Чтение онлайн

Не знаю, что и посоветовать. С одной стороны, есть у «баржи» некое просторечное звучание. С другой – все словари, кроме Словаря ударений Ф. Агеенко и М. Зарвы, ничего плохого в таком варианте не усматривают.

В общем, носителю языка предоставляется полная свобода действий и выбора. Если же эта свобода вас тяготит, не заглядывайте никуда, кроме Словаря ударений Ф. Агеенко и М. Зарвы. Там вас ждет одна-единственная «баржа».

Во фразеологии, которая занимается устойчивыми речевыми оборотами, легенд всегда было много. Понять, какая история настоящая, можно не всегда. Остается рассказывать обо всех, что есть, а вы уж остановитесь на той, которая больше нравится.

Одна из версий: оборот «быть под башмаком» связан с татарским игом. Рассказывают, что хан посылал русским князьям свою басму – ларец, в котором хранился восковой отпечаток его ступни. В знак покорности князья клали эту басму себе на голову.

Другая версия: по некоторым дошедшим до нас источникам, в древние времена на Востоке побежденный монарх простирался на земле, и монарх-победитель ставил на него ногу в знак полной своей власти. А наше «быть под башмаком» – просто калька с французского ^etre sous la pantoufle, поскольку именно французы первыми обозначили в своем языке восточный обычай.

Но это, так сказать, версии «властные». А есть семейная, точнее – свадебная. Во время свадебной церемонии жених и невеста подвергались своеобразной супружеской дуэли. Тот из них, кому первому удавалось наступить на ногу будущему супругу, становился, по поверьям, главой дома. Тот же, кто оказывался «под башмаком», должен был занять подчиненное положение в семье. Этот обычай известен многим народам, в том числе и европейским.

Ситуации разные, символика одна. Да и отношения те же: победитель – побежденный. Кстати, вместо «башмака» в этом выражении часто используется «каблук»: «под каблуком», «подкаблучник».

Как-то летом устроилась я на берегу озера с книжкой: вот, думаю, хотя бы часок почитаю. Но не тут-то было! Подкатила на велосипедах целая компания девчонок, расположилась рядом со мной – и началось. Хохот, стрекот, салочки, брызги до небес… Через пятнадцать минут поймала себя на том, что в книгу уже не смотрю, а наблюдаю за ними – не без удовольствия, кстати. Но болтают они!.. И тут я задумалась: «без умолку» или «без умолку»?

И вообще, что это за слово такое – «умолк»? И существует ли оно? Оказывается, да. Правда, мы никогда не используем его отдельно, а только так вот, в сочетании с предлогом «без». Да, кстати, правильно все-таки «без умолку». Пишется в два слова. От этого сочетания существительного с предлогом можно прилагательное образовать – «безумолчный».

Слово «умолк» я нашла в Орфоэпическом словаре под редакцией Р. Аванесова, однако и в нем авторы торопятся указать, что без предлога «без» никакого «умолку» быть не может, хотя и есть у него собственное место в словаре. Собственной словарной статьи слову «умолк» В. Даль не дал, но упомянуть его упомянул. От глагола «умолкать» какие существительные можно придумать? Оказывается, бывает «умолканье», «умолкнутие», «умолк», «умолка». Вот даже как – «умолка»!

Примеры у В. Даля, как всегда, восхитительные. «На него умолку нет» – так можно сказать про человека, у которого рот ни на минуту не закрывается. Можно и по-другому сказать: «его и умолк не берет» – день и ночь кричит без умолку. А вот и еще словечко. Такого мы с вами, кажется, не знаем: «умолклый». «Умолклые слухи опять заговорили» – такой пример приводит В. Даль.

Ну да ладно, бог с ними, с «умолклыми слухами». Главное – выяснили, что правильно будет «без умолку». Но – «безумолчный».

Страшное мгновение для каждого чиновника: вызывает министр. Голос его секретарши не оставляет сомнений: будут отчитывать, а может и… По пути в «высокий» кабинет чиновник лихорадочно пытается вспомнить все свои грехи – а их много, иначе и быть не может, если ты работаешь, а не сидишь без дела. Наконец, дошел. Дверь. Три быстрых вдоха и выдоха – и вперед.

