Чертовски богат
Шрифт:
– До тех пор, пока не появилась некая молодая особа.
– Это теперь дело прошлое.
– Возможно. Но она не одна на белом свете.
– О Господи, Дина, – взорвался Роберт, – может, хватит?
Он вскочил на ноги и заметался по комнате так, словно ему не терпелось отсюда вырваться.
– Слушай, я выполнил все твои условия! – зарычал он. – Уволил ее. Со дня на день она съедет из Башни. И еще я веду себя примерно, как школьник.
Он выпустил густую струю голубого дыма.
– Ну чего тебе еще надо?
– Уверенности.
Роберт яростно поскреб затылок.
– Слушай, я отнюдь не горжусь тем, что сделал, – виновато сказал он. – И принять вид, будто ничего не произошло, тоже не пытаюсь. Мне действительно очень стыдно.
Он умоляюще посмотрел на нее.
– Ну что еще я могу сказать?
– Что ж, это, несомненно, шаг в правильном направлении.
– Шаг! Да пойми же ты, я скучаю по тебе!
Он перестал расхаживать, вынул изо рта сигару и ткнул ею в сторону Дины.
– Да, да, скучаю! – У него неожиданно сел голос. – Честное слово, мне страшно жаль. Меньше всего мне хотелось бы причинить тебе боль. Потому что...
Он тяжело вздохнул, переступил с ноги на ногу и уперся взглядом в пол.
– Потому что я люблю тебя, – едва слышно вымолвил он.
Дина удивленно посмотрела на него. «Я люблю тебя». Он действительно сказал эти слова. «Я люблю тебя». А теперь краснеет и смотрит на нее и впрямь как школьник.
«Вот это да! – подумала Дина. – Чудеса, да и только!»
Если только ей не изменяет память – а раньше она ее не подводила, – Роберт впервые произнес в ее присутствии эти три магических слова. И как бы неловко это у него ни получилось, она не могла не быть тронута.
Чувствуя, что ее злость куда-то уходит, Дина с улыбкой посмотрела на мужа.
– А вот это уже по-настоящему большой шаг.
– Правда? – Роберт так и подпрыгнул. – Значит, ты даешь мне новый шанс?
– Не тебе. Нам, – подчеркнула она.
– Вот это здорово! – Лицо у него разгорелось, как рождественская елка. – Ты об этом не пожалеешь, – пообещал он.
– От души на это надеюсь.
– Стало быть, я могу вернуться?
– Да, только помни, что испытательный срок продолжается. И если я хоть раз замечу, что ты смотришь не в ту сторону... – Дина решила, что можно не продолжать.
– Ни за что!
– Разумное решение, – строго сказала Дина.
Роберт бросил взгляд на часы.
– Вот черт, опаздываю.
– Да ты у меня настоящий романтик, милый, – вздохнула Дина.
– Надо зарабатывать денежки для моей девочки. – Он тяжело затопал к двери.
– Что поделаешь, – расплылась в сияющей улыбке Дина. – Да, кстати, коль уж о том зашла речь... Мистеру Можардиано для продолжения ремонта нужны два миллиона. Проследи, милый, чтобы их перевели немедленно.
Вот черт, еще два куска! У Роберта чуть сигара изо рта не выпала.
– Слушай, что этот малый делает с деньгами? – осведомился он. – Жует?
«А впрочем, – мысленно махнул рукой Роберт, – черт с ним. Что такое лишние несколько миллионов? Мелочь». Развод стоил бы ему не меньше четверти миллиарда. Так что можно считать, он дешево отделался.
Бэмби услышала звонок в дверь, и ее сердце подпрыгнуло.
Роберт!..
Уверенная, что это именно он, пришел сказать, что все случившееся – глупое недоразумение, она кинулась к выходу.
Что за...
На пороге стоял вовсе не Роберт, а управляющий зданием.
– В чем дело? – резко бросила Бэмби.
– Прошу прощения, мисс Паркер, но на вас жалуются. Боюсь, вам придется покинуть это помещение, тем более что и документы аренды оформлены не должным образом.
Она ушам своим не верила. Кошмар продолжается!
Неужели этому не будет конца?
– Кто жалуется и на что? – отрывисто спросила Бэмби.
Управляющий неловко откашлялся.
– Как вам известно, мы в Башне не любим выставлять свою жизнь напоказ...
– Да пошел ты! – Бэмби захлопнула дверь и, бессильно прислонившись к косяку, закрыла глаза.
«О Господи, неужели все это наяву? И куда же мне теперь деться? Что делать?»
Бэмби была полностью выбита из колеи.
Но не надолго. В конце концов она из тех, что всегда выплывают на поверхность.
На следующее утро Бэмби перебралась к Лексу Баггу.
Глава 56
– Отчет у меня перед глазами, – сказал Карл Хайнц в трубку. – Остались кое-какие мелочи, а так все в порядке, осложнений не предвидится.
Он бросил взгляд через открытую дверь. В соседней комнате Зандра беспокойно расхаживала у окон, то и дело поглядывая на мокрый асфальт Вандомской площади.
Она явно взволнованна, этого он не мог не заметить. И продолжается это уже несколько недель, причем чем дальше, тем хуже. И это он тоже прекрасно видел. Чем бы Зандра ни была занята – ела, одевалась, ходила по магазинам, просто разговаривала, – глаза у нее беспокойно горели, а мысли блуждали где-то далеко. Ее явно что-то угнетало.
Но что бы это ни было, надо набраться терпения и ждать. Это Карл Хайнц тоже успел усвоить, ибо сколько уж раз – и без всякого успеха – пытался вывести ее из этого состояния.
– Можете заверить мистера Ясахари, что сколько-нибудь серьезных расхождений у нас нет, – продолжал он. – А мелкие детали обсудим при встрече на Гавайях.
Заканчивая разговор, Карл Хайнц снова посмотрел на жену. Она теперь стояла у окна.
Апрель в Париже, подумал он. Обычно деревья уже в цвету, небо голубое, солнечное, влюбленные прогуливаются по набережным Сены, в Булонском лесу, в Люксембургском саду.
Вместо всего этого с самого их приезда беспрестанно льет дождь.
К чему бы это?
Зандра вновь нервно принялась мерить шагами комнату, сложив руки на груди.
«Я ей нужен, – подумал Карл Хайнц. – Нужен сейчас».
– Передайте мистеру Ясахари мои наилучшие пожелания и скажите, что я с нетерпением жду встречи с ним. – Он повесил трубку и, стремительно поднявшись, прошел в соседнюю комнату. – Зандра!
Она остановилась и посмотрела на мужа.
Он подошел к ней и мягко обхватил за плечи.