Чтение онлайн

только связь. Чистая, свободная, добровольная.

Он открыл глаза. В них стояли слёзы, но на этот раз — тихие, очищающие. Не от

горя, а от освобождения. Он смотрел на Лиру, и ему не нужно было слов, чтобы

выразить всё, что он чувствовал. Благодарность. Любовь. Признание в том, что

она не просто вошла в его жизнь — она вернула ему его самого. Того, кто мог

не только хранить, но и любить. Не только обороняться, но и доверять.

Лира, как будто почувствовав его взгляд, открыла глаза. Не резко, а медленно,

как просыпаясь от самого сладкого сна. Её взгляд был ясным, без тени

усталости. Она увидела его лицо, увидела слёзы на его ресницах, увидела

спящего Искорка у него на коленях. И она поняла. Всё поняла без единого

слова.

Она протянула к нему руку. Он взял её, и их пальцы сплелись — тёплые, живые,

настоящие.

— Всё в порядке, — тихо сказала она. Это было не вопросом. Это было

утверждением.

— Да, — ответил он, и в этом одном слове был целый мир. Мир, в котором

одиночеству больше не было места. — Всё в порядке.

Они сидели так, держась за руки, в лучах восходящего солнца, под мирное

жужжание спящего феникса. Башня вокруг них дышала — не тяжёлым,

оборонительным гулом, а ровным, уверенным пульсом восстановленной гармонии.

Шрамы на стенах зарастали плющом. Разрушения медленно, но верно исправлялись

их общими усилиями. Жизнь, настоящая, полная и общая, начиналась здесь, в

этом самом неожиданном месте — в каменном сердце драконьей крепости, которое

стало домом.

Арвен Скайлор, последний страж своего рода, больше не был последним. Рядом с

ним была Хранительница. Между ними спал Возродитель. И его долг, некогда

бывший ледяным крестом, теперь был тёплой, прочной стеной, которую они

держали вместе. Не потому что должны. А потому что хотели. Потому что это

был их дом. Их семья. Их бесконечно длящаяся, наконец-то обретшая смысл,

Вечность.

Прошла неделя. Солнце, казалось, светило над башней с особенной нежностью, как

бы пытаясь загладить вину за минувшее затмение. Воздух был напоен ароматами:

свежей щепы (Арвен заделывал самые опасные трещины), супа с дикими травами

(Лира снова могла стоять у плиты) и лёгким, медовым запахом, который теперь

исходил от Искорки, когда он был счастлив.

Малыш-феникс, чья сила после исцеления Лиры казалась ещё более

сбалансированной, носился по главному залу, преследуя солнечные зайчики. Он

уже мог намеренно вызывать крошечные, безвредные искорки и устраивать из них

в воздухе простые фигуры — круги, спирали. Сейчас он пытался изобразить

цветок для Лиры, но получалось больше похоже на взъерошенный одуванчик. Лира

сидела на подушках у очага, смеясь и подбадривая его, её лицо, хоть и ещё

немного бледнее обычного, светилось здоровьем и счастьем.

Арвен стоял у импровизированного верстака, сколоченного из обломков скамьи. В

его руках был обсидиановый осколок, и он с неожиданным для такого гиганта

терпением вырезал на нём что-то тонким магическим резцом. Это была не руна

защиты, а… узор. Сложное переплетение линий, напоминавшее то ли крыло

дракона, то ли язычок пламени. Он поглядывал на Лиру и Искорку, и уголки его

губ время от времени непроизвольно подрагивали в едва уловимой, но самой

настоящей улыбке.

Идиллию нарушил знакомый, но на этот раз не тревожный, а нарочито громкий стук

в дверь. Стук не в такт, а весело, перекатами.

Лира и Арвен переглянулись. Искорка завис в воздухе, насторожив уши. Никто из

выживших культистов не посмел бы вернуться, а других гостей у них не

водилось… кроме одной.

— Эмма, — одновременно произнесли они, и в их голосах прозвучало облегчённое

ожидание.

Арвен кивнул, и массивная дверь бесшумно отъехала в сторону. На пороге, залитая

утренним светом, стояла Эмма Броудс. Но не бледная и озабоченная, как в тот

страшный визит с вестью о «Эхе Забвения». Она сияла. В руках она держала не

схему, а большую, нарядную корзину, накрытую льняной салфеткой, и какой-то

продолговатый футляр из тёмного дерева. На её лице играла знаменитая, всё

понимающая улыбка.

— Можно войти? Или вы тут в такой сладкой идиллии, что гостям не рады? —

спросила она, но уже переступала порог, её зелёные глаза моментально

сканировали зал, останавливаясь на каждом: на Лире, на Арвене, на зависшем

Искорке.

— Эмма! — Лира попыталась встать, но подруга тут же сделала строгий жест.

— Сиди, сиди, героиня! Я всё слышала. Вернее, почувствовала. Волны от вашего…

фейерверка дошли аж до моего агентства. Все флакончики с приворотным зельем

неделю звенели в унисон. — Она подошла, поставила корзину на стол и, не

сдерживаясь, обняла Лиру. — Рада, что ты цела. Более чем цела.

Затем она повернулась к Арвену. Её взгляд стал более оценивающим, но

по-прежнему тёплым. — Господин Скайлор. Выглядите… по-домашнему.

Арвен, всё ещё с резцом в руке, слегка поклонил голову. — Мисс Броудс. Мы в

долгу перед вами за предупреждение.

— О, забудьте. Главное, что всё кончилось хорошо. И, судя по атмосфере, даже

лучше, чем хорошо. — Её взгляд скользнул по узору на обсидиане, и её улыбка

стала ещё шире.

Тем временем Искорка, преодолев робость, подлетел поближе, привлечённый запахом

из корзины. Эмма ахнула.

— О, вот он! Настоящий герой! — Она осторожно протянула руку, и Искорка, после

секундного колебания, приземлился ей на палец. — Привет, солнышко. Принесла

тебе кое-что. Особенный нектар с вершин Лунных Пиков. Говорят, фениксы его