Чиновник проходит по ковру к широченному столу. Глаз старается не поднимать.

– Ну, садитесь, рассказывайте, как дошли до жизни такой, – грозно приказывает министр.

Чиновник робко начинает. Говорит полминуты, минуту… И тут его прерывают:

– Что за белиберду вы несете?

Обратный путь по коридорам чиновник проходит как в тумане. «Белиберда, белиберда, белиберда… – шепчет он. – А что такое, собственно, „белиберда“?»

Начнем мы со словаря В. Даля, там еще и не такое можно отыскать. Действительно, у него такое слово имеется. Вот только ударение для нас непривычное: «белиберда». И еще глагол, которого я, к примеру, не знала: «белибердить» – то есть сумасбродить, заниматься чепухой.

Теперь разберемся с происхождением. Тот же В. Даль считает, что это слово подражательное – не заимствованное, а именно подражательное, напоминающее какое-нибудь татарское. То есть реальной «белиберды» в татарском языке нет, так же, как нет и слов, похожих на «белиберду»: «шарабара», «калабалык»… Или, к примеру, сочетания «кериберда кулиберда», которое приводит Этимологический словарь М. Фасмера.

Кстати, М. Фасмер, как и В. Даль, считает, что слово «белиберда» образовано по принципу тюркских языков, в подражание им. А вообще, вздыхает автор словаря, темное слово, неясное… Белиберда.

Ребенок увидел в магазине игрушку – и в крик: требует, настаивает, рыдает не переставая! Немного успокоился он только после того, как продавщица спросила его: «Что же ты, мальчик, ревешь белугой?». Она и не подозревала, как подействует на ребенка это знакомое многим устойчивое выражение, «реветь белугой». Внимание мальчика удалось переключить, и вот он уже идет с мамой за руку от прилавка, с интересом спрашивая: что такое «белуха»?

Этот детский вопрос нам очень кстати. Даже некоторые языковеды предполагали, что правильно говорить не «белугой», а «белухой». Они разъясняли, что белуха – это полярный дельфин, способный реветь.

Не знаю, не знаю. Словарь русской фразеологии под редакцией В. Мокиенко уверяет нас, что для этой версии нет никаких оснований, что по-русски говорили и говорят только «реветь белугой».

«Реветь белугой» – рыдать, плакать громко, безудержно и долго. Но вот кто такая «белуга», нам еще только предстоит узнать.

Согласно данным картотеки «Древнерусского словаря» Института русского языка РАН, на которую ссылается упомянутый словарь, в одной из рукописей 1535-го года говорится, что «реветь могут львы и белуги». Дело в том, что издавна в русском языке слово «белуга» означало и крупную рыбу из породы осетровых, и полярного дельфина. Тому есть свидетельства аж с XVI века. В XIX веке в архангельских говорах полярный дельфин называется и «белугой», и «белухой», причем на первом месте стоит именно «белуга». А потом эти слова окончательно разошлись. В современном русском языке «белуха» – единственное название полярного дельфина. А «белугой» теперь называют только рыбу.

Так что ревет, скорее всего, морской зверь, полярный дельфин. Но называется он при этом «белугой» – так, как раньше.

Верхний, светлый слой березовой коры. Он называется… а как он называется? Многие настолько привыкли к «бересте», что форму «берёста» воспринимают в штыки. И зря! Например, Словарь ударений Ф. Агеенко и М. Зарвы только этот вариант приводит как верный.

Но я хочу успокоить тех, кто не может смириться с «берёстой». Упомянутый словарь – единственный, не знающий в этом смысле сомнений. В остальных же наблюдаются весьма серьезные колебания. Орфоэпический словарь под редакцией Р. Аванесова, например, приводит вариант «берёста» как основной, но тут же упоминает и возможный, допустимый вариант «береста». Толковый словарь русского языка под редакцией Н. Шведовой считает равноправными оба варианта. Такие же рекомендации вы встретите в Словаре ударений И. Резниченко. «Берёста», «береста» – выбирайте любой из двух вариантов.