечами навигатор. — Патрулю нервы перетряхнем. Они пошлют запрос в Администрат Асконы. А сообщение Линнервальда уже в канцелярии, наверно, лежит. Так что обойдёмся пученьем глаз и валерьянкой для дежурных экзотов. Стартуем, что ли?
— Через сорок минут, — напомнил капитан. — Нужно же дать шестёрке Эмора вымыть в ангаре пол.
— А кубик? — спросил Млич. — С ним-то что делать?
— А кубик пока в сейф. Возможно, это просто деталь от навигационной машины нового поколения.
— А если нет?
16. Заговор рептилоидов («Персефона» — «Патти»)
Млич ждал, но ответить капитану было нечего. Кроме конспирологии.
Ну что он мог сказать? «Да-да, у нас таинственные приборы в навигационной машине, рептилоиды в техотсеке и алайцы в реакторе?»
Он, конечно, отошлёт «кубик» на анализ, но девяносто девять из ста, что это какой-нибудь датчик или что там ещё должно быть в «мозгах» у шлюпки?
Млич-то мог бы уже пургу не гнать? Керпи, конечно, в своём репертуаре — заведут, кого хочешь. Теперь пару месяцев только и разговоров будет, что северное командование специально оснащало шлюпки нового поколения ретрансляторами «шума»…
Капитан вздохнул. Можно было бы сказать себе: разберись уже раз и навсегда с этим бардаком на крейсере и серьёзно накажи виновных.